Игорь Осипов
Бабье царство. Книга 1. Реверс
Глава 1
Гендерный реверс, мать его
— Ведьма! Одним словом, ведьма! — прокричал высокий, плотного телосложения генерал, пнув ни в чём не повинную стенку КПП, а потом поднял глаза на удаляющийся кортеж из запряжённой белыми волами кареты и нескольких боевых колесниц.
Знамёна гильдии магов шевелились на ветру, а в расположенной у подножья мраморных холмов долине раскинулся сказочный средневековый городок Керенборг. Всё, как полагается: замок с крепостными стенами, двухэтажные домики горожан, дымок из многочисленных труб кузниц, гончарен и прочих мастерских. И шпиль филиала гильдии магов, ставшей камнем преткновения в дипломатии. Стоящий рядом с генералом, экипированный в камуфляж, бронежилет и кевларовый шлем автоматчик резко контрастировал с разряженным на местный манер и оттого похожим то ли на попугая, то ли на причудливую тропическую рыбку, старшим отдела контактов с параллельным миром и прогрессорства.
— Товарищ генерал, — произнёс невысокий седоватый прогрессор. — Опять оборвалась связь с дальней миссией. Снова затяжная магнитная буря. Надо бы кого-то нарочным с документами отправить.
— Ну так отправляй! В чём проблема⁈ — рявкнул генерал, он же начальник первой научно-исследовательский и заодно военной базы в этом сказочном Средневековье. Вояка оглянулся на каркасные здания штаба, казарм и лабораторного комплекса, а потом махнул рукой, указав на неспешно идущего вдоль столовой паренька, тоже одетого в местные средневековые одежды. — Вон, Юрку отправь! Уже дуреет от безделья! Пора бы его к чему-нибудь посерьёзнее приобщить, а то так и засохнет в вечных стажёрах.
— Три дня пути. Разбойники, нечисть. Справится?
— Да куда он денется? — усмехнулся генерал, а потом добавил. — Я должен тебе рассказывать, как обеспечивать безопасность прогрессоров? Не компостируй мне мозг.
Старший прогрессор вздохнул и направился к корпусам.
— Юра! — громко позвал он паренька. — Подь сюды, дело есть…
* * *
Вот и начались мои приключения. И начались не совсем так, как я хотел. Вернее, совсем не так, как хотел.
— Скряга! Жаба старая! — раздалось одновременно с грохотом открываемой двери, заставив меня оторваться от разглядывания посетителей таверны и своего завтрака — яичницы с гренками на деревянной тарелке.
В пропахшее дымом, выпивкой и пригоревшей едой помещение ввалилась ватага тружениц каменоломни. Здоровенные, под два метра ростом, женщины густыми хриплыми голосами обсуждали курфюрсти́ну, то есть герцогиню, которая решила построить крепость в устье Моро́чки, но денег пожалела.
Я вздохнул и тут же едва не поперхнулся от вонючей гари ламп и едкого пота тружениц, прибывших сюда напрямик с каменоломен. Когда отправили, шеф боялся за меня, так как это мой первый самостоятельный выход на задание. Но вроде бы ничего, справляюсь.
Да, я сейчас на должности рядового прогрессора, да ещё и колдовского мира. Кто-то скажет, мол, что ему дома не жилось? Но всё же… Там интернет, супермаркеты и жвачка для мозга из ТВ, а здесь — свобода и неведомое.
В общем, каждый прогрессор — как Индиана Джонс. На всех приключений хватит. Вонючих, грязных, голодных, с разодранными в кровь руками и разбитым лицом.
— В бездну! — раздался новый выкрик самой неугомонной из работниц.
Выкрик привлёк не только моё внимание, но и одинокой стражницы, устало жевавшей репу, сдобренную мясной подливой. Но стражница не имела желания связываться с гильдией моро́чкинских каменщиц и потому молча продолжала ковыряться ложкой в тарелке. А буйная шахтерша стукнула большой деревянной кружкой по стойке трактирщицы и вскоре оказалась возле меня, отодвинув стул и опустившись на него с ухмыляющимся видом.
— Эй, красавчик! — она говорила чистым басом, у неё было тяжёлое лицо с темными глазами.
