"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

Надежда чуть склонила голову в сторону серванта (откуда на нас из-за стеклянной дверцы смотрела бабушкина фотография).

Под дедом скрипнули пружины дивана.

— Саша… — выдохнула Надя.

— На танцы я сегодня пойду в любом случае, — перебил я. — Есть только два варианта: пойду туда один, или вместе с тобой. Даже если ты мне прострелишь ногу. Это только внесёт дополнение в один из этих двух вариантов.

Я усмехнулся и уточнил:

— Хотя, есть ещё третий. Выстрели мне вот сюда.

Я прижал указательный палец ко лбу, чуть выше правой брови.

— Тогда комсомолки меня в парке сегодня не увидят. Но только твоему начальству такой поворот точно не понравится. И он точно плохо скажется на будущем нашей Родины. Хотя и гарантированно предотвратит супружескую измену.

Надя фыркнула и произнесла:

— Саша, причём тут…

Она сдвинулась с места — приблизилась ко мне на полшага.

— Послушай, внучка… — произнёс дед Женя.

Надя замерла.

— … Твои начальники умные люди, — сказал Евгений Викторович. — Наверняка сообразили, почему Санёк приехал в Красношахтинский именно сейчас. Я умру только в декабре, если не поможет лечение. Но вылечить меня могли бы и позже. А вот рассказ о моей скорой смерти мог и упрятать старика в могилу. Если у меня больное сердце. Санёк ведь не рванул сюда сразу. Понимаешь? Он побывал у родителей. Оттянул поездку ко мне насколько смог. И раз он всё же рискнул моим здоровьем…

Дед вздохнул.

— … Тогда он точно не откажется от спасения своего друга. Ведь под него он своё возвращение Красношахтинский и подгадал. Понимаешь, внучка? И твои начальники тоже это уже поняли. Но они всё ещё не посадили Санька под замок. Хотя могли бы. Поэтому считаю: большой беды от этой вечерней прогулки не будет. Потому что Даню он спасёт вместе с тобой. Поэтому тебя к нам так спешно и привезли из Москвы. Не для того же, чтобы ты нашу квартиру от воров берегла. Понимаешь, внучка?

Мне показалось, что строгая телохранительница смутилась.

На Надиных скулах и щеках вспыхнул румянец.

— Евгений Викторович, — сказала Надежда, — никаких распоряжений от руководства я касательно спасения Данила Мельникова не получала. Меня уполномочили самостоятельно принимать любые решения, нацеленные на обеспечение безопасности Александра Васильевича Медведева. Олег Павлович при мне проинформировал об этом факте Александра Васильевича. В вопросах безопасности моё слово решающее. А я считаю, что вечерний поход в парк…

Я заверил:

— … Вечерний поход в парк случится. Одобрить или отменить его — это вопрос не твоей компетенции. Твоя задача обеспечить мою безопасность во время этого похода. И правдоподобно отыграть роль моей любящей жены, чтобы у окружающих не возникло ненужных вопросов. Это важное мероприятие. Для меня оно важно не меньше, чем зарубежные поездки для нашего любимого Леонида Ильича. Или Брежнева ваш Девятый отдел тоже не выпускает из подземного бункера из соображения безопасности?

Надежда хмыкнула.

— Саша, ты не сравнивай себя и…

— А ты сравни, — настоял я. — Сравни и сделай вывод. И я, и глава государства — мы лишь объекты для государственной защиты. Но мы при этом и самостоятельные личности. Наденька, я ведь не капризничаю и не развлекаюсь. Я делаю важное дело. Ведь с чего начинается спасение Родины? С того, что каждый гражданин государства занимается своим делом. И не мешает другим. У каждого из нас своя задача. Твоя задача — сохранить мне жизнь. Мне нужно спасти жизнь друга. Если я не сделаю этого, то зачем вообще… всё это?

Я развёл руками, спросил:

— Страна, где не ценят жизнь и безопасность моих близких — разве это хорошая страна? Я уверен: мы живём не в таком государстве. Это у них там, в Америках, жизни отдельных граждан государству не важны. Но в Советском Союзе всё иначе. Разве не так? СССР — одна большая дружная семья. Где каждый гражданин готов подставить другому гражданину плечо поддержки и оказать помощь. Здесь, в СССР, человек человеку друг, товарищ и брат. Если только человек не враг государства. Лично я живу именно в такой стране. А ты?

