Барон особого назначения 3 (СИ) - Щурский Евгений

— Отсюда и срок, — я едва заметно улыбнулся, — дай угадаю, в комплекте с моими землями уйдёт и кусочек твоих?

— Кусище, я бы сказал.

— Хорошо, — кивнул я, — две недели, и я дам ответ. Только вот… Илья.

— Да?

— Не советую хитрить, — я вложил в голос всю свою волю, — степень моего доверия тебе, увы, значительно меньше нуля.

— Я словами не разбрасываюсь, — собеседник звучал строго и решительно, — и попросту беспокоить тебя бы не стал.

— До встречи, — я кивнул в ответ на протянутую руку и стремительно зашагал к выходу из беседки.

— Увидимся, — хмуро донеслось из-за спины.

После сегодняшней дуэли внимания ко мне значительно прибавилось. Прав был печорский губернатор — на виду в этом мире быть гораздо проще, чем тихо-мирно заниматься своими делами. В общем, пока шёл, меня раз двадцать окликнули, поздравили… ну и пару мерзостей довелось услышать, куда уж без этого.

Признаться, меня это всё не особо волновало, в отличие от недавнего разговора с Залесовым. На кой чёрт ему сдалось рушить мои планы? Мне что, не доведётся пригнать танк к воротам их имения, разнести в щепки ворота да вернуть должок? Впрочем, план с танком рановато ещё откладывать: неизвестно, что именно задумал Илья и каким способом хочет меня в это дело впрячь.

Да и кто сказал, что я соглашусь? Верить своему врагу, который, быть может, просто решил моими руками убрать своего папаню? Всё это пахнет дурно, но больше всего меня интересовало знакомое имя. Модест… Нужно навести справки.

Дойдя до кабинета Романовой, я глубоко выдохнул, гоня прочь неприятные мысли, и решительно надавил на дверь. Внутри меня ждал большой красивый и чёрный купол приватного артефакта. Через несколько секунд он исчез, а я увидел перед собой Ангелину и Распутину, сидящих друг напротив друга.

— Дверь не закрыла, — покачала головой ректор, — старею, Бронин?

— До старости вам не шибко больше, чем мне, — я улыбнулся и легонько поклонился, — извиняюсь, что помешал.

— Ну что вы, Бронин, — ректор изобразила смущение, поправляя прядь волос за ухо, — в краску же вгоните!

— Стук в дверь ещё никто не отменял, — холодно процедила Романова, но тут же сменила тон на более приветливый, — впрочем, артефакт своё дело знает да и мы уже закончили. Вы, я так понимаю, на тренировку устойчивости к ментальному воздействию?

— Верно, госпожа куратор, — улыбнулся я.

— Увы, дорогая Венера Викторовна, — Ангелина изобразила разочарование, но в голосе её читалось облегчение, — чаю испить не успеваем. У Бронина график…

— Понимаю, — Распутина плавно поднялась с кресла, — не буду вас задерживать. Удачной сессии, друзья!

— И вам отличного вечера, Венера Викторовна! — ответил я, прикрывая за ректором дверь.

— Опаздываешь, — укоризненно проворчала Ангелина, уткнувшись носом в ворох бумаг, привычно разложенных по столу.

— Я на полтора часа раньше пришёл, — парировал я, падая в кресло напротив. В воздухе висел тяжёлый флёр духов Распутиной.

— А наш прекрасный ректор добрых полчаса мне… — Романова осеклась, мигом сгребла бумаги в сторону, и взгляд её резко смягчился. — А, не важно. Чаю?

— Не утруждайся, — отмахнулся я. — Можно вопрос как лучшему дознавателю в этой комнате?

— Формулировка, конечно, спорная… — Ангелина прищурилась и машинальным движением руки активировала полог приватного артефакта. — Ну, рискни.

— Знаешь каких-нибудь выдающихся людей по имени Модест?

— Одного точно знаю, — девушка и бровью не повела, — но лучше тебе о нём поговорить с твоими подпольными друзьями — их поля ягодка.

— Комендант с Менестрелем? — нахмурился я.

— А что тебя так удивляет? — тонко улыбнулась Романова. — Значительная часть мутных историй в Империи не проходит мимо этих двоих. Так или иначе будут замешаны их друзья, а чего похуже — родственнички.

— Да… Спрошу у них, получается.

