— Я тоже бегу, — кивнула она. — И чего… денег много прихватили? Там всё недешёвое.
— А мы сейчас проверим.
В любых других условиях это был весьма опрометчивый шаг, но почему-то мне показалось, что это позволит мне закрепить доверие. Я выудил из-под сиденья чемоданчик, разобрался с замками, открыл крышку, и…
Помнится, в каком-то фильме из прошлой жизни был эпизод, когда главные герои открывают крышку чемодана, а оттуда идёт яркий свет. Вот примерно такое же случилось и сейчас.
Размером чемоданчик был небольшой, с три моих ладони по длине. Но набит оказался плотно, и весил прилично. Три четверти чемоданчика занимала наличность. В основном — имперки, немного китайской, арабской и мексиканской. Нулей на последних, кстати, было сильно больше, чем на имперках. Ещё в углу лежал свеженький паспорт. Его я отложил на потом, сначала заглянул на то, что он скрывал под собой.
А под ним обнаружилось восемь золотых слитков по фунту или по полкилограмму штука. Две маленьких, по сотне миллилитров бутылки с алкоголем. В одной плескалось игристое, в другой — какой-то крепкий полупрозрачный напиток, то ли коньяк, то ли бренди.
Мне на миг показалось это странным — класть такую мелочь в чемодан, набитый золотом и наличностью. Но потом я прикинул стоимость бутылки вина и понял, что она в этом мире может быть сопоставима с пачкой купюр, лежащих рядом.
Затем открыл паспорт и обнаружил, что фамилия и отчество у меня поменялись, да и повзрослел я на год.
'Александр Платонович де Онисов.
Род. 13.12.1976, место рождения — город Новый Дербент, Колониальное княжество Лимпопо.'
И стоял герб со слоном. С трудом не рассмеялся от дядиной фантазии. И фамилию не забыл, и концы не найти. Пролистал дальше. Страниц было много.
'Место жительства — Столичное княжество, Тверской дистрикт, Покровский микрорайон, ул. Грузинская, д. 27, кв. 6.
Дворянин, статус землевладельца: отсутствует.
Допущен к выезду в колонии и зарубеж.'
Дальше следовало пять пустых страниц с заголовком «землевладения». И в конце:
'Записи о браке — отсутствуют.
Записи о детях — отсутствуют.
Сведения об алхимическом уровне:
Одарённый, уровень — абитуриент.
А вот это было грустным. Я же совсем недавно стал по настоящему паспорту «отличником», то есть на две ступени выше. То есть — мне предстоит снова подтверждать ранг. С другой стороны — сейчас с помутнённым рассудком и частично потерянной памятью я не умел практически ничего. Да и меньше подозрения вызовет «абитуриент». Так что всё это, пожалуй, было единственным из минусов, обнаруженных в чемоданчике.
— В общем, на билеты и на пару недель тут хватит, — резюмировал я и добавил. — Это просто… подарок. От друга.
— Так, а документы? — осведомилась Ангелина. — Только не говори, что под реальными поедешь.
— С документами всë… в ажуре. А чего, прям нельзя под реальными?
— Почему, можно, — усмехнулась она. — Только на таких пароходах едет обычно всякая шваль и искатели приключений, вот так вот.
— Вроде нас с тобой, ага?
— Ты кого швалью обозвал, ты! — ощерилась Ангелина, но тут же успокоилась. — А. Ты про искателей приключений. Да. Вроде нас.
Точно дворянка, понял я. Со скелетами в шкафу и достаточно боевая — то, что мне надо. Конечно, не преминул я и оценить прелести фигуры. Спортивная, даже крепкая, с красивой грудью, не выглядящая потасканной, но наверняка повидавшая в жизни некоторое… Но она даже в таких условиях точно не вела себя как «девушка в беде», понял я, а меня, в основном, цеплял именно такой типаж.
Тем лучше для неё и для меня. Я сохраню трезвость рассудка. Поговорю-ка я лучше про бизнес.
— Ты кто по специализации? У тебя есть какой-то внятный бизнес-план, или просто план, чтобы было чем там заняться?
— Есть, — кивнула она. — План называется — «не сдохнуть». А мужик твой — он чего?
— В каком смысле «мой мужик»? А-а, ты про это. Не, он не крепостной. В нашем княжестве крепов нет. Он мещанин, насколько понимаю.
