— Ингууур! Что за птичку ты поймал? И почему она такая голая? Это ты успел его раздеть?
Блондин едва заметно поморщился, после чего слегка отвел клинок от моей шеи, позволив мне слегка расслабиться. Учитывая, что второй парень был с луком в руках, мои шансы убежать резко просели. Не до нуля, но до тех величин, когда я уже не хотел рисковать и пытаться их выяснить на практике. Блондин, видимо, тоже это понимал, хотя и навряд ли подозревал объемы моих параметров и количество заклинаний у меня в загашнике. Все же хорошо прокачанная «Оценка» — явление редкое, обычно встречающееся только у ремесленников. А у блондинчика она хоть и есть, но явно не превышает пятерку. Почему я так решил? Потому что моя «Оценка» при взгляде на него выдавала следующее:
Имя:???
Возраст: 22–48 лет
Ступень:???
* * *
Базовые характеристики:
???
Суммарно: 102–190
* * *
Вторичные характеристики:
Харизма:???
Сопротивление тьме:???
Магия света:???
???
Суммарно:???
* * *
Навыки:
Оценка:???
Кинжалы:???
Ночное зрение:???
Суммарно:???
* * *
Профессии:
???
Суммарно:???
* * *
Заклинания:???
«Оценка» работала по довольно запутанным правилам, принимая во внимание и ступени (как мои, так и противника), и наличие вспомогательных характеристик вроде «Наблюдательности», и еще тысячи факторов. Но в базовом варианте это работало так: если я пытаюсь оценить противника и мой навык «Оценки» меньше пяти, то максимум, что я увижу — его крайне примерный возраст и еще более примерную сумму базовых характеристик. И то, последнее — только если разница в ступенях весьма существенна и в мою пользу.
Если «Оценка» поднимается выше пятерки — начинают отображаться и другие параметры, но лишь самые неразвитые — только если они и сами находятся в пределах пяти единиц, а то и меньше. После десяти единиц в «Оценке» можно увидеть слаборазвитые заклинания и параметры в пределах примерно той же десятки. Дальнейшее развитие навыка было малоизвестно по банальной причине — не так уж много разумных, переваливших в этом навыке за десятку. И те — в основном, ремесленники. Те же горняки, травники, алхимики… Уж очень медленно он растет, требуется постоянное и разнообразное его использование. У меня, например, он едва перевалил за девять единиц и почти застыл, несмотря на все мои бонусы.
Собственно, благодаря тому, что я увидел у Ингура, а потом и у его напарника «Оценку», я слегка расслабился — она у них явно меньше пятерки, а значит, они не смогут увидеть… лишнего. А то мало ли. После гномов я уже никому не доверяю. Большую часть моих заклинаний, конечно, не увидеть — они довольно высокоранговые. Но и меньшей части более чем достаточно для соответствующих вопросов — откуда, как, и не хочу ли я ими поделиться. Особенно последнее. Учитывая, что вокруг никого нет, я сомнительный преступник, а их двое, они с оружием и примерно равны мне по параметрам — не хочу вводить добрых людей в искушение.
* * *
Парня со странной маскировкой звали Юстом. Оценка, несмотря на молодой вид, показала у него не только наличие сразу двух магических навыков (огня и металла), во вторичных характеристиках, но еще и неплохой диапазон суммарных базовых: 146–229. Заметно больше, чем у Ингура, да и у того, вдобавок, была лишь «Магия света» во вторичных. Весельчак Юст явно был в разы опаснее. Но при этом изо всех сил старался этого не показывать, отдавая всю инициативу Ингуру, который связал мне руки и конвоировал через лес, пока Юст проверял путь и разведывал лес вокруг нас. Периодически он настолько сливался в своей одежде с деревьями, что я на какое-то время его терял. Пока он вновь не вылезал из густых зарослей на тропинку перед нами.