— Спроси-спроси, — улыбнулась Романова и с девичьим писком потянулась, отчего пуговицы на рубашке совсем уж жалобно затрещали.

Поймав мой взгляд, она добавила:

— Сегодня у нас только псионическая тренировка. Никакого факультатива.

— Жалко, — искренне расстроился я.

Без «факультатива» данная процедура была совсем уж неприятной. Нет, прогресс был, и весьма неплохой, но полноценно сопротивляться воздействию или хотя бы частично нейтрализовать его последствия пока не выходило.

Вот и в этот раз женщина вынесла мои мозги, причём по моей же инициативе, затем протянула вкусную шоколадную конфету и, сославшись на гору бумажной работы, выпроводила из своего кабинета.

Голова пухла от псионического воздействия, а душу тревожил диалог с Залесовым. Слишком не вовремя это всё случилось. Но самое неприятное было в том, что я понимал — Илья прав: если его отец продаст землю куда-то в столицу, вернуть её будет ой как непросто.

Формально, у меня до конца года было право на то, чтобы попытаться взять реванш в проигранной войне родов. Я планировал сделать это позже, когда стану сильнее и хоть немного влиятельнее, но, видимо, придётся сильно поторопиться.

В покои Искры я ввалился как раз тогда, когда большая часть потока ушла на ужин. От мысли о еде мне резко поплохело. Не в этот раз, ребята. Лучше полежу в тишине.

— Тоже аппетита нет? — буднично спросил Антон. Я слегка вздрогнул.

— Не заметил, как ты пришёл, — проворчал я, переворачиваясь на спину. Ложкин сидел в кровати и со скучающим видом вглядывался в очередной массивный талмуд с жутковатым кожаным переплётом.

— Нежить учишься поднимать? — кивнул я ему на книгу.

— Вроде того, — усмехнулся парень, не отводя глаз от книги. Зрачки его глаз бегали так, будто он читал и одновременно общался со мной. — Ты у нас, значит, маг бездны? Забавная дуэль вышла.

— Скорее уж маг кулачного боя, — усмехнулся я. — Боярский сынок совсем уж зарвался, нужно было преподать урок.

— Сказал боярский сынок, — хохотнул собеседник.

— Но хотя бы не зарвавшийся, — подмигнул я в ответ.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Затем раздался громкий хлопóк закрывающейся книги.

— Всё ещё впереди, Ян, — с видом столетнего мудреца произнёс Антон. — Если маг бездны не зарвался, значит у него капитально течёт крыша либо он пока не понял, что за монстр растёт у него внутри.

— Э… — протянул я, пытаясь понять ход мыслей собеседника.

— Не обращай внимания, — лениво отмахнулся Ложкин. — Подобная литература… — он похлопал по гримуару, — действительно на мозги давит. Вот и несу всякий бред. Лучше схожу поужинаю.

— Приятного!

— Чуть «взаимно» не сказал, — хмыкнул тот.

Щёлкнула дверь, и я снова остался один. Судя по ощущениям, Райден был на вечернем облёте своих владений. Чёртов Залесов! Спутал все карты, но при этом подмастил? Нужно пообщаться с Зориным, но только на свежую голову.

Проснулся я рано, ещё засветло. Чтобы никого не будить, решил не вставать — провел тренировку, не вылезая из постели. Прогнал каналы, пощупал бездну, позанимался с Райденом. Два часа пролетели незаметно — начали просыпаться остальные.

Утро как утро. Разминка, завтрак, встреча с наставником. Только вот с Зориным пересечься не удалось. А обсудить было что. Вчерашний диалог ни капли не выветрился из головы.

— Чего смурной такой? — задорно спросил Александр, закрывая за собой дверь тренировочной комнаты.

— Не люблю, когда планы меняются, — пожал я плечами.

— А все вокруг обожают! — рассмеялся наставник. — Так и что тебя беспокоит?

Юлить не хотелось, за время общения с этим человеком, я понял, что с ним выгоднее быть открытым и честным. Это-то мне и нравилось.

— Родовой конфликт, — твёрдо ответил я. — Думал, к концу года придётся в него вернуться, а, по ходу, к весне. Как думаешь, до марта смогу пятый ранг взять?

— Полтора ранга за месяц с небольшим? — Сянь почесал лысину и прищурился больше, чем обычно. — Только если мы в какую-нибудь аномальную зону уедем и безвылазно будем в Оазисах сидеть…