— Ребята! — громко позвал всех Игорь. — Мы должны молчать про изгнание, все мы.
— Можно подумать, кто-то стал бы трепаться о таком, — буркнул Самойлов. — Мы что на идиотов похожи?
— Мало ли, вдруг кто сболтнёт случайно, — с нажимом сказал Черепанов.
— Разве что, когда на костре будем заживо гореть, но там уже в принципе будет плевать, кому и что мы скажем, — Самойлов скривил губы и отвернулся. Вот же пессимист, блин!
— Юра, а как ты это сделал? — спросил Александр, явно радуясь, что кто-то поднял эту тему.
— Да хрен его знает, — я почесал шею и задумался над ответом. — После того как появился Защитник рода, всё изменилось. Думаю, что дело в нашей связи.
— Я слышал о таком, — кивнул Саша. — У нашего рода Защитников не было, но мама из побочной ветви княжеского рода. Она рассказывала, что читала в семейной библиотеке о слиянии с Защитниками и тех силах, что появлялись после него.
— Ну вот и ответ, — я встал и начал разминаться. Короткий отдых не принёс облегчения, но усталость можно игнорировать, как и боль.
— Князь, — тихо позвал меня Бабарыкин, поднявшись следом. Он будто боялся, что я рвану с места и исчезну. — Позвольте мне сказать.
— Да говори уж, — махнул я рукой.
— Я хочу стать таким, как вы, — твёрдо проговорил он. — Научите меня? Я стану вашим вассалом, оруженосцем или секретарём. Я готов на всё, лишь бы стать сильнее.
— Михаил, — я вздохнул, подбирая слова. — Как ты заметил, оружия у меня нет. Зато есть секретарь. Чудесная девушка, между прочим.
— Вы… вы отказываете мне? — баронет сжал кулаки, помрачнел лицом и отвернулся.
А ведь парень-то изменился в Каньоне, повзрослел буквально на глазах, отбросив восторженность юности. Вот так и закаляется характер мужчины — в бою с сильным противником и с самим собой.
— Давай так сделаем, — предложил я. — Когда выберемся из Каньона, а потом и закончим с всей этой вознёй инквизиторской, мы вернёмся к этому разговору. Хорошо?
— Буду ждать вашего решения, — хмуро ответил Бабарыкин. — Спасибо, что не отказали сразу.
— Ну вот и славно, — я потрогал рану на руке, проверяя, схватилась ли кожа, а потом встретился взглядом с княжной. Ну уж нет, ещё и её выслушивать я был сейчас не готов. — Так, я погнал, не шумите тут.
Подмигнув Пожарской, я попросил Вольта покараулить людей, сосредоточился и сделал пробный рывок вперёд. Мир превратился в размытое пятно, время словно остановилось, все звуки замерли, кроме рёва ветра, от которого заложило уши. По коже пробежали мурашки, а потом через меня прошла волна электрического тока.
Я стал одним целым с молнией. Её сила текла по моим венам вместо крови, когда я мчался с запредельной скоростью, оставляя за собой шлейф из искр. Моё тело превратилось в натянутую до предела струну, готовое в любую секунду среагировать на изменение направления.
Свобода. Вот что я ощущал. Свобода и полёт, которым я управляю сам.
Мне пришлось напрячь не только тело, но и сознание, чтобы концентрироваться на каждом движении и не врезаться во что-либо. Мысли будто тоже ускорились, подмечая малейшие детали, которые я успевал выхватывать из размытой картинки.
В какой-то момент меня окружили вспышки молний, они искрили и гудели в ритме моего сердцебиения. Чувство свободы сменилось эйфорией, я ощущал себя всесильным и всемогущим. Даже воздух вокруг меня начал искажаться, образуя небольшие электрические вихри.
Остановился я только тогда, когда увидел пелену разлома. И это был не наш разлом, а другой. Я шагнул в него и оказался на дне огромной впадины, которая походила на кратер вулкана.
Хм, занятно. На длинном шесте, вбитом в трещину среди камней, одиноко трепетал на ветру американский флаг. Похоже, я вышел в Каньон, расположенный в Америке. Ладно, светиться здесь пока не стоит, лучше дальше исследовать наш Каньон.
