Попрощавшись с ним, я направился в бухгалтерию, где меня даже спрашивать ни о чём не стали, перечислили аванс и сто тысяч на нужды подразделения. А жизнь-то налаживается!
* * *
Тем временем на одном из подземных уровней департамента безопасности.
Назар Крылов прищурился от света лампы и сжал зубы. Его руки и ноги были прикованы к стене особыми наручниками. Можно было решить, что это конец, но Назар знал — это только начало.
Когда-то наивный юноша с горящим взором мечтал служить на благо человечества, видел во снах, как он очищает мир от демонов. Но мир не хотел очищения, он хотел отмщения. Назар потратил тридцать лет на исследование Каньона, демонических сущностей, монстров и их возможностей.
Орден Инквизиции никогда не интересовался, каким образом одержимыми оказываются люди, далёкие от Рубежа. Как происходит процесс одержимости их тоже не волновал. Единственное, что имело значение, — плата за зелья и сожжённых аристократов.
Инквизиторы стали палачами, жадными до денег и власти. Они уже давно перестали думать, анализировать. Но Назару было не плевать.
Три года назад он нашёл то, что так долго искал. Смог связать воедино все ниточки. Выводы были неутешительные — среди одержимых практически не было простых людей, только аристократы, у которых когда-то были Защитники рода.
Одержимость наступала внезапно без каких-то особых эффектов. Просто человек вдруг менялся в один момент. Иногда одержимые годами ходили среди людей, ели, пили, вели обычную жизнь.
А потом они сами выдавали себя. К моменту казни оказывалось, что большинство членов рода умерли по разным причинам, и накопленное столетиями состояние уходило в казну и Орден.
Хранители. Всего одно слово, мелькнувшее среди тысяч страниц архивных записей. Всего одно слово, указавшее Назару путь.
Это они заражали людей демоническими сущностями, чтобы ослабить аристократию. И выбирали они только тех, кто был опасен для Хранителей. Тех, кто мог каким-то образом помешать им или возродить своих Защитников.
Разве не логичным было спасти от костров инквизиции именно их? Крылов пытался излечить одержимость. Без соратников, без поддержки властей.
И в итоге кто-то выдал его. Не просто же так в его имении появились безопасники с инквизиторами, которые первым делом рванули в подвал? Конечно, они обнаружили одержимых, запертых в специальных камерах.
Плевать. Громов умеет изгонять демонов. Работа Назара завершена, он добился того, чего так страстно желал, — нашёл способ вышвырнуть из этого мира тварей, засевших в телах людей. Ради одного только этого можно было отправиться на казнь.
Металлические засовы на двери лязгнули с противным скрежетом. Крылов встретил взгляд своего ученика и усмехнулся. Опять Данила. Ставленник с самого верха, беспринципный и уродливый душой человек. Садист, каких поискать.
Значит, ему выпала честь пытать бывшего наместника? Что ж, Крылову есть чем его удивить.
* * *
В это же время на землях рода Громовых
Максим Обухов стоял в дозоре блокпоста уже шесть часов. Смена ещё не приехала, а старички не особо хотели подменять молодого бойца. Им больше нравилось отсиживаться в каптёрке и пересчитывать патроны.
Для Максима назначение под Звенигород казалось той самой ступенькой, с которой он сделает шаг в будущее, наполненное наградами, почестями и конечно же повышенными ставками для военных. Не Рубеж, конечно, но кто знает, вдруг через пару лет служба здесь тоже будет приравниваться к боевому стажу?
Так что он молчал, глядел в сторону нового Каньона и не жаловался. Происшествий за последние сутки было всего два. Вчера вечером в кустах шумел дикий зверь, судя по всему. И сегодня с утра командир опрокинул на себя горячий чай.
Никаких демонов, никакой опасности. Даже проявить себя не удалось. В глубине души Максим верил, что он сумеет стать героем, защитит своих сослуживцев и получит орден. Да, именно так всё и будет!
— Чего размечтался? — буркнул старший лейтенант Косинкин, исподлобья зыркнув на Максима. — Взгляд патрульного должен быть ясным, направленным на объект слежки.
