В общем, представлялся я, мысленно аплодируя командующему Двадцать Первым Пограничным. Потом отправил вояке два идентификатора — «Химеры» и свой служебный — сообщил, что вот-вот пройду масс-детекторы по «вездеходу» и зайду на белый сектор Пинского космодрома, потребовал выделить подземный ангар и превратился в слух.
Дежурный удивил снова: вместо того, чтобы начать строить из себя центр Вселенной, переслал мне рекомендованный коридор на свободный ангар белого сектора, пожелал мягкой посадки и отключился!
Примерно в том же ключе со мной пообщался и оперативный дежурный космодрома: получив мои нынешние айдишки и файл, подтверждающий право наложить лапу на «Морок», вежливо поинтересовался, к которому часу я планирую его забрать, без какого-либо выпендрежа пообещал договориться о взлетном коридоре, а после того, как я потребовал выделить мне «Авантюрист» с идентификаторами ССО, заявил, что флаер подлетит к моему ангару в течение пяти минут!
Тут мое уважение к командующему Двадцать Первым Пограничным стало граничить с почтением, и я, сбросив вызов, попросил Феникса на всякий случай выяснить хотя бы фамилию, имя, отчество и звание этой личности. Нужную информацию получил буквально через мгновение, разблокировал замки кресла, встал и отправился переодеваться в гражданку. А после того, как привел себя в божеский вид, поддался требованиям паранойи. То есть, спрятал под легким летним пиджаком оперативную кобуру со «Штормом» и… отправился к «Авантюристу» на пару с «Голиафом». И пусть последний влез в салон с очень большим трудом, зато мне полегчало. Так что адрес в Еловом Бору я озвучил со спокойной душой, сдал ангар под охрану, дождался взлета флаера и ушел в свои мысли…
…К жилому комплексу «Рассвет» подлетел в восемнадцать сорок восемь по времени Радонежа, припарковал флаер на первое попавшееся гостевое место, собрался с духом и набрал тетю Марину. Матушка Костяна ответила практически сразу, но в момент появления на экране выглядела настолько осунувшейся, что у меня оборвалось сердце. Первая реакция женщины на меня тоже не обрадовала — она вжала голову в плечи, нервно облизала губы и шепотом спросила, не заявился ли я, часом, в Бурелом!
— Теть Марин, я — в ангаре вашего дома. В светло-сером «Авантюристе». И если вы…
Она вспыхнула еще на первом предложении. А потом затараторила. Все так же, шепотом:
— Тор, немедленно улетай и из Елового Бора, и из Радонежа: тебя ищет вся шпана района!!!
— Спасибо за заботу, но со шпаной проблем не будет! — твердо пообещал я и перешел к делу: — Скажите, пожалуйста, Костя домой не возвращался?
Синицина понуро опустила голову и отрицательно помотала головой:
— Нет: они с Петей застряли на Твери. А там… хуже, чем у нас, они звонят в лучшем случае раз в неделю, и-и-и… я уже извелась.
— Понял. Вопрос номер два: вы сейчас дома?
— Да. Но выходить из дома… не рискую: на нашем этаже поселилась боевая тройка «Анархистов», и встречаться с ними… некомфортно.
— Тогда собирайте документы и самые ценные вещи — ровно через десять минут я позвоню в дверь и заберу вас в Радонеж.
Трудно сказать, по какой причине она послушалась, не задав ни единого вопроса, но ровно через десять минут я забрал у нее спортивную сумку Костяна, довел до лифтового холла и попросил не пугаться «Голиафа», дожидавшегося нас в грузовой кабинке. Пока поднимались в ангар, тоже не сказала ни слова. Зато после того, как юркнула в салон, села на самое дальнее сидение и дождалась завершения «погрузки» дроида, поймала мой взгляд и криво усмехнулась:
— Такой защитник не помешал бы и мне: до смены руководства «Анархии» ее рядовые бойцы вели себя более-менее вменяемо. А сейчас, когда этой бандой командует двадцатипятилетний отморозок, окончательно сорвались с тормозов. Из-за этого ходить по району стало страшно даже утром…
— … и вы были вынуждены уйти с работы?
— Ну… да. А еще хотела переехать. Куда угодно. Но квартиры в Девятке упали в цене раза в четыре, если не в пять. А в более-менее нормальных районах Радонежа, наоборот, подорожали. И как бы не на порядок.
