Вперед в прошлое 15 (СИ) - Ратманов Денис

— Э-э, не разорвите моего друга, — встал на мою защиту Илья. — Я все понимаю, рестораны, бабосики…

Девчонки захихикали, Натка сказала:

— Пашка, большое тебе человеческое спасибо, вот правда. Мне так хотелось на выпускной, не представляешь! Как Золушке на бал. И получится самый настоящий бал!

Мы двинулись на море, и девчонки увязались следом. Семеняк хвасталась, что на день рождения отец, который с ними не живет, водил ее в кафе, Поповой и Белинской похвастаться было нечем. Их обувь была так заношена, что в будущем такой побрезговали бы бомжи: у Белинской кеды были прошиты вручную, из туфель Поповой лез клей, как смола из дерева. Семеняк была в советских кедах, пожелтевших от времени.

Вот как им помочь? На рынок не позовешь, там друзья работают. Разве что на лето куда-то пристроить, например, на подмену в кондитерскую.

— Парни, пойдем сегодня на дискач в город? — пригласила Семеняк.

В прошлом году она считалась первой красавицей класса, потом ее свергла Подберезная, Инна ушла, но место на пьедестале Юля так и не восстановила.

— Не любим, — ответил Илья.

— Мужчины не танцуют, — брякнул я.

Семеняк оттеснила Попову от меня и томно прошептала:

— А вы не танцуйте, вы нас оберегайте, чтобы не приставали всякие.

— Юль, извини, но нет, — натянуто улыбнулся я.

Было в этом девичьем натиске что-то гротескное, карикатурное, поддельное. По идее, я должен был ощутить себя рок-звездой и возгордиться, мне же с ними в компании было неловко. Не то что с нашими девчонками.

Даже будучи взрослым, я не нашел ответа на вопрос, у всех ли так: в одной компании, даже если она незнакомая, чувствуешь себя как рыба в воде, в другой — как лиса на псарне, жмешься, теряешься и пытаешься скрыть свою истинную суть.

Но не прогонишь же их, вон, уже до моря добрались.

Сегодня был жемчужный закат. Солнце скрылось за горой, окрасив небо сиреневато-розовым. Водная гладь чуть искажала краски, делала их более глубокими, и пейзаж казался фантастическим.

Скоро, уже скоро вода прогреется, и начнутся приключения!

Экзаменов я совершенно не боялся, так, развлечение очередное.

— Что-то зябко, — сказал Илья, чтобы отделаться от наглых девчонок. — Пошли домой.

Всю дорогу Попова его доставала просьбой пригласить на чай, Илья отшучивался, что с родителями знакомиться еще рано.

Вернулись мы по той же дороге, что и пришли, и увидели дрэка, открывающего ворота, чтобы выехать на своих «Жигулях», но у него не получалось победить створку.

— Он там живет, что ли, в школе? — удивилась Семеняк. — Темно уже.

— В нашей школе будет летний лагерь для приезжих, — сказал я. — Только не говорите, что не слышали. Так вот, директор готовится. Тумбочки прикроватные выпиливает, чтобы не покупать.

— Вот жук навозный, придумал, как обогатиться, — усмехнулась Семеняк.

Аж обидно стало за свою бизнес-идею.

— Он хочет в школу купить компьютеры, — рассказал я. — Ну как купить, дать взятку, чтобы их нам выделили. У нас хороший директор, хоть и злой, не надо на него наговаривать.

— Ладно, пошла я, — сказала Семеняк.

Сперва откололась она, потом — Попова с Белинской, а мы с Ильей побежали помогать директору открывать ворота — а то что-то он тужится, тужится и никак.

— К лагерю все готово? — спросил я, отворяя створку ворот, директор в это время стоял возле машины, а не сидел в салоне. — Придумали, как совмещать июньскую смену с нашими экзаменами?

— Открою вам черный вход, и никто не будет никому мешать. Слушай, Паша, а у Наташи когда премьера? Четырнадцатого мая?

— Да, в шесть часов. Приходите! У нее очень сложная роль, одна из главных, а не эпизод.

— А можешь афишу принести? На доске почета размещу, потом она в музей пойдет. Только чтобы фамилия Наташина там была.

— Постараюсь… — без особой уверенности пообещал я, потому что афишу еще не видел.

