"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - "Лаэндэл"

Я усмехнулась, но теперь лучше понимала, почему Хинанда взяла нас когда-то с Маритой под свою опеку – мы ее защиты не просили, она просто так пожелала, услышав часть нашей истории. Но само ее желание – не редкость для их расы. Сила и могущество демонов нуждаются в подтверждении, и это лишь одно из них.

Профессор тем временем продолжал, отчасти повторяя философию Нейры – или это она повторяла за ним:

– Слепая любовь отупляет и иногда провоцирует дать вас какие-то нелепые обещания – например, в вечной верности. Оградите себя сразу от этой собачьей чуши! Вечной верности не существует даже в мире жалких людей, о ней что-то понимают только драконы – и то лишь потому, что они мыслят чуть глобальнее страстей. Простим им этот недостаток, но о себе позаботимся. Любите – если в том есть какая-то нужда, и убивайте любовь в зародыше – если вдруг ощущаете, что чувства стали удавкой на вашей шее. Что ты так смотришь, Айса? Я говорю о том, что человек понять не способен? Так я исключительно для тебя не буду переводить свои лекции на примитивный язык ничтожеств.

Это прозвучало даже без издевки или попытки оскорбить – просто обычный лексикон присутствующих.

– О нет, профессор! – я немного смутилась от общего внимания, но заставила себя смотреть на преподавателя прямо. – Я хорошо понимаю ваши рассуждения. Но ведь любовь возникает как-то сама, она не спрашивает разрешения, не взвешивает аргументы. Я знаю и демонов, которые любят, несмотря на ненужность. Как же избавиться от этого чувства, если даже чистокровным не всегда удается?

– Верно, – согласился он. – Такое случается даже с сильными демонами – но только при условии, что они нашли самого идеального представителя противоположного пола. При таком раскладе нет смысла увещевать себя, что чувство неуместно, разум все равно докажет, что лучше партнера для страсти найти невозможно. И тогда любовь неизбежна.

– То есть… – я продолжила неуверенно, слегка боясь разозлить его своей наглостью. – Если любовь неизбежна, если уже случилась, тогда от нее уже и не получится отстраниться?

– А зачем отстраняться, если нашел идеального партнера? – удивился мужчина. – Ты неправильно поняла мою главную мысль: любовь отупляет и ослабляет, но она необходима для создания долгосрочных союзов, продолжения рода и выгодного партнерства. Если демон видит идеал, тогда и полюбить его – вполне естественный пр оцесс, в котором нет позора, а только природа. Тогда ее следует принять и расслабиться, позволяя гормонам счастья втекать в вашу кровь лошадиными дозами. Демоны приблизились к пониманию сути любви больше других, в этом мы опередили людей, недоделков-зверолюдов и даже драконов. Идем дальше! Любовь к своему потомству должна быть безусловна и безапелляционна, поскольку…

Я перебила, все еще не получив такого нужного мне ответа:

– Подождите, профессор! – перебила я, хоть и краснея. – Но если демон полюбил кого-то неидеального? Или того, кто уже любит другого, потому общее счастье невозможно?

Преподаватель нервно потеребил черную тесьму на своем поясе, но все же соизволил потратить еще немного своего времени на объяснения:

– Как же неудобно будет учить тебя, Айса, ведь ты самых элементарных вещей не знаешь! Тогда прими как истину, поскольку демоны эту истину первыми и постигли. Человек влюбляется независимо от причин – часто даже вопреки причинам. Дракон влюбляется в того, рядом с кем его душа успокаивается, и тогда он может заниматься более глобальными мыслями и делами, больше не тратя время на поиски. Но для демона любовь – это война на поражение. Сначала следует уничтожить всех конкурентов, никогда нельзя расслабляться. Но если шансов нет, то признать поражение и объявить отступление, оставив после себя пепелище, как после любой хорошей битвы. Возненавидеть всем сердцем того, кто посмел нанести тебе обиду, на этой ненависти и держаться, пока не исчезнет любая с ним связь. Найти себе десяток-другой партнеров для страсти, успокоить нутро после проигрыша и искать другого идеального партнера. Я могу уже переходить к дальнейшей лекции или продолжать трепаться о ерунде?

