Студент: Долгопа (СИ) - "LikanTrop"

— Футболист! Все в порядке! Оружие только не поднимайте! — крикнул Слава, выходя вперед, на встречу приехавшей команде балашихинских.

— Вы чо? Вы попутали? Ты знаешь, рожа автоматная, что с тобой будет? — все еще не веря в происходящее, взревел Хромой и тут же получил прикладом в лицо. Не сильно. Но этого хватило, чтобы из разбитых губ и носа брызнула кровь, а не малых уже лет мужчина упал на колени.

— Держа руки на затылке, встаем на колени, — скомандовал Сержант, и Паша Черный с компанией последовали примеру своего босса, которому в этот момент Рэмбо застегивал за спиной наручники. Еще двое мужчин, пока их товарищи держали долгопенских на мушке, обыскали стоящих на коленях людей и достали спрятанное в одежде оружие.

— Ничо так у вас тут веселуха, братан! Молодец, что пригласил, — Слава и Футболист встретились в перекрестии света фар в середине поляны и обнялись. Туда же подошел и Сержант, а позже подгреб и Митяй с крайне изумленным лицом. Лобненский бандит сильно впечатлился происходящим.

— Здорова, Леха. Привет, братва! — поздоровался Слава с приехавшими балашихинскими и пожал руку их лидеру Лехе Ржавому, — знакомьтесь. Это Вова Сержант, мой старший брат. А это Митяй, заведует, так сказать, делами в Лобне, — парни с улыбками на лицах обменялись рукопожатиями.

— Ты кто бля? — заорал очнувшийся Хромой и, стоя на коленях, с ненавистью смотрящий на молодого пацана, который непонятно окончил ли вообще еще школу. Он не понимал как и почему, но весь его прожитый опыт матерого урки подсказывал, что главный на этой поляне почему-то именно этот пиздюк, — Кто ты?

— А ничо так ты тему устроил, Студент. На вид и не скажешь, что на такое способен, — подмигнул мне Ржавый, криво ухмыляясь. А потом обвел взглядом присутствующих, — Ну чо, пацаны? Никто не против, если я Хромого заберу покататься? — улыбнулся кривой жиганской улыбкой парень с ядовито рыжими волосами.

— Если только в один конец, — шутканул Митяй.

— Это как водится, — согласился Ржавый и шагнул в сторону авторитета, — ну что, рожа уголовная? Рад меня видеть али нет? — подойдя к Хромому, Ржавый мощно пробил тому по лицу ногой. Причем сделал это сознательно не руками, бил урку как гада, ногами. Андрей Павлович от удара завалился на бок, пачкая дорогое пальто в грязи, — а это кто у нас тут? — перевел Ржавый взгляд.

— Погоди, Леха, — к стоящим на колени людям подошел Студент, оглядел их внимательно и задал вопрос, — жить из вас кто-то хочет?

— А то нет, — фыркнул мрачно Паша. Макар молча кивнул. А вот бык номер два все смотрел на тело убитого товарища и что-то шипел себе под нос.

— Эй, бля! Тебе вопрос задали, — Ржавый подошел и несильно пнул в бок спортсмена носком сапога. Тот охнул, перевел взгляд на балашихинского лидера и его лицо безобразно оскалилось:

— На хуй иди, мразь. Я вас всех порву за Саню. Все будете грязь есть, суки. Я… — договорить парень не успел. Ржавый достал из кармана куртки револьвер, ловко взвел курок и без обиняков и долгих моральных терзаний выстрелил быку в голову. От чего он безжизненной куклой упал спиной в грязь, — это за Хавчика тебе. Мстюн, бля. Была бы моя воля, вы бы все уже лежали, — перевел Леха грозный взгляд на Черного и Макара, но все же спрятал ствол в кармане куртки.

— Ну чо? — Ржавый повернулся и посмотрел на Славку и на стоящих рядом с ним Сержанта и Митяя, — я тогда забираю урку?

— Мне вообще все равно, — пожал плечами Митяй. Происходящее вокруг впечатлило его донельзя, от чего он пружинил, стоя на ногах. Глаза пацана горели огнем, а по венам струился адреналин, от случившихся с ним приключений.

