Шпилька уверенно вышла из ангара и так же уверенно прошла по коридору, легко и просто, словно на прогулку выбежала.
- Я прошла, я прошла! – доложила она. – Перехожу на скоростной!
Все выдохнули.
- Так, грузимся и на станцию, - скомандовала Лориэль.
Зара повернулась к Ундагаре:
- Тетушка, а мы чего сидим?
- А я почем знаю? Вас же молодух пока не пнешь, работать не начнете! – тетушка похлопала пилота по плечу. – Готовьтесь. Надо подойти к пробоине и все осмотреть. Сейчас саперы игрушки свои настроят и работаем.
Лориэль проверила все машины, раненых грузили больше нормы, находили кто с легкими, их в кислородные маски, остальных прямо на лежаках и носилках. В качестве сопровождения по одной медсестре.
- Страшно? – спросила Лориэль, усаживаясь в кресло.
- Не очень, - ответила Буми по внутренней связи. – Скорости у объектов небольшие, проскочим.
К маневрам в поле группа обучена, даже Петимарра прошла легко. Отлетели от поврежденного крейсера и рванули на скоростном режиме к орбитальной станции. Под спасательные работы выделили целый ангар, тут кипела жизнь. Десятки медработников, спасатели, инженеры, саперы. К Лориэль в машину завели спасателя в тяжелом костюме, еще одну к Петимарре. В третью машину набилось два десятка инженеров силовых установок, все хмурые, сосредоточенные, готовы к работе. Оборудования напихали столько, что в грузовом модуле не развернуться.
Возле крейсера пришлось полетать кругами, пока навигаторы найдут проход до посадочного ангара. Хорошее окно появилось не сразу, зашли на посадку с минимальным разрывом между машинами. Разгрузка, забрали раненых и снова вылет.
На станции уже приготовили все необходимое оборудование, инженеры горели желанием запустить уцелевшую гравитационную установку. «Акула» рассчитана на тяжелый бой и серьезные повреждения, основная часть взрыва ушла наружу, несколько внутренних отсеков смяло, где-то сотня девчонок заперты в стальных ловушках. К ним пробивались спасатели и десант. Наружные группы вместе с саперами добрались до арсенала и пробовали закрепить уцелевшие боеприпасы, чтобы не было очередного выброса. Группа Ундагары работала над восстановлением внешней связи и ближайших маневровых двигателей. При взрыве был сильный выброс плазмы, поэтому часть оборудования еще и перегорела от перегрузки.
Осталось решить, что делать с роем снарядов перед посадочными шлюзами. Была идея отключить гравитацию и подождать, чтобы все разлетелось в стороны. Посчитали время и передумали. Медицина была против, слишком много раненых и предсказать, как раны и переломы поведут себя в невесомости очень сложно. К тому же есть риск, что снаряды влетят в корпус «акулы», шанс, что какая-нибудь торпеда рванет от удара чуть больше нуля, но все-таки есть и рисковать не стали.
До десяти групп у внешней обшивки корабля пытались починить защитные автоматы – скорострельные пушки, как раз рассчитанные на уничтожение небольших объектов вроде торпед или метеоритов. Им пришлось ускориться, к делу привлекли две «платформы» и группу десантных барж. Они тихоходные, зато куда вместительнее, вот только провести баржи по полю осколков не выйдет. Да, всем сказали, что тут осколки. Экипажи барж согласились немного подождать, а вот «платформы» готовились к вылету и задерживаться не собирались. Стыковочные пилоны в задней части акулы не пострадали, осталось только решить, как пристыковаться к неуправляемому кораблю. Обычно «акула» замедляет ход или совсем останавливается, вращение убирается хотя бы по двум плоскостям, и только тогда служба контроля дает разрешение на стыковку. Что делать в нынешних условиях экипажи «платформ» еще не придумали, но к вылету готовились.
Арабила привезла с планеты группу заводских техников во главе с Натангой, пока шла разгрузка-погрузка, девчонки успевали осмотреть все машины. Следующий вылет сделали уже на пределе сил, вторые сутки заканчивались. Лориэль всех предупредила, что группы отоспятся, хотя бы пять часов. Раненых вывезли всех, самое важное оборудование и группы инженеров перевезли, остальное может чуть-чуть подождать.
