Установив камень в нужное место, Коржов принялся выполнять какие-то загадочные манипуляции за моей спиной. Вопросов задавать ему не стал. Из своего небогатого опыта общения с детьми прекрасно представляю, насколько сложно объяснить девяти-десятилетке принцип действия термоядерной электростанции, поскольку для ребенка все эти нейтроны, протоны, электроны и прочие глюоны с гравитонами абстракция, которую невозможно взять в руки. А коль нет возможности что-то потрогать, значит, его и не существует.
Все это время я перенес, не издав ни звука. Зато вдоволь наслушался стариковского бормотания. Прям словесный понос случился у Василия Захаровича.
Наконец все дополнительные тонкие настройки оборудования были выполнены.
Архивариус удовлетворенно потер ладошки и велел располагаться в кресле со всеми удобствами и по возможности расслабиться. Я именно так и сделал.
То, что артефакт начал работать, я ощутил по его легкой вибрации. А еще заботливая Кларисса меня оповестила:
— Александр Николаевич, отмечаю воздействие на ваш организм излучения незнакомой природы. Это может быть опасным для вашего здоровья.
На что я ответил:
— Не парься, Клэр, хотели бы навредить, мы с тобой уже давно покоились бы на ближайшем кладбище, ну или в сосудах с медицинским спиртом в основательно фрагментированном виде.
Постепенно звук издаваемый артефактом стал более громким и каким-то рваным. Такое впечатление, что где-то вдали работает механическая камнедробилка и одновременно с этим разговаривают люди. Из-за то усиливающегося, то ослабевающего звука работающего агрегата было непонятно о чем они говорят.
Не заметил, как впал в состояние практически полного отрешения от реальности. Сознание погрузилось во мрак. В голове лишь гул и неразборчивые мужские голоса.
Сколь долго продолжалось означенное действо сказать затрудняюсь, поскольку потерял способность воспринимать течение времени.
Однако рано или поздно все заканчивается. В какой-то момент мои глаза распахнулись, я увидел стоящего в двух метрах от моего кресла и заботливо взирающего на меня Василия Захаровича:
— Как самочувствие, Полубояринов? Насколько сильно болит голова?
Прислушался к своим ощущениям и не почувствовав никакой боли, бодрым голосом ответил:
— Самочувствие отличное, Василий Захарович.
— Странно, — задумчиво пробормотал библиотекарь. — Экспресс-внедрение столь существенного объема информации непосредственно в мозг, должно вызывать довольно чувствительные головные боли, кои будут продолжаться до полного усвоения человеческом комплекса знаний. По моим многочисленным наблюдениям за обучаемыми твоя головушка, вьюнош, в данный момент должна напоминать перегретый автоклав алхимика-неумехи. Странно, очень странно! Может, сбой какой в работе артефакта? Ладно, это мы сейчас выясним. Ну-ка, молодой человек, поведай морфологические особенности грязевки Эртцля?
— Грязевка Эртцля, млекопитающее, обитающее в болотах Мерцала, мира, принадлежащего Германскому Союзу. Средний вес взрослого самца около шести пудов, у самок этот показатель в два раза ниже. Характеризуется наличием прочной шкуры, и густого волосяного покрова. Мощные когти и острые зубы делают его крайне опасным для одинокого путешественника. На организованные группы…
— Так стоп! — Громко воскликнул крайне возбужденный архивариус. — Теперь поведай, что тебе известно о синильге Батицкого?
— Птица такая со склонностью к магической левитации. Эндемик мира Риваль, в других местах не размножается и быстро чахнет. Относится к крупным пернатым хищникам. Вес взрослого экземпляра достигает полутора-двух центнеров, что позволяет синильге успешно охотиться на крупных животных, в том числе и людей. Ареал обитания…
— Достаточно, Полубояринов. Вне всяких сомнений, полный каталог иномирных тварей тобой успешно усвоен. Единственное, чего я не понимаю — это по какой такой причине ты тут лыбишься во всю свою наглую рожу, а не стенаешь от нестерпимой головной боли.
