— Ххххааааа! — в воздухе перед нами сгустилось человекоподобное лицо, серое, с угольно-чёрными глазами и широкой пастью, полной чёрных зубов, длинный язык выскочил и хлестнул по Щиту.
— Уходим! Щит держать! У кого стихии Огня и Света, отпугивайте эту морду! — звенящим от напряжения голосом скомандовал Кудякин.
Мы стали отходить, огрызаясь заклинаниями. Я тоже метал маленькие огненные шарики, что взрывались с громким хлопком и разгоняли тьму. Ненадолго, правда, надо же было ограничиваться силой Ученика! У других было примерно то же, призрак только утробно хохотал, ничуть не напуганный нашей «мощью».
— Да у него сила Магистра! — с каменно-застывшим лицом прошипел Рыжов. — Нам точно конец.
— Отставить панические настроения! — прорычал Кудякин, но особо бодрости это никому не прибавило.
Наша черепаха подошла к серому барьеру, загораживающему проход между домов, все огневики и светляки обрушили на него заклинания, с трудом, но пробивая его. Студенты радостно закричали, но то, что мы отвлеклись от призрака, дало ему время подобраться ближе к нам. Чёрная пасть оказалась совсем рядом, из тьмы сгустились четыре восьмипалые руки с коническими когтями, обрушились на общий Щит, заставляя его прогибаться и потрескивать. У пары девушек носом пошла кровь, так они выкладывались.
— Проклятье! — прорычал Кудякин.
— Сержант! — я подошел к нему и вцепился в руку.
— Чего тебе⁈
— Уходите, а я его задержу!
— Что⁈
— Меншикова, успокойся и держи щит! — рыкнул на меня Рыжов.
— Господин Кудякин, я маг огня, я смогу его задержать! На минуту, но смогу! А вы все убегайте! — я сделал героическое лицо.
— Да бред! Успокойся им стань в строй!
— Да какой строй! Я хочу спасти вас всех! Оставьте этого урода на меня, я сожгу себя, но задержу его! На минуту, может, на две! А вы бегите отсюда подальше. И спасётесь!
— Да, пусть остаётся! — питерский кретин согласно закивал. — Мы все умрём, если так продолжится!
— Да-да! Если она хочет, то пускай! — стали поддакивать со всех сторон.
— Я смогу! Клянусь! — закивал я головой.
— Проклятье! — сквозь зубы прошипел Кудякин.
— Господин сержант, вы же сами говорили, что для общей пользы можно пожертвовать кем-то. Я сама согласна! Лучше я одна умру, чем все!
— Хорошо. — Держи! — он всунул мне в руки какой-то артефакт. — Он даст на двадцать секунд огненный Щит. Если что, активируй и тоже убегай. Поняла⁈
— Да!
— Саша, ты что⁈ не делай это! — рядом появилась Юля, по её щекам текли слёзы, она смотрела на меня огромными, полными ужаса глазами.
— Всё в порядке, Юля. Клянусь, всё будет хорошо! — я сжал её ладони в своих.
— Так, все! Влейте как можно больше сил в Щит и фиксируйте его здесь! После чего быстро бегите вот туда, мимо круглого здания. Поняли⁈ А ты… — Кудякин посмотрел на меня. — Удачи!
— Спасибо!
— И-раз!
Щит аж захрустел от влитой в него общей силы. Три студентки потеряли сознание, отдав всё, но их тут же подхватили на руки. Вся группа мгновенно ринулась в сторону указанного здания, только пятки сверкали.
— Помните меня! — закричал я им вслед.
— Мы будем помнить тебя! — донёсся нестройный ответ.
Повернувшись к призраку, прогрызающему Щит, я улыбался.
Наконец-то! Наконец-то можно не сдерживаться и работать в полную силу! А призрак это даже хорошо. У него сила Магистра, отъелся он на здешних аномалиях прилично, но полноценного разума у него нет. Это лишь тень сознания! Злая, сильная, но лишь тень! С ней разобраться я точно сумею. А потом и сам его сожру — будет полезно для развития.
Не дожидаясь, пока все убегут за дома, я вышел из-под защиты и, окружив себя огненной аурой, побежал обратно к замку. Не надо, чтоб кто-то видел это.
— Форма Стихии! — радостно выкрикнул я.
Это была магия, которой не знал этот мир. Я проверял, и у Нины Фёдоровны узнавал, и в университете изучал этот вопрос. Используя её, маг принимал свой стихийный облик, воплощал в себе саму суть того, как он понимал свою магию.