Пока шла разгрузка в ангаре станции к Петимарре подошли какие-то тетки. Лориэль сразу распознала в них оперативниц и накинулась. Схватила одну и отшвырнула от машины.
- К экипажам не подходить! – заорала она на весь ангар.
- Мы при…
- Нахер отсюда! Или прикажу стрелять! Вон!
- Что же вы так шумите, старшая? – раздался знакомый голос рядом.
Лориэль узнала в гостье страшно секретную тетушку из контрразведки.
- Не старшая, а мастер, - Лориэль загородила собой экипаж и кивнула на оперативниц. – Ваше хозяйство? Уходите, никаких разговоров. У экипажей отдых.
- Разговора нам не избежать, - сказала разведчица.
- После дела. А сейчас вон все. У нас всего пять часов на отдых, и вы уже украли несколько минут.
- Хорошо, - разведчика решила не ссориться и кивнула своим, чтобы уходили.
Спать легли здесь же в комнате техников. Устали, вырубились сразу, а через пять часов по будильнику вскочили как ужаленные и побежали к машинам, по пути перехватив у техников бутерброды и термосы с чаем. Задержались, чтобы немного согласовать с баржами время вылетов и маршруты полетов. Теперь можно, теперь они пройдут. Зара сообщила, что на «акуле» оживили несколько автоматов и десант по схеме Тессы отстреливает летающие вокруг снаряды, чтобы пробить широкую брешь. Когда подойдут баржи проход уже будет относительно чистым.
По пути обогнали плывущую к поврежденному кораблю «платформу», а на следующий заход Буми аж присвистнула:
- Хозяйка! Они пристыковались! С ускорением и вращением по трем осям! Во девки дают!
На подходе к крейсеру увидели пристыкованную «платформу». Вот уж где экипаж выше хвоста прыгнул.
К концу третьих суток на «акуле» запустили в ручном режиме несколько маневровых двигателей, теперь хотя бы корабль не ускорялся, а очень медленно тормозил. Инженеры и спасатели выиграли еще где-то неделю времени.
К концу четвертых суток прибыли два лирийских крейсера со всеми «ласточками» которые были в работе. К поврежденному кораблю ринулся целый рой машин с инженерами, спасателями, техниками. Общались только по связи, встретиться в ангаре с боевыми подругами не получалось.
Борьба за жизнь крейсера закипела с утроенной силой. В ангаре корабля становилось холодно, местные запасы энергии просели, все силы бросили на работу с основной энергосистемой и двигателями. Десант не был бы десантом, если бы не умел выкручиваться в любой ситуации. Они прямо в ангаре развернули три полевых палатки и устроили там пункты обогрева, а поскольку лишний персонал с корабля вывезли и еду никто не готовил, поставили полевую кухню с электрокотлом. Каша с чаем уходили только в путь, трескали за обе щеки. А еще десант прознал, что Лориэль очень любит лирийские пайки из красных бобов и старались раздобыть их где только можно.
На шестые сутки сообщили, что уцелевшее гравитационное ядро запустили в режиме прогрева. Еще через сутки его запустили в рабочий режим, и хотя энергии очень мало, мощность ядро наберет хорошо если через двое суток, все облегченно вздохнули. Теперь-то никакой угрозы нет, спасли корабль.
- Топлива нет, - Натанга развела руками в ангаре станции. – Только что сто седьмых и баржи заправили. Часа три самое мало.
- Ладно, подождем, - Лориэль устало присела на ступеньки лестницы из кабины и посмотрела по сторонам. Работа в ангаре станции кипит по-прежнему, разве что на всех выходах дежурит оперативная служба.
Лориэль обернулась на стон. Буми улеглась прямо в кабине, как-то уместившись между креслами.
- Ой, спина! – она с наслаждением потянулась и полезла в карман. – Красненькую?
- Давай.
Лориэль взяла конфетку. Хороший вкус, не надоедает. Понятно теперь, почему эти конфеты так нравится Буми. Судя по обстановке, ждать придется больше трех часов. Натанга шумит на местных техников, но те руками разводят. Видимо, просто не успевают привозить топливо.