Слово «пепелище» как-то не вдохновляло. Не то чтобы я всерьез думала о расставании Элвина и Хинанды, но все же лучше понимать ход мыслей демонов. Любовь – это беспощадная война. Не поиск счастья, спокойствия и гармонии, а битва за свои интересы. И побеждает в ней тот, кто умеет как атаковать, так и вовремя отступать, уничтожая остатки чувств ненавистью. За что же мне возненавидеть Элвина? Как мне с ним воевать, если я постоянно боюсь ударить слишком больно? Сколько я еще буду считать его раны взамен своих? И где найти десяток-другой партнеров для страсти, чтобы успокоить нутро? Зохар уже вряд ли когда-нибудь мне выдвинет претензию о потере невинности, мы с ним перешли на иной уровень взаимной неприязни.

Кажется, я медленно, но верно становлюсь все больше похожей на демонов. Как, собственно, всегда и хотела. Зря Элвин эти же занятия не посещает, ему бы здесь быстро на двух пальцах объяснили, в чем он ошибается.

* * *

Я теперь иногда заглядывала к Тайше, болтали мы уже без упреков и негодования.

– Как дела на нашей родине? – я всегда начинала с неизменного вопроса.

– Пока затишье, – повариха задумчиво свела брови. – Но Зохар точно жив, окопался сейчас в своем замке и, возможно, собирает новую армию.

– Все так плохо? – нахмурилась и я. – То есть отвести удар было недостаточно, он уже завтра ударит снова?

– О нет, определенно не завтра! – Женщина наконец-то рассмеялась, ослабляя натянутость моих нервов. – Он понес серьезные потери, а любая армия – это дорогое удовольствие, воинов надо кормить и платить им жалованье. Посмотрим, с каких шишей он это будет делать, когда княжества одно за одним красят на флагах зеленое солнце и туда же готовы отправлять налоги. Притом наши ведь тоже без дела не сидят и усиливают собственные укрепления. Еще никогда в жизни Зохар Рокка не был так бессилен, и если он не обнаружит громадный клад, чтобы нанять демонов со всей империи, то и помрет в попытке снова поднять голову.

– Демоны за идею не воюют? – обрадовалась я.

– Никто за идею не воюет, если не защищает собственную землю. А уж демоны и подавно! – Тайша все еще смеялась. – Это настоящий шанс на полную свободу от него, сударыня. И я могу гордиться собой. Все, что я сделала плохого вам или шелле, привело к этому результату. Я перегнула оглоблю ровно в той степени, в которой ее следовало перегнуть!

Я согласно кивнула, но все же добавила к ее незамутненному счастью собственных сомнений:

– Да, но Элвин до сих пор на мне зациклен. Понравилась я ему из-за твоей колдовской добавки, но из общего уравнения выпала его природа, которую я все лучше и лучше осознаю. Дракон при новой мысли сразу же переосмысливает старые… Любое сомнение для дракона означает, что он чего-то не заметил в старых установках, признает их ошибочными. Влюбленность пройдет, но не вышло бы так, что он в конце концов останется несчастным.

Повариха и не думала переживать на этот счет:

– Сударыня, нельзя было провернуть такое дело, никому не навредив. И я сто раз подряд променяла бы счастье милорда Ео на ваше.

Продолжать спор я смысла не видела. Она ведь со своей точки зрения права. Однако во мне пока не зародилась уверенность, что я свое счастье обнаружила. Если только это не снова человеческая черта: забывать о том, что получила, и сосредоточенно переживать лишь о том, чего мне боги не дали.

Следующего урока по проклятым заклинаниям я ждала с неприятным волнением. Перед тем еще успела заглянуть к директору и убедиться – Элвин уже внес плату за мою учебу. И теперь посещал занятия, хотя там мы старались взаимно притворяться, что друг с другом не знакомы – это было по-детски, инфантильно, зато мне спокойнее. Госпожа Аркка была очень недовольна происходящим, ей ведь теперь приходилось выбирать выражения, когда она понукала студентов. Да и последние вели себя несравнимо тише обычного.