— Забирай. Для этого же и ехали, — кивнул Студент и крепкие руки подручных Ржавого подхватили Андрея Палыча под локотки и потащили в сторону машин балашихинских. Тот кое-как вывернулся и снова зыркнул на Славку страшными глазами: — ктооооо тыыыы? Кто…кхе, — договорить мужчине не дали. Прямо на весу отоварив его в ребра кулаком. Недавнего авторитета и уважаемого человека закинули в багажник как какой-нибудь мешок с картошкой и тут же захлопнули крышку.

— Я же говорил, что со Студентом все рОвно будет, — хохотнул Футболист, уважительно косясь на военных с автоматами. Те давно уже опустили оружие дулами вниз, но внимательными глазами продолжали молчаливо отслеживать происходящее.

— Ну что? Вот мы и познакомились. Будем дружить городами? — подмигнул Митяю и Ржавому Слава, а потом повернулся к Вове, — брат, грузи Пашу Черного и его товарища в машины. Едем к Хромому. Митяй, на днях я к тебе заеду, по нашему вопросу как договаривались, — парень с русыми волосами кивнул. Он попрощался с присутствующими и двинул к своим. Следом Студент и Сержант поручкались с балашихинскими и те пошли грузится в машины.

— Ну что, едем потрошить дом Хромого? — подошел к Вовке брат.

— Ага. Только неаккуратно все таки вышло, — Слава кивнул в сторону трупов.

— Ничего, пацаны в отстойник отвезут местный, он рядом, — махнул рукой Вова и тут же отдал соответствующие команды своим бойцам. Стрелка прошла успешно. Криминальные структуры Долгопрудного сегодня были обезглавлены.

24 ноября 1988 года. г. Долгопрудный. Святослав Степанович Григорьев

Мы погрузились в вишневый двухсот тридцатый «Мерседес» Хромого и в девятку брата, и двинулись двумя машинами в сторону дома бывшего долгопенского криминального авторитета. Буханка уехала подчищать хвосты, а Макара с Черным мы раскидали по легковушкам и в компании Вовы, Ткача, Рембо и еще нескольких бойцов двинули в озвученном выше направлении. Позже Гриня вернется с уже пустым УАЗиком, дабы было куда грузить криминальное добро. Я расположился на заднем сиденье возле Черного, что с взъерошенным видом сидел рядом со мной, лишь иногда нервно косясь в мою сторону напряженным взглядом. Я сознательно не заводил пока разговоров, делать это надо будет в присутствии брата и когда приедем на место. Пусть пока урка потомится в подвешенном состоянии.

Посмотри на случившуюся стрелку кто со стороны, уверен у него бы возник вопрос: а на кой черт было городить огороды с привлечением балашихинских и вообще, в чем смысл организации стрелки? Чего не грохнуть Хромого своими силами? Фокус в том, что убивать авторитета я и не планировал. Этот грех на себя должен был взять кто-то другой. Если Андрей Павлович был завязан на московского Вора, а так скорее всего оно и было, то и спросить с меня и моих товарищей афганцев теперь будет нечего. Мне нужны были чужие руки на которых останется кровь, и более сильная и монолитная балашихинская группировка подходила на эту роль почти идеально.

Второй слой причин прямо завязан на первый. Верх красоты манипуляции ситуацией с убийством Хромого балашихинскими заключался в том, что я не заставлял их этого делать, а наоборот, помог им реализовать свое желание. Я буквально подарил им урку на блюдечке с золотой каемочкой. А это значит Ржавый и компания попадала, по всем пацанским понятиям, ко мне в должники. Что крайне удобно. К тому же, для Ржавого я стал реальной фигурой, с которой стоит считаться и к ней прислушиваться. На глазах вырос из просто сокамерника и друга Вовы Футболиста в человека, которого надо уважать.

Ну и третье. Пока афганцы и Митяй исполняли роль демонстрации силы для балашихинских, в свою очередь сами балашихинские исполняли ровно симметричную роль, демонстрации силы для лобненских. Крайне удобная постановка вышла, на зависть любому режиссеру. Митяй впечатлился увиденным представлением, это по глазам было видно. Теперь он точно понимает, что в роли Хромого в следующий раз может оказаться он сам, а потому с этим парнем со связями (со мной то бишь) лучше дружить и работать вместе, чем враждовать. С помощью демонстрации я рассчитывал выбить свой процент с Шереметьево, на то, чтобы лезть в которое у брата с его афганцами просто не хватало ресурса и опыта. Пока что. Лобненские будут сеять зерно и собирать урожай, а я принимать свою долю и иногда помогать советом или, если случится нужда, представительским или силовым участием.