— Четыре тонны стали? — спросил Ариамен. — Хорошей?
— Хоть завтра куй мечи и доспехи, — ответил я. — И сто пятьдесят килограмм золота.
Мой сосед задумался. Наверное, сейчас конвертирует новомодные килограммы в привычные единицы измерения. Метрическая система очень удобна, но её победное шествие к тотальному доминированию только началось.
— Откуда у тебя столько стали? — поинтересовался Ариамен. — И не думаешь ли ты, что в будущем эта сталь будет обращена против тебя?
— Если она будет обращена против меня твоей рукой, то это лишь развяжет мне руки, — усмехнулся я, — а тебя покарает так сильно, что ты захочешь умереть. Твои потомки, конечно, могут попробовать испытать удачу и пойти на меня войной, но задумайся: если я так легко расстаюсь с четырьмя тоннами стали…
— Я тебя понял, — произнёс сатрап. — Условия приемлемые. Я передам тебе человека, сведущего в создании ликантропов.
— Я приму такое только при условии, что этот человек раскроет мне секрет их создания, — покачал я головой. — Не хочу хоть в чём-то зависеть от какого-то жалкого смертного.
— Посмотрим, что можно с этим сделать, — ответил на это Ариамен. — Когда я смогу получить свои золото и сталь?
— Как только я удостоверюсь, что твой человек знает секрет создания ликантропов, — ответил я.
— Позовите сюда Самайру! — велел Ариамен своим гвардейцам.
— И ещё кое-что, — произнёс я. — У меня тут для тебя небольшой подарок и новая сделка.
Я подозвал Кумбасара и вытащил из его рюкзака деревянную коробочку.
— Револьвер Нью Намбу М60, — поведал я сатрапу, открыв коробку. — Может сделать шесть выстрелов, а затем его придётся перезарядить. Пуля способна пробить кольчугу и пластинчатый доспех из закалённой стали, но с латной бронёй будут определённые проблемы. Очень хорошая штука, если надо защититься от внезапного нападения. Кобура входит в комплект, как и двадцать четыре патрона.
Мне не жалко, а отношения налаживать надо. Плохо, когда соседи не доверяют друг другу.
— Это очень щедрый дар… — сдавленным голосом произнёс Ариамен, слегка утративший контроль над собой.
— Мы же соседи! — легкомысленно махнул я рукой. — А соседи должны помогать друг другу!
— Что ты хочешь за это оружие? — спросил сатрап.
— Это подарок, — вздохнул я. — А теперь предложение. У тебя в рабстве находится некто Владимир Лужко. Он может быть полезен мне, поэтому я хочу его выкупить. Как ты на это смотришь?
— А кто он такой? — поинтересовался Ариамен, с огоньком в глазах рассматривая тщательно вычищенный револьвер.
— Он занимался в прошлом благоприятным образом государственных вельмож, — пояснил я. — Для тебя он бесполезен, ты верно его оценил, поэтому сейчас он работает на усадьбе. Триста грамм сахара — это хорошая цена?
— Он тебе нужен, поэтому килограмм сахара, — улыбнулся сатрап, оторвав взгляд от оружия.
— Сделка, — ответил я. — Найдёшь его для меня?
— Распоряжусь, — ответил Ариамен, вновь погрузившись в разглядывание японского револьвера.
Как оружие он говно, но за неимением гербовой, как говорится…
— Самайра, — произнёс персидский правитель, когда в обеденный зал завели потрёпанную женщину в льняной робе. — Ты раскроешь секрет создания ликантропов своему новому господину и будешь служить ему столько, сколько он захочет.
Ростом где-то метр пятьдесят три, вообще низкая, тощая, но это по причине скудного питания, как я вижу по впалым щекам, волосы представляют собой скомканный хаос, но на личико ничего такая, отдалённо напоминает ту индийскую актрису, что играла Зиту и Гиту. Чистая арийская кровь, хрена ли поделаешь…
В общем-то, по возрасту ей где-то лет тридцать, но в этом мире, особенно среди магов, внешность очень обманчива.
— Я не могу раскрывать тайну, — ответила она.
— Я сказал, что ты раскроешь ему тайну, а не спрашивал, можешь ли ты это сделать, — покачал головой Ариамен. — Или я отдам тебя Ростаму и он медленно снимет с тебя кожу с головы до пяток.