Я склонился вперёд. Снизу вверх посмотрел на лицо своей жены.

Справа от меня вздохнул дед Женя.

— Я тоже, — ответила Надя.

— Вот и прекрасно, Наденька. Давай жить дальше. И трудиться на благо Родины.

Я потянулся, зевнул (прикрыл рот ладонью).

— Кстати, о труде на благо Родины, — сказал я. — Вы тут отдохните, товарищи, а я пойду на кухню поработаю. Пока кухонный стол не занят. Обед в пятнадцать часов. До этого времени я многое успею.

— Поработаешь? — переспросила Надя.

Она недоверчиво улыбнулась.

— Ага. Поработаю. Оперу напишу.

Я поднялся с кресла.

Надежда вскинула брови.

— Какую ещё оперу? — уточнила она.

— Это шутка такая, — ответил я. — Не бери в голову. То есть…

Я махнул рукой.

Сказал:

— Расслабься, в общем. Сейчас мне грозит только одна опасность: опасность испачкать чернилами руки. Да ещё: заработать геморрой и радикулит от сидячей работы. Твоя работа начнётся вечером в парке. Принарядись, кстати, перед походом на танцы. Всё же мы с тобой, Наденька, приехали сюда из Москвы. Ты столичная штучка, а не провинциалка. Да ещё и дочь генерала. Я уж не говорю о том, что ты теперь жена Сани Медведева. Так что… подумай об этом. Времени у тебя до похода в парк предостаточно.

Глава 14

В парк «Энергетиков» мы приехали засветло. Хотя солнце уже дотянулось до верхушек росших в парке деревьев (в основном: тополей, дубов и клёнов). Парк ещё радовал наш взор зеленью. Вот только та уже не выглядела свежей, потемнела и будто бы состарилась. Здесь и там я замечал в зелёных древесных кронах жёлтые пятна — пока немногочисленные. Запах прелой листвы в парке стал отчётливым, осенним. Сейчас он смешивался в воздухе с запашком бензина и машинного масла, который прибыл в парк вместе с моей Кивачкой. Пахло и женскими духами — источником этого запаха была прижимавшаяся к моей спине Надя.

Я позволил Кивачке сбавить ход; направил её в арку, где начиналась ведущая к танцплощадке пешеходная дорога. Кивачка послушалась моих безмолвных приказов охотно, словно по мне соскучилась. Дрожала, точно запыхавшаяся от долгой скачки лошадь. Грозным рыком пугала встречавшуюся нам на пути молодёжь. Прохожие шарахались в стороны при нашем появлении, едва ли не прижимались к росшим у дороги кустам — уступали нам дорогу. Я посматривал на лица шагавших в направлении танцплощадки людей — ожидаемо увидел в основном старшеклассников. Парни и девчонки постарше подтянутся в парк позже, уже в сумерках.

Обязательную езду в мотоциклетных шлемах в нашей области ввели первого января этого года. В честь такого события дед Женя летом подарил мне новенький белый шлем, похожий на половину огромного яйца. Сейчас этот шлем красовался на голове у Нади. В нарушение правил ПДД я приехал в парк «Энергетиков» с непокрытой головой. Поэтому ещё по пути пару раз услышал: «Смотрите! Медведь!» Лица кричавших я не узнал — поэтому оставил их возгласы без ответа. В паре десятков шагов от арки я свернул на объездной путь — там было менее многолюдно. Устроил для своей молодой супруги ознакомительную экскурсию.

— … Вон там, у фонтана, видишь? — сказал я и указал рукой вправо. — Обычно мы дрались именно здесь. Удобная площадка. Мало грязи даже по весне. Хватает места для зрителей. Скорее всего, там Зарубин и пырнул Даню ножом: тогда, в прошлый раз.

Кивачка взбрыкнула, наехав на древесный корень.

Надя прижалась грудью к моей спине.

— В той стороне детская площадка с качелями, — сказал я. — Летом рядом с ней продавали мороженое. Вкусное. Вон там дальше — летнее кафе. Сейчас оно уже закрыто, скорее всего. Там вкусные молочные коктейли, холодный лимонад и пирожные.

Я объехал лежавшую на дороге стеклянную бутылку.

Заметил двух мужчин с повязками дружинников на руках — они проводили нас любопытными взглядами.