Если он почует, что на остальных мне не всё равно — им тоже достанется от его служебного рвения. Нет, лучше показать, будто они не волнуют меня вовсе.
— Зачем тебе этот разговор? — продолжал допытываться он.
— Нужен, — вновь изобразил я нежелание отвечать. — Или ты думаешь, я не понимаю, как дела делаются?.. Ты настигнешь меня, рано или поздно, не здесь, так ещё где-то. Вот я и хочу остановить эту цепочку, и только.
— Ты… — он сощурился. — Ты правда думаешь, что это сработает? Что моё начальство тебя завербует вместо того, чтобы просто казнить?
Бинго. Вот мышеловка словесных конструкций и захлопнулась за твоей спиной, мой недалёкий друг.
— Эй! — я сделал сердитое лицо. — С чего ты взял, будто я…
— Не пытайся отпереться, — хмыкнул донельзя довольный Гатлинг. — Ты именно это и задумал, разве нет?
— Я не говорил тебе ни «нет», ни «да», — отозвался я.
— Ты задумал это, и точка.
И где их, таких клишированных, берут?..
— Не спорю, у тебя есть определённые таланты, — теперь агент улыбался во весь рот. — Но у моего начальства есть кое-что получше, и знаешь, что это? Принципы! Никогда не работать с террористами. И уж точно у него достаточно здравого смысла, чтобы не доверять кому-то вроде тебя!
Я закатил глаза.
— Да, да, да, Гатлинг. А теперь дай мне с ними поговорить, и пусть они решают сами.
Я глянул на остальных. Надеюсь, они все прекрасно понимают, что за игру я веду. Как только портал откроется… нужно будет выскакивать оттуда и вырубать Гатлинга. Главное — выбраться за пределы карманного измерения, а всё остальное уже дело техники.
— Допустим, допустим… стой! — Гатлинг опять глянул с подозрением. — Я так и не спросил, Готфид. Почему тебя два?
— Магическая защита, — непринуждённо улыбнулся я. — Для верности. Так надёжнее — защитит от шальной пути, если ты вдруг вздумаешь кончить меня по пути вместо того, чтобы выполнить что обещал.
— Выполню, выполню, пока ты стоишь смирно, — Гатлинг снова хмурился, глядя на меня. — Одно лишнее движение, один повод — и я забуду про соглашение.
Я же говорил, что мои способности к убеждению попросту феноменальны.
— Услышал тебя, агент, — улыбнулся я в ответ. — Не отвлекайся, делай своё дело. Я жду этого разговора, мне есть что сказать твоим боссам. Как знать, может, мы ещё станем напарниками?
Гатлинг только нервно рассмеялся.
— Мечтать не вредно!
Угу, угу.
Вынув антимагический амулет, Гатлинг с подозрением покосился на кромку карманного измерения; та кружилась абсолютной белизной, как будто некий космический художник просто не успел нарисовать продолжение.
Молчание. Тишина. Снова.
Я замер, ощущая, как от амулета в руках агента исходят сильные магические вибрации. Возможно, Гатлинг и полудурок, которого держат на его должности только за преданность, рвение и бульдожью хватку. Однако с амулетом и остальным своим инвентарём разбирается лучше меня — просто за счёт того, что технология ему давно знакома.
Итак, я ждал. Гатлинг морщил лоб; все остальные уставили взгляды на него, и даже дух в моём теле, проникнувшись серьёзностью момента, глядел на него испытующе и выжидающе.
— …дьявол! — наконец, заорал Гатлинг, разворачиваясь ко мне.
— Что такое? — я спокойно поднял бровь.
— Что ты сделал, Готфрид?
Ох. Похоже, бравый агент всё-таки не может пробиться через возведённую демонами стену. Печально.
— Я ничего не сделал, агент, — заметил я. — Как и ты ничего не сделал. А должен был бы. Помнишь наш уговор?
— Нахер уговор! — взорвался тот. — Что ты сделал? Почему я не могу выбраться обратно?
— Не можешь? — заморгала Юнджи, глядя на него.
— Да, не могу! — Гатлинг обернулся на неё, словно видя впервые. Возможно, так оно и было — слишком сосредоточенный на мне, он почти не обращал внимания на остальных, как будто они были лишь массовкой, и даже сходу поверил моей версии про «второго меня». — Разве это удивляет, когда рядом находится Готфрид?
— Меня — да, — признался я. — Разве техномагия твоего мира — не самая передовая и мощная?