— Так точно! — гаркнул Максим, выпрямившись в струнку.
— Громова не видел? — уже тише спросил Косинкин, поморщившись. — Нутром чую, что этот князь со своей псиной скоро заявится.
— Никак нет, — Максим сглотнул и направил взгляд вдаль.
Нельзя показывать старлею, что ему до смерти хочется расхохотаться от воспоминаний. Пёс князя извалял Косинкина в грязи, а потом ещё и чуть не помочился на него. Для всего взвода такое зрелище было приятней даже любования пышной грудью Марии Игнатьевны — поварихи в военной части.
Илья Косинкин успел порядком достать каждого. Противный нудный мужик он, а не командир. Вот князь Пожарский — тот да! От одного взгляда на него хочется бежать исполнять любой приказ.
— Да твоюжмать, — протяжно сказал Косинкин. Почти пропел. А потом взял рацию и заорал. — Боевая тревога! Внимание всем! Прорыв демонов! Боевая тревога! Их тут сотни, а то и тысячи… нам всем пи…
* * *
Лейра смотрела на своих созданий с нежностью, какая бывает в глазах матери, когда её ребёнок делает первые шаги. Все монстрики были любимы Хранительницей не меньше. А может даже и больше.
Демоническая армия лавиной хлынула на земли человечишки, который успел порядком надоесть Хранителям. Ну не может быть этот Проводник таким живучим и изворотливым! Ещё и сумел объединить две части грозового элементаля.
А что дальше? Найдёт третью, а потом бросит вызов Хранителям? Нет, так дело не пойдёт.
Питомцы Лейры сделают то, для чего созданы. Сначала сметут эти смешные баррикады и разорвут людишек. А потом они разбредутся по стране, чтобы сеять ужас и убивать неугодных.
Ну а на людишек у Лейры тоже есть планы. Кто, как не демоны в человеческих обличьях, смогут подобраться к Проводнику?
Все выжившие в этой битве получат особый подарок — подселённую демоническую душу. Но не только они. Большой город совсем рядом, и новых игрушек там не тысячи, а миллионы.
Лейра улыбнулась хищной улыбкой, когда первые ряды демонов прорвались через блокпост. Кровь текла рекой, люди кричали, стреляли и умирали. Сладкая музыка и услада для глаз Хранительницы. То ли ещё будет…
Глава 10
Я шёл по коридорам департамента безопасности в прекрасном настроении. На моём счету лежала крупная сумма, новый наместник не испытывал ко мне неприязни, а к вечеру у меня будет собственная маленькая гвардия. Пусть и временная, зато своя собственная.
Вольт шагал рядом, крутил головой по сторонам и вздыхал о высосанной Хранителями энергии. Я и сам бы не прочь пополнить резерв побыстрее — естественное восстановление было слишком уж долгим. Может дело в том, что я увеличил ёмкость источника?
— Князь Громов? — услышал я окрик знакомым голосом. — А вы что здесь забыли?
Повернувшись на звук, я встретился взглядом с Данилой Прошиным. На лице инквизитора красовались бурые пятна, подозрительно похожие на брызги крови. Я поморщился и сделал шаг в сторону.
В прошлый раз от Данилы воняло гарью после казни, сейчас он разгуливает по департаменту в крови. Он будто хвастается своими садистскими наклонностями, выставляя их напоказ.
— Я задал вопрос! — не унимался этот гадёныш, приближаясь ко мне.
— А у вас есть право собственности на это здание? — хмыкнул я. — Насколько мне известно, оно принадлежит короне.
— Вы посмели заявиться сюда в красном, — прошипел Данила.
— То есть и на красный цвет у вас монополия? — весело спросил я, покачав головой. — Не слишком ли много вы на себя берете?
— Вы вводите людей в заблуждение! — Прошин повысил голос. — Такой цвет и покрой плаща недопустимы. Только инквизиция имеет право на красные мантии.
— Вот же совпадение! — я хлопнул себя по лбу ладонью. — А ведь я тоже теперь в инквизиции.
