Через пять минут нахождения в горячей ванне, меня сморило, и я прикрыл глаза, ибо давненько я не принимал водные процедуры, и сейчас это был кайф. Пока я путешествовал по Эстории, я всего пару раз снимал комнату в постоялых дворах, но там канализации и водоснабжения не было в помине. А снимать что-то очень престижное не хотел, потому как осторожничал.
– Рокаин… – прозвучал голос Елены возле моего уха.
Я удивлённо открыл глаза и повернулся к тому месту, где находилась стена, возле ванной. Лицо Елены выглядывало из стены, улыбаясь, она помахала мне и брызнула в меня водой. Эта бестия открыла окошко портала, сантиметров тридцать в диаметре. Прямо через стенку, а так как у нас комнаты были полностью зеркальными, мы лежали каждый в своей ванной, рядом.
– Ни стыда, ни совести? – приподняв бровь, задал я вопрос.
– А чего стыдиться? Я открыла окно, чтобы поговорить. Я же тут ничего у тебя не вижу, как и ты у меня, – хихикнула она и чуть вытянула шею, чтобы заглянуть ко мне в ванну.
– А по голосовой связи не могла позвонить? – проворчал я, машинально прикрываясь. Она и так ничего не увидит, просто рефлекс.
– Зачем? Мы ведь находимся через стенку друг от друга, – сказала она и опустила затылок на ванну.
– Ладно… Ну и что тебя гложет, землячка? – сдался я и так же расслабился в ванной.
– Просто хотела узнать план действий. Мы ведь нашли Эткина, – лениво протянула она. – А ещё, вот тебе обещанный образ. Ночью я его почти составила…
Принять локальные образы пользователя «Елена»?
Да/Нет?
Получен файл «FromElena:*.vom»…
– Спасибо, сегодня вечером посмотрю, – улыбнувшись, поблагодарил я Лену.
– Правильно, файл большой. Ну что по поводу планов? – спросила она, не поднимая головы.
– Всё просто. Планы – расселить твоих. А дальше я, ты и, возможно, Эткин – отправимся в Аравильские горы, – сказал я в тон ей и спокойно прикрыл глаза. Лена удивилась.
– Почему возможно?
– Ну ты ведь слышала. У них сын и дочь, пяти и трёх лет.
– Ну и ладно, у них тут прислуги десять человек. И они богаты, как местные дворяне.
– Вот за обедом и обсудим. Чего сейчас воздух сотрясать? – зевнул я.
– Зачем же воздух? Можно и воду, – хихикнула Елена и я почувствовал, что мне смачно плеснули в лицо из моей же ванны. Отчего я возмущённо открыл глаза и привстал. А эта чертовка спрятала свою руку обратно за окошко прикрывая другой рукой свою грудь. Она ещё раз хихикнула на мои возмущения, послала мне воздушный поцелуй и закрыла портал.
– Вот же… – с недовольством я сдерживал рвущиеся из меня маты.
Так как её оголённое тело вызвало напряжение в паху. Хорошо она не Лилит, которую эта стенка бы никак не остановила. Елена же просто, прикалываясь, подразнивает, а не откровенно соблазняет.
Помывшись, я моментально высушился воздухом и магией воды, надел свои очищенные вещи и спрятал мантию в инвентарь. Когда я вышел из комнаты, Елена уже ждала меня в коридоре, оперившись спиной о противоположную стену. Я ответил ей сдержанным взглядом на её выходку в ванной, и мы поймали светленькую служанку, попросили отвести нас в гостиную.
Спустившись с противоположного крыла и пройдя парадную, мы сразу оказались в просторном зале, десять на десять метров, с длинным прямоугольным столом, накрытым на одном его конце на четырёх персон. Эткин и Амалта уже сидели за ним и встретили нас улыбками
– Ну наконец-то. Мы уже в нетерпении! – волнуясь, сказал Эткин и указал нам на места.
– А наши подопечные? – спросил я, садясь за стол. Справа от меня села Лена.
– Я думал, у нас будет довольно приватный разговор. Я распорядился их плотно накормить в их гостевом доме, – ответил Эткин по-русски и покачал головой. Он сидел с торца стола, а напротив нас сидела Амалта.
Перед нами стояли тарелки с такой знакомой едой ‒ жаркое из печёных овощей и лагуды. В больших блюдах лежал запечённый целиком бигот. Кувшины с питьём и тарелки с фруктами.