Признаться, я ведь и правда надеялся на неё. Как-никак, при всей тупости лично этого типа, его мир вполне себе защищён от демонов. Заслуга это Виссариона и его соплеменников, или нет, но… там есть чему поучиться.
— При чём тут… — он взорвался было снова, но оборвал себя на половине фразы. — Не пытайся заговорить мне зубы. Переговоры зашли в тупик в тот момент, когда ты принялся мешать мне покинуть это место…
— Ясно, — с видимым сожалением выдохнул я. — Жаль, очень жаль. Ральф, ты ближе всего, будь так добр…
О, Ральфа не нужно было просить дополнительно — я даже договорить не успел, когда кулак метнувшегося вперёд вояки со всей дури обрушился на макушку агента. Что-то хрустнуло, Гатлинг вытаращил глаза, с шумом выдохнул… и повалился на землю.
— Ну, — проворчал Ральф, вынимая оружие из его руки, — по крайней мере, теперь он заткнётся. Где ты его откопал, Готфрид?
Я помотал головой.
— Где откопал, там больше таких нет. Надеюсь, по крайней мере, а то куча подобных Гатлингов — это что-то запредельное. Он хотя бы жив?
— Жив, жив, — отозвалась Эмбер, подходя ближе к телу. — Хотя не уверена, что это правильное решение.
— Он нам ещё пригодится, — я попытался прикрыть глаза, чтобы лучше думалось, но когда ты призрак, пытаться сделать что-то подобное — бесполезное занятие. — А пока, пока…
Амулет всё ещё вибрировал. Я ощущал его эманации слабо, но… всё-таки. Как будто… его мощности не хватает. Он действует правильно, он сделал всё, что мог, но чего-то не хватает…
Я изумлённо воззрился на белизну перед собой.
— Что такое? — уточнил Ральф, трогая Гатлинга носком оббитого металлом берца. — Выглядишь так, Готфрид, будто привидение увидел.
Я хмыкнул. Ладно-ладно, это был действительно смешной каламбур.
— Не могу понять, что изменилось, — признался я. — Он не смог пробить брешь, но… стена стала тоньше. Кажется.
Обещать что-то не хотелось; кто знает, вдруг сорвётся и эта попытка.
— Тоньше? — Эмбер шагнула ко мне. — Сможешь пробить?
Я молчал, пытаясь понять, что именно произошло.
Если говорить в более будничных аналогиях, то здесь были слои защиты, и теперь остался последний. Будто… антимагия уничтожила защиту демонов, но оставила саму стену. Теперь карманное измерение ничего не охраняет, и можно пробить дверь… в материи Тумана.
Вот только как воздействовать на Туман?
Он всегда был вотчиной демонических ублюдков, и, как ни крути, их собственностью. Можно ходить в Туман, можно исследовать его, побеждать там монстров, добывать артефакты… он воздействовать?
Величайшие умы, вроде Ханагавы, ещё могли пытаться как-то краешком сделать это. Или магические монстры вроде Виссариона (и то не факт — ведь он так и не смог одолеть изоляцию собственного мира). Могу ли сделать это я?..
…да, могу.
Я тяжело вздохнул. И ведь вроде бы уже признал, уже согласился… а всё равно неприятно. Будто каждый раз влезаешь во что-то вязкое и смердящее.
Ладно, ладно. Частица Тьмы внутри меня. Демоны хотели превратить меня в одного из своих, и у них вышло. Отчасти.
Значит, я тоже демон. Отчасти.
А значит, я могу управлять Туманом. Отча… эээ, ладно, отчасти или полностью — это я узнаю уже на месте.
Ясно одно. Отсюда сделать это не получится — ни в виде призрака, ни в материальном теле. Туман здесь вывернут наизнанку, свёрнут в кольцо, и управиться с ним изнутри будет очень непросто.
Снаружи — другое дело. Если так подумать… там сделать это будет достаточно просто.
Если, конечно, мне никто не помешает в процессе. Ха. Ха. Ха.
Я помотал головой и тяжело вздохнул. Неприятно, неприятно. Очень не нравится признавать, что у демонов частично получилось сделать то, что они планировали.
Неприятно, зато полезно.
— Есть одна идея, — подтвердил я, оборачиваясь на вопросительные взгляды всех присутствующих. — И от этого дурака была польза, он сделал всё остальное. Мне остаётся последний шаг.