— Дальше можете не объяснять… — буркнул я, мысленно отметил, что в этот раз подтвердились мои самые худшие опасения, назвал бортовому ИИ адрес в столице и перешел на командно-штабной: — Теть Марин, мне нужны реквизиты вашего банковского счета и банковского счета Кости. Прямо сейчас.
— Тор, я понимаю, что ты получил насле— …
— Теть Марин, это была не просьба.
— Да, но я…
— Теть Марин, вы всю жизнь относились ко мне, как к родному сыну. Вот я за искреннюю любовь и воздаю.
— Спасибо… — глухо сказала она, вытерла увлажнившиеся глаза и скинула мне реквизиты.
Я влез в банк-клиент, перевел на оба счета по два миллиона, затем набрал номер местного личного консультанта, который заблаговременно выяснил у Инны, представился, попросил перевести звонок в защищенный режим, немного подождал и перешел к делу:
— Полина, я хочу приобрести трехкомнатную квартиру со всеми удобствами в Купеческом районе Радонежа. По возможности, сегодня и, по возможности, с персональным терминалом ЦСД. В приоритете — небольшие ЖК. Бюджет — в пределах миллиона.
Пока я излагал свои пожелания, крашеная блондиночка с зелеными глазами жила в рабочем интерфейсе.
Так что готовый ответ выдала чуть ли не до того, как я замолчал:
— Есть «трешка» с «персоналкой», всеми удобствами и одним парковочным местом на шестом этаже семиэтажного ЖК на бульваре генерала Вяземского, два за восемьсот пятьдесят тысяч. Рядом Борисовский парк, ТРЦ «Капля» и станция надземки. Территория охраняется частным охранным предприятием «Боярин». Если не устроит этот вариант, то подберем другие.
— Я хочу ее посмотреть. С вас — адрес и время встречи с маклером.
— Маклер будет на месте через девять минут. Адрес отправляю сообщением. Могу помочь чем-нибудь еще?
Я отрицательно помотал головой, поблагодарил ее за помощь, пожелал всего хорошего и сбросил вызов. Затем скорректировал маршрут, снова поймал взгляд матушки Костяна, смотревшей на меня квадратными глазами, и выдал более-менее удобоваримую легенду:
— Сдал экзамены на Императорский Грант и поступил в Академию ССО. А новый статус и наследство сотрудника этого ведомства позволяют… многое.
Тут Синицина, наконец, отвисла и заявила, что не может принять такие подарки. Но я был готов и не к такому:
— Теть Марин, против нас воюет не одно государственное образование, а целая коалиция. Говоря иными словами, война закончится нескоро, а вам надо где-то жить и что-то есть хотя бы до тех пор, пока вояки не вырежут «Анархию» и другие банды под корень. Далее, цены на все и вся, как вы прекрасно знаете, постоянно растут. А не работаете не только вы — Петр Игоревич находится не дома, соответственно, не получает ни рубля, а платит за все и вся втридорога. И последнее: я отдал не все, что было. Кроме того, служу, а значит, нахожусь на содержании государства. Короче говоря, перестаньте комплексовать, найдите возможность продать старую квартиру в удаленном режиме и имейте в виду, что я помог и Косте. Так что делиться с ним и Петром Игоревичем этими деньгами нет никакой необходимости…
Она нервно сжала и разжала кулаки, на несколько мгновений ушла в себя, а потом решительно тряхнула волосами:
— Спасибо, Тор. Будем должны. Кстати, как долго ты будешь находиться на Смоленске, где планируешь жить все это время и как часто сможешь появляться на планете после того, как улетишь в свою Академию?
— Я улечу через несколько часов. Но останусь на связи. И, вероятнее всего, раз в сто лет буду прилетать в командировки, ибо временно прикомандирован к ССО Смоленска. В общем, если что — отправляйте сообщения на этот комм и ждите в гости…
Глава 28
4–5 августа 2469 по ЕГК.
…В систему Киншаса пилили без малого шесть суток, хотя, лети мы по прямой, добрались бы за семнадцать часов двадцать шесть минут. Увы, прыгать через зоны перехода первой категории было слишком уж рискованно, поэтому я вел «Химеру» через «двойки». И сочетал приятное с полезным. То есть, радовал паранойю и, в то же самое время, доводил до ума навыки сразу девяти учебных дисциплин второго, третьего и четвертого курсов ИАССН. Кроме того, рубился с «Рукопашниками», шлифовал слишком уж сырые планы акций и, конечно же, штудировал фронтовые сводки, прилетавшие каждый божий день в девять утра по времени Новомосковска.