Судя по всему, так она деликатно проверила, не из княжества ли я Болотниковых.
— Третьей категории?
— Похоже на то. Документов поддельных на него нет.
Ангелина вздернула бровь.
— Я правильно понимаю — ты удираешь от кого-то, выкрал мещанина третьей категории, скорее всего, на чужой тачке, принудил его довезти до порта…
— Не. Всë не так. Не удираю. Хотя тачка — чужая. Он поедет с нами. У него задание меня сопроводить.
— К кто задание дал?
— Уже не важно, — отмахнулся я. — Не волнуйся, ему стёрли память.
— То есть. Выкрал человека с материка… Не озаботился ничем… Стёр кому-то память, это, как я понимаю, применение эликсиров высшей категории вне присутствия органов правопорядка… Преследуют, надо полагать, государственные органы. Чемодан, наверное, тоже у кого-то украл. Хм… ты либо гениальный махинатор, либо идиот, либо очень наглый идиот. Ты алхимик?
— Возможно, — кивнул я, решив не уточнять, какой именно вариант я имею в виду. — Расскажи лучше подробнее про корабль и Югопольск.
Она сначала коротко и хрипловато рассмеялась. Видимо, потому что будь я гениальным махинатором — вопросы бы такие не задавал. А значит… Затем откинулась на сиденье, наконец-то расслабившись.
— Югопольск… Прекрасный город. Старый, с девятнадцатого века. То ли шотландцы основали, то ли сицилийцы, ещë до империи. Людей немного, полмиллиона во всей колонии. А до ближайших — полсотни вёрст. И дорога только строится. Средиземноморский климат… Персики, оливковые плантации. Рапс, конечно.
— Виноград? — предположил я.
Она сначала почему-то напряглась, а потом отшутилась, сказала театральным шёпотом.
— Тише! У нас же скоро будет сухой закон!
— Окей, — кивнул я. — А какие минусы?
— Ну… дикие нравы. Постоянные разборки молодежных банд. Местные задравшиеся князьки. Часто вторжения диких элементалей, аборигены-данайцы где-то в глубине материка. Эти ещë… големы бродячие.
— Бродячие? Как интересно. Они же дорого стоят? Если ловить и продавать?
— Дорого, — кивнула она, и в глазах мелькнул огонёк.
Ага! Вот это, я понимаю, бизнес-план. Ловец бродячих големов!
— Слушай, беглянка, а когда корабль?
Она посмотрела на часы — я заметил, что они в достаточной степени дорогие, чтобы их было прилично носить девице из высших слоев общества. Что ж, ещё одно подтверждение.
— Через пять с половиной часов. Поэтому надо спешить.
— Рустам! — я прокричал через перегородку. — А сколько нам до порта?
— Ещё минут сорок езды!
Я посмотрел в окно — и точно. Непрерывные леса уже начали сменяться аккуратными скандинавскими коттеджными посёлками.
В общем, успеваем. Если бы не одно «но». Следы мы замели не особо тщательно.
— Что-то мне подсказывает, что нам надо прогуляться.
— В каком смысле? — напряглась Ангелина.
— В том, что эта машина, как ты уже могла заметить, не вполне моя. И её могут начать искать. Нам надо её оставить где-нибудь тут. Может, где-нибудь на селе толкнуть?
— На селе? — усмехнулась Ангелина. — Для финского села «Корвет-45» ограниченной серии с гибридным двигателем изрядно жирноват будет. Да и как ты продашь не свою машину? Тут вариант только один.
— Какой?
— Утопить. С концами. Спустить с обрыва!
В общем, мы так и поступили. Из получаса, которые мы потратили на процесс, примерно десять минут заняли обсуждения и попытки убедить Рустама, минут пятнадцать — поиск подходящего полузаброшенного мостика на второстепенной дороге и пять минут — непосредственно утопление.
Глядеть, как прекрасный лимузин пускает пузыри в болотистом затоне местной речушки было весьма болезненно даже мне, далёкому от страсти к дорогим тачкам.
Я, если что, больше по мотоциклам. Из своего рокерского прошлого.
А Рустам не плакал, глядя на это. У него только слегка дрожало веко правого глаза. Железный мужик. Надёжный.
