Риман тяжело вздохнул и замолчал на секунду, раздумывая о чем-то своем. Наконец, поднял глаза и продолжил, рассеянно постукивая костяшками пальцев по гранитной плите:
— Я в общих чертах знаю, что произошло с тобой, родителями и Кирой. Без особых подробностей, но примерную картину событий мы восстановили. Часть рабов после того похода получилось либо выкупить у орков, либо отбить обратно. Увы, ваших следов в итоге не обнаружили. Я подавал прошение о более тщательном расследовании… Да где там. «Нет свободных людей». — Передразнил Риман кого-то писклявым голосом. — В общем, когда меня по службе занесло на турнир, на вашу вторую жеребьевку, я сначала не поверил, когда услышал твое имя от глашатая. Думал, совпадение. Да и, честно говоря, поначалу тебя не узнал, особенно издалека.
Я фыркнул и провел ладонью по своей лысой макушке. Риман усмехнулся:
— Да-да, я об этом. Но и в остальном ты изменился. Сильно. В плечах уже шире меня, да и лицо такое… суровое. А еще я посмотрел запись с Камня Памяти о твоем бое в первом раунде — и у меня возникло множество вопросов. Во-первых — как ты вообще смог победить воина такой силы в пятнадцать лет? Во-вторых — какого демона тебя вообще на этот турнир понесло⁈ На что ты рассчитываешь, как ты собираешься побеждать и дальше⁈ В-третьих…
Настала моя очередь поднимать руки, защищаясь от вала вопросов.
— Стоп-стоп-стоп. Давай по порядку. Сколько у тебя есть времени?
— Сколько угодно. — Пожал плечами брат. — Мой рабочий день уже закончен.
— Отлично. Тогда расскажу все с самого начала. Только пообещай, что некоторые вещи останутся только между нами.
Риман удивленно изогнул бровь, но кивнул. Я пожевал губу, прикидывая, с чего начать, после чего устроился поудобнее:
— Все началось в день моего Обретения Дара…
* * *
Надо отдать должное — весь мой рассказ брат выслушал, даже не пытаясь вклиниться с вопросами. В определенные моменты ему явно хотелось не то выругаться, не то наорать на меня — это четко было видно по его лицу. Но он сдерживался. Изо всех сил.
— А потом я выплыл на берег Императорской Рощи (но этого я не знал, конечно), собрал чуток хвороста, чтобы сделать из него вязанку и поплыть обратно. Не успел и глазом моргнуть, как на меня наткнулись местные следопыты и отвели в город на суд. Допросили… Узнали заодно про то, что я карпов из озерца ловил. Неловко вышло. В итоге дали пару лет каторги и предложили варианты, как ее можно избежать. Либо на войну, либо в гладиаторы, либо деньги давай. Денег не было, на южную границу в штрафные отряды мне что-то не хотелось от слова совсем. Вот я и подумал, что освободиться, будучи гладиатором, будет проще. — Я задумчиво почесал подбородок. — Правда, сейчас, посмотрев на соперников, понял, что чуток в этом ошибся. Не ожидал, что будет так много сильных бойцов.
На последних словах я и замолчал. Про школу и обучение рассказывать особо было нечего — да и если надо будет, братец сам спросит. Риман хмуро смотрел на меня пару мгновений, после чего уткнулся лицом в ладони и глухо застонал, ругаясь сквозь зубы.
— Рим, ты чего… — Я встал и осторожно дотронулся до его плеча.
Риман отнял ладони от лица и процедил сквозь зубы:
— У меня брат — идиот. Достойная причина для страданий? Вот же послали боги… наказание.
— Ну, в некоторых ситуациях я действовал не совсем… оптимально, согласен. Но почему сразу идиот? — Несколько обиженно произнес я.
— Ладно. Если не брать в расчет твой излишний авантюризм, а если говорить прямо — шило в заднице, то большая часть твоих ошибочных решений вызвана недостатком информации. — Брат помассировал пальцами виски, словно пытаясь избавиться от головной боли. — Просто… ты не представляешь, насколько ты все усложнил. Все, что тебе требовалось — попросить у судьи встретиться с кем-то из имперской канцелярии и рассказать ему эту историю. Или не рассказывать, а просто упомянуть про свой Дар. И все. Император бы лично выдал тебе помилование…
— Ага, как же. — Я громко фыркнул. — Законопатили бы в кандалы и ждали, пока заклинание не будет доступно к передаче.
