Людей тоже не было. Никто не караулил возле единственной дороги в деревню, ни в поле – если бы путешествующий постарался пробраться в село огородами. Не лаяли собаки, не подавал голос скот. От этой тишины Ладе сделалось не по себе: вымерли все, что ли? Она хотела побыстрее уйти отсюда, но Морена остановила:
– Нам надо узнать, что здесь происходит.
Темная богиня решительно направилась к одному из домов. Она громко постучала, но ей никто не ответил. Толкнула дверь, та оказалась запертой.
Тогда Морена встала под окно и забарабанила в ставни:
– Откройте! А иначе сломаем замок и все равно войдем.
В окне показалась молодая женщина, она посмотрела на них и махнула рукой. Девушки вернулись к двери. Скрежетнул засов, в проеме появилась хозяйка.
– Вы что здесь забыли?! Бегите из деревни, пока не поздно.
Лада хотела прислушаться к ее совету, но Морена выставила ногу вперед, не давая захлопнуть дверь.
– Никуда мы не пойдем. Что у вас случилось?
Женщина посторонилась:
– Если что, меня не вините. Сами напросились.
В избе все сверкало чистотой. Даже пол оказался отскребен до белизны. Сияли окна, искрилась посуда в буфете, глаз резало от чистоты вокруг. Сама хозяйка была в серой блузке с кружевами, черной юбке до колена и туфлях-лодочках. Две ее мелкие дочери нарядились в платья в белый горох, на головах были повязаны огромные банты. Во главе стола сидел муж хозяйки в сером костюме, белой рубашке и тесном галстуке.
Оливье, селедка под шубой, бутерброды с икрой, торт, залитый сметанным кремом… Видимо, тут что-то праздновали. Ладе стало стыдно: они с Мореной ворвались к чужим людям, мешают. Только почему те закрылись и не отвечали на стук? Может, от незваных гостей, чтобы ни с кем не делиться? Ведь раньше с продуктами плохо было – дефицит. Лада посмотрела на календарь: 24 мая 1987 года. Ой, год поменялся! Лада незаметно толкнула Морену – смотри! Но та отмахнулась.
– Что у вас происходит? – повторила вопрос темная богиня.
И тут до Лады дошло. То, что выглядело праздником, больше походило на поминки. Испуганные лица девочек, потерянный вид хозяина дома… Словно Лада с Мореной попали на проводы покойника. Ох… Как же до Лады туго доходит, Морена вот сразу сообразила. Женщина отослала дочерей в комнату.
– Мара на нас прогневалась, – ответил хозяин дома. – Сегодняшний вечер последний, до утра никто не доживет. Так что уходите.
– А вы почему не уходите? – спросила Лада.
– Некуда идти, – женщина села рядом с мужем. – Да и смысла нет, богиня везде дотянется до нас.
– Вы знаете, что вас ждет? – Морена, казалось, взглядом прожжет дыру в каждом.
– Моровая дева, – прошептала хозяйка дома и через мгновение разрыдалась.
Сквозь ее всхлипывания можно было различить лишь: «Детей-то за что?»
– Мы сейчас вернемся, – Морена потянула Ладу за собой в сени.
Несмотря на почти летнюю жару, Ладу бил озноб: ее проняло. Люди решили провести вечер вместе, с близкими, побаловать себя вкусным – ведь завтра никогда не наступит.
– Ты что-то понимаешь? – Ладу распирало от вопросов.
– Немного, – Морена собиралась с мыслями. – Этот мир принадлежит Маре, и она это особо не скрывает. Видимо, устроила что-то вроде культа. Награждает ярых приверженцев, наказывает за ошибки.
– Если эти люди погибнут, кто же станет ей служить? – Ладе казалось, что она видит дурной сон.
Неужели это может происходить по-настоящему? И даже в ее родном мире?
– Так время здесь закольцовано. На следующий день все оживут. Очень удобно, – Морена побарабанила по жестяному ведру. Звук пугающим эхом разнесся по помещению. – Трави, сколько хочешь.
– Значит, нам придется изменить ход событий? – догадалась Лада.
– Да. Только что придумать? Моровая дева – это серьезно.
После паузы темная богиня продолжила.
– Это дух болезни, – поведала Морена, – она разносит моровую язву.
– Это такая болезнь? – Лада впервые слышала об этом.