Пыхнув, сгорела моя одежда — я только успел рюкзак отбросить в сторону. Моё тело росло, окутываясь слоями огненной магии. Два метра, три, пять. Багровое пламя стало моим телом, конечностями и хвостом, волосы исчезли, только жесткая щётка волос из яркого оранжевого пламени шла вдоль позвоночника до самого кончика хвоста. Голова стала круглой, с огромной лягушачьей пастью, полной желтых зубов из кристаллизованного пламени. Глаза раздвоились, теперь у меня их было четыре. На голове выросли длинные, как у серны, рога, чуть загнутые назад. Между ними неугасимо горел язык огня. Почти всё мое тело было багровым, оранжевым и желтым, символизируя собой огонь. И только длинные, сантиметров в десять, когти на верхних и нижних лапах были зелёного цвета — там огонь сжался до жуткой твёрдости и температуры. И ещё глаза светились зелёным, все четыре. Последними за спиной развернулись длинные крылья из ярчайшего желтого пламени. Когда я был Архимагом,их температура могла поспорить с таковой у солнечной короны! Но сейчас… Ах, неважно!
Я просто купался в ощущении экстаза! Сила была моей плотью, пламя было моей кровью! Я стал почти бессмертным и всемогущим!
— Иди сюда, мерзость! — прошипел я с удивлением наблюдавшего за метаморфозами призрака.
Яростно взрыкнув, призрак вытянул ко мне все четыре лапы и клацнул пастью. Получай! Язык пламени между рогов изверг море огня, крылья взмахами разрезали окружающую тьму на куски, а сам я, мощно оттолкнувшись, пригнул на голову призрака!
— Все тут⁈ — убежав на пару километров, группа остановилась, попадав на землю или облокотившись о стены.
— Да…
— Это хорошо. — Кудякин оглянулся в сторону, где был замок. Его уже было совсем не видно, да и призрак их не преследовал. О вот той студентки тоже как-то не наблюдалось… Нетрудно понять, что с ней произошло. — Может, она попозже вернётся…
— Я… Я хочу посмотреть, что произошло с Меншиковой. — неожиданно Игорь Кольцов поднялся на ноги.
— Какого чёрта⁈ Она пожертвовала собой, чтоб ты выжил, а ты хочешь свести всё на нет⁈ — возмутился Рыжов.
— Да, Игорь, ты чего? Ну сдохла лолька, и хрен с ней! — недоумевал питерский кретин. — Хоть что-то полезное сделала!
— Я не спрашиваю разрешения. — хмыкнул Кольцов. — Я иду.
— Подожди! Я с тобой! — Юлия подбежала к уже уходящему Кольцову.
— А ты куда полезла⁈ Вернись! — крикнул Кудякин, но его никто не послушал.
— Мы скоро! Заберём Сашку и к вам! — пообещала девушка.
Никто за ними не пошел, так что парень с девушкой вдвоём пробирались к месту схватки с призраком.
И если Юля понимала, почему она это делает, то Кольцов сомневался в себе. В первое знакомство с Меншиковой она ему не понравилась. Да и сейчас тоже не нравится. Но что-то странное в ней чувствовалось. Все неприятности, что он с Лахтиной подстроил, каким-то чудом не отразились на ней. А потом у самих Лахтиных случилось несчастье. Очень вовремя для Александры. Но потом наступил спокойный период, продлившийся до самой практики. Потом он просто смеха ради ляпнул про «плохую примету», и поди ж ты — эта примета мгновенно реализовалась! Это уже не казалось совпадением!
И сейчас Игорь был уверен, что просто так Меншикова не погибнет. Его просто раздирало от любопытства узнать, как же это случится. Что сейчас должно произойти, чтоб она смогла уцелеть⁈ И не специально ли она осталась прикрывать их⁈ Желание узнать это грызло его так, что он не стал отсиживаться, а неожиданно для себя вернулся.
Они с Юлей подошли уже очень близко, так, что стали слышны звуки боя. Удары, от которых вздрагивала земля, шипение, над остовами домов поднимались дымные струи, часто вперемешку с языками пламени.
— Тише! — Игорь рукой придержал девушку. — осторожнее.
— Ага.
Они на цыпочках подошли к углу дома, присели, заглянули за него. И от увиденно их глаза так округлились, что чуть не выпали из орбит.