Путь затянулся на пару часов. Мне повезло попасть в самый центр относительно небольшой рощи — поэтому я и не увидел из озера ничего, кроме леса. А так-то буквально в десятке километров к западу раскинулся на холмах огромный Эндевис. Столица великой империи Леварис. И, стоило нам выйти из леса, как он разом предстал перед нами — величественный, слегка сумбурный и крайне, крайне шумный. Рокот людей мы услышали буквально сразу, еще до того, как пересекли городскую черту: возле ближайших ворот бурлила шумная людская масса, разделенная на два примерно одинаковых потока — тех, кто входил в город, и тех, кто выходил. Юст и Ингур во входной очереди стоять не стали, молча провели меня по обочине, минуя удивленные взгляды всех вокруг. В основном, конечно, направленные на меня, потому как я все еще был почти голый, в одном нижнем белье. Хорошо, что я не стал раздеваться полностью, когда устроил свой заплыв.
Измученному стражнику у ворот Юст показал какую-то бляху и нас пропустили без очереди и без входной пошлины. И я, наконец, оказался в столице. Не совсем так, как я хотел когда-то. Не как абитуриент Академии, не как будущий великий маг, а как мелкий преступник, посмевший залезть в личную императорскую рощу, да еще и собирать там хворост.
Что же это за роща такая? Красные Ясени — довольно редкий вид магических деревьев, который конкретно в Леварисе растет лишь в одном месте. Да, именно в этой демоновой роще. И, помимо своей редкости, их семена и, в меньшей степени, кора и листья, используются во множестве алхимических рецептов. А значит что? Верно, их бережно охраняют и они являются личной собственностью императорской семьи. Столичная Гильдия Алхимиков ежегодно стонет и платит тысячи золотых за возможность провести жалкие пару дней в этой роще, в период, когда на деревьях появляются семена, и собрать как можно больше ценных ингредиентов. Были, конечно, ингредиенты-аналоги, но зачастую они стоили еще дороже, поскольку водились либо значительно севернее, либо на самом юге материка.
Увы, все, что я знал о роще, я подчерпнул от отца именно в рамках разговоров об алхимии, и на этом мои знания ограничивались. Я понимал, что навряд ли меня казнят за такую мелочь, как сбор хвороста, но какое именно наказание мне светит? Штраф? Каторга? И главное — что мне им говорить? Правду? Или пытаться соврать? Увы, если я скажу правду — меня раскрутят под заклинанием правды, после чего сумку с камнями, оставшуюся в гроте, явно найдут и конфискуют. А так остается иллюзорный шанс, что я когда-нибудь за ней вернусь… Да и чистосердечное признание неизбежно приведет к вопросам о том, каким образом я выжил в подземельях, а значит — к моему Дару, который я откровенно не хочу пока светить. Значит, нужно пытаться сформулировать такую ложь, чтобы она не вызывала лишних вопросов. Я поморщился, вспомнив карьер Судри. У него был шар-артефакт, распознающий вранье. Такой же или аналогичный просто обязан быть на любом допросе. Значит, мне нужна формальная правда, полная недоговорок и сформулированная так, чтобы собеседник понял ее по-своему… Пример в виде когда-то умудрившегося чуть ли не напрямую соврать Эльгера, у меня был.
* * *
Улицы, по которым меня вели, я даже не заметил, скрипя мозгами и продумывая формулировки. Погрузившись в себя, перебирал ногами на полном автомате, поддерживаемый Ингуром под локоть. Вид у меня, наверное, был совсем потерянный. Но это мне даже на руку — как еще должен выглядеть пойманный на горячем глуповатый крестьянин?
Здание суда было довольно непримечательным, но внушительным по размерам. Три этажа, обычный серый гранит, никаких украшений, как на любом соседнем строении. Минималистично и строго. Туда меня и завели, оставив в небольшой комнатке на первом этаже. В комнате вдоль стен сидело еще с десяток таких же бедолаг разного вида и возраста, а в центре стояли несколько нещадно потеющих стражников в полном обмундировании.