Я снова вздохнул. Придётся строить из себя недотрогу. Казалось бы, счастье мужику — баба сама подкатывает, да только сомнительное это счастье. Бабы здесь вообще не похожи на тех феечек в бронелифчиках и няшных трактирщиц в передничках на голое тело, как нам обещали рекламные плакаты, а совсем наоборот: зачастую это грузные, очень высокие тетки, больше похожие на отъевшихся на стероидах шпалоукладчиц. Куда ни глянь, кругом обман.
В это же время встроенная в мою голову система, состоящая из биосовместимого процессора и пакета нейроконтроллеров, оценивая обстановку в фоновом режиме, выдала совет:
«Служебное сообщение: угроза жизни и здоровья минимальна. Угроза срыва сроков выполнения задачи. Причина: незапланированное взаимодействие с местным населением. Согласно протоколу, рекомендуется применить субличность книгочей. Выполнить?»
В общем, чтоб попасть в команду прогрессоров, пришлось согласиться быть подопытным кроликом по обкатке новых чипов, вживляемых прямо в черепную коробку. Мол, всегда под рукой, и никогда не потеряется. Желающих на трепанацию было не густо, потому и прошел отбор. Теперь слушаю бред в голове.
Я дал ментальное согласие. Лицо слегка похолодело из-за оттока крови, что придало ему бледности. Зрачки, наоборот, расширились, а голосовые связки изменили голос на то, что в нашей среде называлось «уста невинности». Не любил я субгипнотические процедуры, но раз протокол требует, придётся. В моменты их применения даже восприятие окружающего мира меняется. Хотя от гипноза здесь только пафосное название, просто электроды стимулируют одни участки головного мозга и железы внутренней секреции и подавляют другие. Ну там, адреналина больше-меньше, в случае если нужно подраться или сделать ноги, или окситоцина, отвечающего за эмпатию.
Не люблю я режим книжника, не люблю больше остальных, так как голова от него потом болит аж до тошноты, но против протоколов лучше не переть: себе дороже.
— Время торопит, — тихо ответил я, опустив лицо и избегая глядеть на бабищу.
Обоняние начало улавливать растворённые в воздухе феромоны, источаемые этой особой. Она явно пребывала в приподнятом настроении. Слух оценивал тембр и малейшие изменения интонации голоса, переводя эмпа́тию в овердрайв.
И о слове «Я». Мужчине здесь крайне невежливо его произносить. Я, мне, меня… Это привилегия женщин.
— Да чё! Успеешь. Ну-ка, глянь на меня.
— Пора идти, — ответил я, нарочито робко глядя на эту особу. И ведь не отвертишься. Она одной рукой поднимет меня над землёй. Придётся тянуть время, уповая на режим книгочея. В субгипнотическом состоянии даже психосоматика меняется. — Пожалуйста, позвольте уйти.
— Ух, ты, девки! У него глаза голубые, как льдинки! — заорала труженица на весь зал. — Трактирщица, большую кружку этому красавчику! Живым от меня не уйдёт!
Режим книгочея заставил держаться максимально отстранённо и не агрессивно. В случае конфликта это выставит меня жертвой, создав повод для претензий и вмешательства.
На стол со стуком опустились две большие деревянные кружки, по два литра каждая. Я так живым точно не уползу, а у меня задание. Я дотронулся до кошелька, где лежала чугунная флешка. Я не шучу. Это для местных цехов книгопечатников, которых мы поддерживали и спонсировали. Книги — самое первое, что наша организация пытался распространить в новом мире. А сейчас прогрессоры в моём лице совершенно некстати столкнулись с упёртой озабоченной дурой.
Придётся рисковать и дальше эксплуатировать режим книгочея.
— Время, — тихо произнёс я и встал, чтобы двинуться к двери.
На улице всё же спокойнее будет, а в случае перехода в режим берсеркера с последующим выплеском убойной дозы адреналина даст пространство для манёвра. Да и со спрятанным под жилетом в кобуре самозарядным пистолетом сподручнее на свежем воздухе, чтобы нож или дубинку близко не подпустить. И куда уж местным против самозарядного оружия.