Этим я и занялся, а после обнаружил ещё два выхода, один из которых явно был китайским. Со вторым разломом было непонятно — выход из него был окружён металлическими кольями, а сверху ещё и огромные магниты висели. Благо, у меня с собой из металлического были только вставки на кожаной броне, но и то меня чуть приподняло в воздухе.
Вскоре я нашёл те самые тоннели, которые демоны прорыли в Занадворовку. Что удивительно, все они начинались из того же самого тоннеля, где я оставил остальных членов рейда. То есть, нам буквально надо было свернуть правее, а потом пройти через пелену разлома.
Я прошёл дальше, чтобы убедиться, что хотя бы через один из этих тоннелей мы сможем пройти. Как я и думал, Рогов тогда неплохо постарался и завалил почти все выходы на поверхность, но парочку он пропустил. Вот через них мы и покинем Каньон, а там уже будем думать, куда двинем дальше.
Когда я вернулся к отряду, рубежники стояли на стрёме, на их лицах читалось явное напряжение.
— А вот и я, — сказал я, проявившись из всполоха молний.
— Фух, напугал, княже, — Александр Новиков шумно выдохнул и покачал головой. — Скажи, что нашёл выход.
— Нашёл, — кивнул я, не став уточнять, что выходов несколько.
— И куда этот выход ведёт, — с подозрением в голосе уточнил Самойлов.
— К Занадворовке, — я махнул рукой в сторону выхода из тупика и неспешно двинулся по тоннелю. — Причём идти недалеко.
Самойлов проворчал что-то про слишком умных князей и чью-то бабушку, но я его не слушал. Это на суперскорости я промчался, не замечая преград, а сейчас нам придётся идти медленно, и мы можем наткнуться на потревоженных моим перемещением по Каньону демонов.
Но, что самое интересное, просто ходить мне было уже не удобно. Хотелось устремиться со скоростью молнии вдаль. Так бывает, когда осваиваешь новое умение, улучшающее твои возможности.
В этот раз первым шёл я, но Евгений шагал почти вровень со мной, крутя головой по сторонам. Его навыки разведчика поражали. Думаю, что он был военным до того, как стать рубежником. Шаги Уткина были неслышны, а плавные движения показывали, что он привык сливаться с местностью.
Когда же впереди послышался едва различимый шорох, Евгений резко вскинул кулак и замер. Через минуту мы увидели отсветы на стенах. Похоже, за нами послали адских гончих, по крайней мере, только у них я видел огненную ауру.
Как только гончие появились в зоне видимости, я послал мощную цепную молнию, зажарив сразу половину стаи. Остальных добил издалека одиночными молниями. Я видел ожоги на рубежниках и знал, чего им стоил ближний бой с этими созданиями.
Молний мне не жалко, пока Вольт рядом, мой резерв всегда полон, так что и следующую стаю я точно так же спалил дотла. Запах жареного мяса, такой похожий на шашлык, напомнил мне, что во время привала я не подкрепился. Поморщившись, я прошёл дальше, сворачивая направо.
После адских гончих нам никто не попадался почти до самого разлома, а вот рядом с ним нас ждала засада. Около десятка огромных монстров, выше и крупнее тех демонов, с которыми мы сражались в пещере, выскочили из бокового ответвления. С их длинных языков капала слюна, которая почему-то шипела, упав на камни.
И этих тварей не брали мои молнии. Да блин! Мы не можем дожидаться, пока их магическая защита спадёт — эти монстры нас просто заплюют насмерть. Хорошо хоть, что такая мысль не пришла в их уродливые головы.
— Демоны третьего разряда, — осипшим голосом сказал Самойлов. — Вот и всё, поляжем тут, братцы.
— Да что ж ты хоронишь нас постоянно⁈ — рявкнул я. — Где твой боевой дух? Где, мать твою, решимость и мужество? Ты рубежник или насрано⁈
— Разве можно так выражаться, князь? — возмутился не к месту Бабарыкин.
— Нужно! — гаркнул я во весь голос. — Мы на войне, а не в песочнице куличики лепим!
— Держать строй, — поддержал меня командой Никулин. — Игорь, ставь щит, постараемся выждать немного.
— Я пустой же, — покачал головой Черепанов. — Выложился на полную, когда княжну вызволяли…
— Михаил, помоги ему, — сказал я Бабарыкину, мотнув головой в сторону Игоря. — Найди любой источник и дай ему всё, что сможешь.