— Не перебивай, если не знаешь, о чем говоришь! — Внезапно рявкнул Риман. — Вся верхушка империи, включая канцелярию, уже второй месяц бурлит из-за носителей твоего демонова заклинания! Думаешь, ты один такой уникальный? Да сейчас, как же! — Он вскочил и ткнул пальцем мне в грудь, заставив меня отшатнуться. — Тебя никогда не смущала приписка «божественный» в твоей «Жертве»?
Я машинально потер грудь и хмуро ответил:
— Смущала. Но пояснений к ней в интерфейсе не было, а копаться в книгах… уж извини, было как-то не до этого. Разве что в отцовской библиотеке поискали, но так и не нашли ничего толкового.
— А если просто немного подумать? Сколько у тебя показатель Разума? Пять единиц? Десять? — Вкрадчиво уточнил Риман. — Бо-жес-твен-ный. Дарованный богами. Богами — и никем, кроме них! Ты серьезно думаешь, что такое заклинание можно просто так передать, как обычный огненный шар?
— Не уверен, но ведь и те, кто узнает, тоже не будут уверены…
— Да все, кому надо, уже знают. — Устало вздохнул брат. — Разве что простой народ не в курсе, но и туда постепенно протекает информация. Ладно. Это все неважно. Ты уже согласился на участие в турнире, уже прошел первый раунд — и сейчас тебя отсюда не выдернет даже прямой приказ императора. Но ты можешь выйти из него сам. Просто сдайся в следующем бою. Тебя даже на каторгу не успеют отправить, как придет приказ о твоем освобождении.
Я возмущенно вскинулся, но не успел ничего сказать.
— Да. Просто сдайся. — С нажимом повторил Риман. — Даже с текущим противником у тебя шансы примерно равны — а это ведь лишь второй раунд. А чем дальше — тем меньше шансов на победу, и тем больше — на то, что тебя размажут тонким слоем по арене. И ничего лекари сделать не успеют. А главное — зачем это все? Ради свободы? Так ты и так ее получишь, стоит мне рассказать про еще одного носителя «Жертвы»…
— Ты обещал не рассказывать. — Я прервал его, вновь усевшись на пол и скрестив ноги. — Я не дурак, Риман, и понимаю, что так поступить было бы логично. У меня есть лишь некоторые сомнения и вопросы.
Я задумчиво покрутил рукой в воздухе, глядя на ожидающее лицо Римана. Наконец, сформулировал смутную мысль, бившуюся у меня в голове последние пару минут:
— Ты сказал, что вся верхушка империи бурлит из-за таких, как я, носителей, и что меня освободят сразу же, как узнают обо мне. — Риман согласно кивнул и я продолжил. — А для каких целей?
Брат пожал плечами:
— Пока тех, что нашлись, усиленно обучают. Сначала за них чуть ли не дрались друг с другом главы Академии и Первого Воинского Корпуса, но в итоге после множества споров сошлись на том, что у вас хватает потенциала на оба пути развития. Из вас собрали особую группу, одновременно обучающуюся в обеих заведениях по отдельно разработанному учебному плану. Особых подробностей я не знаю…
— А потом?
— Что? — Недоуменно спросил Риман.
— Что потом, Рим? — Насмешливо уточнил я. — Мой изначальный вопрос звучал — «для каких целей». Зачем меня освободят? Чтобы обучить по высшему классу и… что? Бросить в топку войны с Камеццо? Или с орками? Уверен, что этот вариант окажется безопаснее для твоего младшего братишки, чем просто попытаться войти в десятку лучших на турнире и этим заработать себе свободу?
В комнате повисло тяжелое молчание. Наконец, Риман кивнул.
— Ты прав. У меня нет достаточных сведений, но вариант с Камеццо более чем вероятен.
— И этот вариант мне не нравится. Я не буду против, если меня отправят к оркам — тогда я смогу заняться поисками родителей. И Киры. Но воевать с южанами… у меня нет к ним особых претензий. Пока. Да и кровь там будет литься рекой. А я и раньше, и даже сейчас, на турнире, стараюсь обходиться без убийств. Хотя бы без убийств людей. Монстры, понятно, не в счет. — Я передернул плечами. — Понимаю, что рано или поздно придется. Медлить и горевать тоже особо не буду, особенно если это в бою произойдет — жизнь штука жестокая, как ни крути. Если не я, то меня. Но лучше уж воевать с орками, чем со своими же сородичами.