Ага, так тебе все и рассказал. Нечего всем подряд знать о наличии в моей голове верного и надежного помощника. Альмансору Фаттаховичу известно, а остальные пусть так и остаются в полном неведении. Меньше знают — крепче сон. Впрочем, кое-какое рациональное «зернышко» для размышлений я подкинул обескураженному Коржову:
— Василий Захарович, — может это из-за того, что я в магии полный бездарь?
— А что, — архивариус аж лицом просветлел, — отличная мысля. Ты ж у нас феномен. А от феноменов чего угодно ожидать можно. Ладно, сеанс закончен. Можешь быть свободным. А я пока письменный отчет для Альмансора Фаттаховича составлю.
Глава 7
Из библиотеки направился в парк. Новой информации куча, надо бы всё хорошенько обмозговать, заодно с Кларисой пообщаться, кое-какие моменты прояснить. Устроился в облюбованном местечке на скамейке под яблонькой. Перед тем, как сесть сорвал пару плодов. Хрустнул сочной кисло-сладкой мякотью и отметил, что день ото дня яблоки становятся всё вкуснее и вкуснее. Интересно, их здесь собирают, или упадут на землю в качестве корма для червей?
Хотя, это не тот вопрос, который меня интересует в данный момент больше всего.
— Клэр, что это сейчас было?
— Передача больших массивов данных напрямую в мозг посредством неизвестных мне практик. Магия, босс, что голова, предмет темный исследованию не подлежит.
— Здорово сказано! Сама придумала?
— Ну что вы, Александр Николаевич, Искины, нейросети и прочие вычислительные устройства лишены креативной функции. Это фраза из фильма более чем тысячелетней давности. Учебная база — «Культурное наследие предков», подраздел — «Кино двадцатый век».
— А-а-а, ну да, что-то такое припоминаю… Ладно, о всякий культур-шмультур поговорим как-нибудь в другой раз. Расскажи-ка каким образом происходил процесс закачки знаний через этот шайтан-машин, и почему у меня не болит голова? По заверениям вредного старикашки она должна буквально раскалываться.
— Ну с этим всё просто, тащ старший лейтенант, мне удалось перехватить поток информации на фазе внедрения в подкорку мозга, затем структурировать таким образом, чтобы не было критических наслоений и конфликтов с уже имеющимися в вашей голове знаниями.
— Ты это… насчет старлея заканчивай свои подковырки. Я здесь даже не рядовой. Обращайся по имени, можно на «ты», чай не барин.
Справедливости ради, я когда-то сам настроил Клэр на такой стиль общения. Немудреный солдафонский юморок с легкой толикой фривольности способствуют повышению настроения курсанта, особенно после того, как заработал за какое-нибудь прегрешение внеочередной наряд на хозработы. Оно ведь даже при тотальной роботизации и цифровизации общества, бойцу положено копать землю лопатой и копать много и часто, а еще картошку на кухне чистить и прочие овощи, территорию метлой мести. Ибо, скучающий боец опаснее тонны самой мощной взрывчатки.
— Принято. Обращаться к оператору на «ты» и по имени.
— Значит, конфликты предотвратила, — задумчиво пробормотал я.
— Именно так, Александр. Если бы не мое вмешательство, сейчас ты себя чувствовал как наркоман со стажем во время ломки.
— Спасибо тебе за это, мой ангел-хранитель! Ладно, с этим разобрались
Я поднялся с лавочки, сорвал еще с полдюжины яблок и распихал по карманам. Затем без спешки побрел по выложенной каменной брусчаткой садовой дорожке.
Образовательная программа мной выполнена успешно. Необходимый минимум знаний об этом мире и его обществе мною получен.
Что же касательно обещания Коринфского-Квинта «распечатать» мой магический источник, я ему верю. С удовольствием поторопил бы чародея, но вполне отдаю себе отчет, что спешка хороша лишь при ловле блох. Это поговорка такая, сам я этих тварей никогда не видел и знаю о них лишь понаслышке. Надеюсь Альмансор Фаттахович в данный момент занимается решением именно этого вопроса.
А еще в моей голове постоянно крутится его фраза, насчет моей предстоящей отработки. Интересно, что такого может совершить неофит, на что неспособны здешние иерархи? Или всё-таки способны, просто мой благодетель не желает обращаться ни к кому из своих коллег? Пока сплошные непонятки.