— Надо всем рассказать, чтобы побольше людей пришло и был полный зал, — хлопотал директор.

В прошлой жизни он казался мне самодуром, да и вообще отношение к учителям было другим — как к части системы, которая неприятная, от которой больно. Кто бы мог подумать, что я найду общий язык с дрэком?

Директор сел за руль и уехал, мы с Ильей закрыли ворота и вышли с территории школы. Темнело, зажигались фонари. Я провожал взглядом огоньки фар и думал, что для актера действительно важно, чтобы был полный зал, но люди пришли не из-под палки, а по собственному желанию. Что касается меня, было жутко интересно посмотреть, как Наташка играет, и оценить ее талант.

Глава 5

Ты меня подставил!

— Пашка, а можно с вами тренироваться? — Этот вопрос я ждал давно, просто не знал, кто первым его задаст, будет это одноклассник или кто-то постарше/помладше.

Петя Райко молча топал за нами с Ильей из школы, решился заговорить, только когда мы собрались свернуть во двор Ильи. Он так смущался, словно признавался в любви девушке и от отказа зависела его жизнь; заглядывал в глаза жалобно, как ребенок, который клянчит у матери сладости. Это говорило об одном: для Пети наш ответ очень важен, и он сомневается, что мы его примем в компанию. Мы с Ильей переглянулись, ответил я:

— Тренироваться — не только можно, но и нужно. Сегодня в шесть в спортзале. Но у нас там адская нагрузка, мы-то почти год тренируемся, под тебя никто подстраиваться не станет. Первое время будешь получать.

— Он не потянет, — взял его на слабо Илья.

— Хрен там! Потяну! — возмутился Райко. — У нас дома спортзал, я там железо тягаю!

Я смерил взглядом глистообразного Петю и сказал:

— У нас совсем другая нагрузка. Мы тебя предупредили, ждем вечером. Месяц занятий стоит две тысячи.

— Пф-ф-ф, всего-то?

— Можешь больше, — сказал Илья. — Пойдет в фонд развития спорта. Вечером тренеру отдашь, его зовут Антон Елисеевич. Зверь еще тот. Есть вторая группа, их гоняет Нага Амзатович, он добрый. Там Алтанбай и команда, и Силин с Радеевым.

— Они слились, — усмехнулся я. — А Аматунчик ходит.

— Я не сольюсь! — гордо вскинул голову Райко.

И он не слился, хотя Антон сегодня зверствовал как никогда. На силовой все упали мордами в маты, даже Рамиль. Петя пыхтел, обливался потом, но старался не отстать от нас. Физподготовка у него была неплохая, но он уступал Каюку и Алисе, был наравне с ленивой Лихолетовой.

В спарринге его поставили с Каюком, который оказался добрым и имитировал удары, иначе быть бы Райко битым.

В итоге мы выползли из спортзала на трясущихся ногах, ввалились в раздевалку, которую дрэк облагородил за весенние каникулы и починил там душ, где было аж две кабинки, точнее — перегородка между двумя лейками. Пока мы по очереди освежались, пришли Димоны, которые сегодня дежурили и мыли спортзал.

Минаев указал на дверь:

— Паш, там тебя Наташа ждет.

Я аж волосы вытирать перестал, насторожился.

— Угу, — буркнул Чабанов и передернул плечами. — Злющая — жуть.

— Точно злющая? — тихонько поинтересовался я.

У нее сегодня такое же родительское собрание, как было у меня вчера. На школьных собраниях, где решается что-то важное, всегда склоки и грызня, наверное, что-то ее сильно взбесило. Но почему она ждет меня?

— Точно, — подтвердил Минаев. — Так посмотрела… Как будто я уморил ее любимого хомяка.

Донеслись смешки. Я вытерся, быстро оделся, пожал всем руки и вышел из раздевалки. Наташа действительно подпирала стену недалеко от двери. Ее нос заострился, глаза метали молнии, казалось, даже волосы на голове шевелятся, точнее, их шевелят молнии, готовые впиться в любого, кто встанет на пути разгневанной фурии.

— Идем. — Она качнула головой и зашагала прочь.

Остановилась, ожидая, когда я ее догоню.

— Ты чего? — спросил я, понимая, что злится она конкретно на меня.

— Много свидетелей, — процедила Наташка и ускорила шаг — мои ноги были ватными, и я с трудом за ней успевал.