– Чума. От нее погибли первые города в Европе, еще пять тысяч лет назад. Она несколько раз меняла облик всего мира, выкашивая миллионы людей.
– А можно ее просто не пустить в деревню? Как с коровьей смертью?
Морена покачала головой:
– Нет, ей не нужно приглашение. Она ездит на повозке, в которую запряжена костлявая лошадь. А потом просовывает руку в дверь или окно и машет красным платком.
– Поэтому они и заперлись? – догадалась Лада.
– Да. Но ты же понимаешь, что это смешно. Хотя в реальной жизни карантин – верное решение.
Они вернулись в избу. Хозяева уже успокоились, девочки уминали салат.
– Садитесь, – женщина пригласила их за стол. – Чего голодными сидеть?
Лада не отказалась: за едой и думается легче. Она съела оливье и положила селедку под шубой, но в голову ничего не шло. Остановить Моровую деву нельзя, победить тоже, тогда что же остается? Что?! Никто не спрашивал имен девушек, да и свои не называл. Зачем? Все равно все скоро умрут. От осознания этого Лада испугалась: больше всего ей сейчас хотелось жить. Просто жить. Не ради спасения Берендеева царства, не ради борьбы с темно-богами, а чисто для себя. Чтобы всегда было небо и солнце, были люди вокруг, и она сама. Жизнь – сама по себе цель. И это прекрасно.
– Чай будете? – вопрос отвлек ненадолго, Лада по-прежнему перебирала варианты.
Судя по сосредоточенному лицу Морены, та занималась тем же.
– А антибиотики у вас есть? – вспомнила Лада из скудных знаний о лечении чумы.
– Не помогут, – Морена ответила раньше всех. – Если они верят в Мару, таблетки бесполезны.
– Так пусть разуверятся! – Ладе казалось, что выход найден, но Морена замотала головой: – Их уже не разубедить. Нужно что-то другое! – последние слова темная богиня почти выкрикнула, и Лада расслышала в этом отчаяние.
До чего же плохо, когда собственная мать устраивает подобное. Морене нелегко примириться с этим.
Хозяева будто и не слышали ничего, они были заняты собственными мыслями. И тут Ладу осенило: а если обмануть Моровую деву? Точно! Надо попытаться. А если нет, то завтра наступит опять двадцать четвертое мая, и они попробуют что-то иное.
– Я придумала! – объявила она.
И все замерло, будто Лада заколдовала окружающих взмахом волшебной палочки.
– Мы притворимся мертвыми, – и пока никто не начал спорить, приводить аргументы, что это невозможно, Лада продолжила: – Мы выпьем отвар, чтобы крепко заснуть. Морена, ты сможешь сварить или у тебя есть что-то похожее? – обратилась она к темной богине.
Та кивнула, Лада перевела дух: без снотворного было бы сложнее. Она продолжила.
– Мертвецов обычно обмывают в бане. Мы уйдем из домов в баню, выпьем отвар и ляжем в гробы, надо будет их сколотить по-быстрому. Или просто укроемся простыней.
Все по-прежнему молчали.
– Моровая дева примет нас за покойников, поймет, что здесь ей ловить нечего, и уберется, – уже без воодушевления закончила Лада.
Только произнеся последнее слово, Лада сообразила, какую глупость она сморозила. Ну кто же купится на такое? Но Морена внезапно поддержала ее.
– Это вполне в духе сказок! – сказала темная богиня. – Думаю, у нас получится. Надо только передать остальным, чтобы все действовали заодно.
– Я сделаю! – ожил глава семейства. – У нас рында есть.
Лада вопросительно посмотрела на Морену.
– Это колокол такой, используется при пожаре. Ну или не колокол, а что-то металлическое.
Вскоре на небольшом пятачке собралась вся деревня. Ладу выдвинули вперед: говорить. Девушка, сбиваясь, рассказала свои соображения и принялась ждать.
– Рассуждать некогда, – ее поддержал пожилой мужчина. – Если не попытаемся, нам точно конец.
Морена велела жителям деревни прийти за настойкой. Она отмеряла ровно нужное количество ложек воды: по столовой на взрослого человека и по чайной на ребенка. А затем капала несколько капель из черного пузырька.
– Не перепутайте, – каждый раз повторяла Морена. – Иначе добром дело не кончится.