– И то верно… – вздохнул я и сразу накинулся на тарелку перед собой.
Эткин и Амалта переглянулись и улыбнулись, наблюдая, с каким аппетитом я уплетаю такую позабытую еду. Елена ела аккуратно и чуть улыбалась ребятам в ответ. Когда прошло минут пять, Эткин все же подал голос:
– Рокаин! Я больше так не могу! Давай поговорим или кидай образы, а потом поговорим! – прищурился он и слегка стукнул по столу.
Девушки на его слова захихикали, а я поднял взгляд на друга и улыбнулся:
– Принимайте.
Я выбрал их контакты и отправил недавний образ моих трёхлетних похождений. Его я сделал для Елены, когда мы всю ночь проговорили при нашей первой встрече, несколько дней назад.
В образе присутствовал бой с Велинтаром и разговор с Вэлоссой, а также сжатая хронология событий в мире дертри. В общем, все важные события за три года. Файл получился довольно объёмный, но для образа воспоминаний за три последних года – он очень мал.
После установки этого образа Эткин с Амалтой чуть не потеряли сознание прямо за столом, а когда пришли в себя, ошеломлённо уставились на меня. Около минуты они переваривали образ, а затем Эткин заговорил:
– Я всегда знал, что ты жив и что всякой чепухой ты не занимаешься, где-то там…
– Поначалу я рассчитывал попасть домой гораздо раньше… – невесело усмехнулся я.
– За три года исследовать весь чуждый мир и уничтожить всех очень сильных врагов не дано даже Владыкам нижнего мира, – покачала головой Амалта.
– С этим бы я поспорил, – хмыкнул я, вспоминая Велинтара.
Интересно, а если бы в бою сошлись Батарейка и один из Владык, за кем была бы победа?
– Ладно, принимай наш образ. Мы вдвоём с Амалтой накидали, пока вы проводили помывку, – сказал архимаг, и мне пришёл входящий файл.
Он был не менее объёмный чем Елены, но я всё равно его тут же активировал. Лёгкое потемнение в глазах, и мне пришли обрывки воспоминаний от первых лиц моих товарищей.
После того, как я уничтожил алтарь Вэлоссы, об этом узнали от Елены, которую тьма отпустила полностью. Затем эту новость подтвердили на тёмных форпостах империи. Началось активное шевеление тёмных, но и силой они начали уступать чуть ли не в два раза. Поэтому империя принялась за оперативную зачистку границы, все мои товарищи тоже в этом участвовали.
Решающая битва была на тёмном континенте, у величественного тёмного города, с высокой темной цитаделью. Тёмный наместник вышел вместе со всеми зеро и гокенами. Была очень кровавая битва, тогда полегло около пяти легионов, но решающий удар по наместнику нанёс Лад с Ореной, рядом находился Ансар. Все они исчезли в темной вспышке. Всё как на телевизоре от Светлоликого, только с другого ракурса.
Не ощущающие вкуса победы Эткин и Амалта, с несколькими выжившими легионами, ещё несколько недель зачищали главный город, а затем и тёмный континент. Они отчаянно пытались узнать, куда делись их товарищи, но всё было безрезультатно.
По возвращению в Аркону их ждало ещё большее потрясение. Потому как от столицы империи остались лишь выжженные руины, и ни одной живой души. Когда они узнали кто их предал, ошарашенный архимаг вместе с остатками своего легиона, как обезумевшие, несколько месяцев убивали вражеских воинов. Они мстили за всех погибших, за друзей и знакомых. Они по сей день думали, что мои жены и дети погибли вместе с городом.
Около пяти лет они вели партизанский образ жизни. За это время погибли больше половины от того легиона, что вернулся с архимагом. Ребята сами устали от вечных локальных войн. А когда забеременела Амалта, Эткин принял здравое решение прекратить свои освободительные действия. И оба решили податься в Тирою, страну суровых магов, где, как они думали, осядут спокойно.
Так, в принципе, и произошло, но Эткина не взяли в магическую школу преподавателем, из-за каких-то своих соображений, которые не озвучили. Поэтому первый год они жили очень скромно, пока архимаг не развернул машиностроительную деятельность, которая начала резко набирать популярность. Три года назад, с рождением их дочери, жизнь у ребят вошла в спокойное русло. Они даже свадьбу сыграли, по традициям Тирои.