— Пусть так, но тайну я не раскрою, — ответила на это Самайра.
— А знаешь, она мне нравится, — заулыбался я. — Беру и так, хрен с ним. Кумбасар, вели разгружать оплату.
Четыре тонны стали — это, в основном, всякий металлолом, преимущественно конструкционная хрень, выдранная из зданий и автомобилей. По-настоящему качественную тему мы оставляем себе, а местным любая конструкционная сталь идёт за броневую, потому что местные кузнецы ещё не освоили правильную очистку металла от примесей.
— Эту в наручники, держать под круглосуточной охраной, — приказал я Костичу. — Ссать или срать идёт — под вашим внимательным наблюдением. Спит — рядом должен лежать и внимательно наблюдать воин. Понял меня?
— Да, повелитель, — ответил Костич, застёгивающий наручники за спиной Самайры.
Новая заключённая убыла в наш обоз, стоящий в пригороде, а я вернулся к беседе с Ариаменом.
— Выпьешь? — предложил тот.
— Воздержусь, — покачал я головой. — Становлюсь буйным, а ты бы не хотел видеть буйного лича в своём городе.
Мои слова произвели на него впечатление. Никто не хочет видеть буйного лича вообще нигде.
— А так, в целом, как успехи? — поинтересовался я. — Как промышленность и торговля?
— Ты мешаешь моим купцам, — честно ответил сатрап. — Внакладе мы не остаёмся, но твои предложения не позволяют сдирать с остальных по три шкуры — торговля приносит меньше прибыли. Я ожидал большего.
— Ну, это рыночная экономика, — пожал я плечами. — Честная конкуренция и всё такое…
— Честная? — переспросил Ариамен с усмешкой. — Ты ходишь в свой родной мир и грабишь его обледенелые руины, в то время как мы можем продавать только то, что ты нам продал.
— Откуда ты знаешь, что там обледенелые руины? — заинтересовался я.
— Мы пробовали отправлять туда немёртвых, но они почти никогда не возвращаются, — ответил Ариамен. Кого-то удаётся вытащить за верёвку, но он, обычно, изуродован до неузнаваемости.
— Когтями, как я понимаю? — усмехнулся я. — Да, есть такая проблема. Кстати, раз уж мы заговорили ещё и об этом. Если тебе не нужна твоя точка входа — может, продашь мне и её?
Ритуальный круг с братом-близнецом в том месте, где раньше был хаб снабжения Стоянки — это прямо лакшери.
— Нет, — покачал головой Ариамен. — Дать вход в место, откуда Стоянка получала свои баснословные богатства — это было бы неразумно.
— Ладно, — поднял я руки в жесте капитуляции. — На нет и суда нет.
— Что ещё ты можешь продать мне? — спросил сатрап. — Какие богатства ты нашёл на своей земле?
— Стекла у меня что-то прямо дохрена, — пожаловался я. — Уже всё, что только можно, застеклили, а оно всё никак не кончается. Я приторговываю им, но поступает гораздо больше, чем могут купить проезжие купцы.
— Твои купцы привозили к нам несколько сотен целых стёкол, — покивал Ариамен. — Но ты хочешь продать разом крупную партию?
— Я гарантирую тебе большую скидку, — пообещал я. — Продаю партией от тысячи стёкол. По два солида за стеклопакет. Всё почти новое, снимали аккуратно, поэтому за качество можешь не переживать — я, может и лич, но не кидала.
— Ты заинтересовал меня, — произнёс Ариамен задумчиво. — За морем есть десятки стран — думаю, там обязательно заинтересуются новым товаром.
— Вот и договорились, — усмехнулся я. — Пришлю к тебе человека, чтобы утрясти все детали, он придёт в ближайшие недели. Когда мне найдут Владимира Лужко?
/6 января 2028 года, сатрапия Сузиана, г. Сузы/
Назад возвращались через портал. Сначала в Ад, а затем домой — прямо как в «Думе». Под «Адом» я подразумеваю Землю, естественно. Вместо путешествия длиною в дни, возвращение заняло у нас часы. Владимира Освобождённого и Карину же привезла охрана, на двух мотоциклах, заряженных спиртом. Мотоциклы передали через портал на Землю. То ещё путешествие, думаю, практически по бездорожью. Но, вроде бы, ещё живые…
