– А меня бы уже казнили вместе… – Я шепнула одними губами: – С дочкой.
Роберт кивнул, вновь отводя взгляд. Мы оба понимали, что, если бы вместо него отправили кого-то другого, все могло закончиться плачевно. Единственное, что меня спасло, – решение принять ухаживания этого мужчины.
– Я не могу вернуться в Отшельники, – сказала я спустя долгие минуты молчания. – После того, что там произошло по моей вине, я просто не имею права вернуться, да и жить негде. Клару я, конечно, не прогоню из дома.
– Мы поедем туда, это не обсуждается. Ты должна поговорить с соседями, с Дарией, она тебя искала. Может быть, попробовать объяснить Шерпу…
– Что объяснить? Я ведьма, Роберт! Меня не подставили, не было ложных обвинений, я и правда ведьма!
– Это не значит, что ты не имеешь права жить. У Мирового Совета свои цели, и им плевать, хорошая ты или плохая. Зло и добро смешалось и было названо одним словом: ведьмовство. Ты – добрая его часть. Ты несешь свет и пользу людям и не должна покидать этот мир раньше отведенного Создателем срока.
– Они сожгли пять домов. Шерп ни за что не примет меня назад.
– И не нужно. Стань моей женой, Алена. У тебя будет дом, прислуга, ты сможешь заниматься чем угодно! И тебя никто никогда не обвинит в ведьмовстве, я не допущу, чтобы мою жену отвели на эшафот.
– Что-о-о?! – Значимость момента прервал удивленный возглас Вероники.
Мы с Робертом переглянулись. Оба забыли о ребенке!
– Женой? Мама? Вы что, поженитесь?!
– Если твоя мама ответит мне согласием, – пробормотал мужчина.
– Мама?! – Вероника вскочила на ноги, запрыгала на кровати.
Я растерянно хлопала глазами. Во мне не боролись никакие чувства, на вопрос Роберта я могла ответить только «да». Никакого другого варианта нет. Я люблю его, правда люблю. Наверное, с первой минуты, как только увидела. Лелька говорила, чтобы влюбиться, достаточно одного взгляда, – и она оказалась права. Но будь я одна, то предпочла бы подождать какое-то время, присмотреться друг к другу… Сейчас мы с дочерью не в том положении, чтобы отказывать.
– Я согласна.
Под визг Вероники Роберт бросился обнимать не меня, а мою дочь. Она повисла на нем и радостно смеялась, он кружил ее и крепко обнимал.
– Вообще-то это я за него замуж выхожу, – хохотнула я.
– Дядя Роберт, пустите! Мама ревнует.
Мы рассмеялись. Напряжение схлынуло, и я наконец смогла расслабиться. Роберт обещал помочь деревне, и он сдержит свое слово, а мы теперь защищены перед Советом. Но съездить в Отшельники необходимо, и только одно это заставляло меня снова начать нервничать.
Вернуться в деревню решили после того, как пообедаем. Роберт отвел нас в маленький ресторан в соседнем квартале, хотя я предлагала заглянуть в таверну. Мясо и жареная картошка, которую мы вчера покупали, оказались очень даже ничего.
Как я ни старалась оттянуть момент поездки в Отшельники, обед закончился. Роберт рассчитался, нанял экипаж, и мы погрузились в карету.
Еще на подъезде к лесу я выглянула в окно. Над деревней стелился сизый дым, запах гари сочился сквозь щели в карету, и Вероника встревоженно зажимала нос, глядя на меня.
– Как это было?.. – тихо спросила я.
– Они не дали собрать вещи, – ответил Роберт. – Бросили поджигающие артефакты в окна, и люди успели только выбежать в чем были.
– Ты обеспечишь погорельцев всем необходимым?
– Мой поверенный сейчас занимается этим. Он должен приехать в Отшельники, внести в список все пожелания и закупить товары в Бирцане. Строители опросят Клару, Шерпа и других, какие те дома хотят. На строительство уйдет много времени, но до зимы справятся.
Наш экипаж выехал из леса и притормозил у моего дома. Роберт попросил кучера остаться здесь, пока не вернемся, и помог мне и Веронике вылезти на улицу.
– Мамочка, я хочу попрощаться с Сэтом!
– Мы сейчас вместе к ним пойдем.
– Я найду поверенного, – кивнул Роберт. – Не ходите в деревню, пока я не вернусь. Шерп хоть и стар, но он был очень зол.
– Мы дождемся тебя у Клары.
Только когда Роберт ушел, я позволила себе взглянуть на дом Клары и Фиона. Точнее, на то, что от него осталось. Магический огонь, заключенный в артефакт, способен уничтожить в считаные минуты даже самое большое здание. Маленький домик Клары сейчас был грудой обугленных бревен, от которых все еще вился дым. Запах гари в воздухе казался слишком густым, он оседал на языке, от него першило в горле. Чуть дальше, там, где были дома Шерпа и Зафара, все еще что-то горело. Еще два дома оказались совсем рядом с жилищем Михея, но кто там жил, я не знала. Кажется, один из них принадлежал Катарине с бабушкой.
По улицам бродили люди. Кто-то волок за собой большой узел вещей, кто-то на телеге вез бумажные пакеты с продуктами. Другие столпились у ворот, что-то тихо обсуждая.
Я поспешила в дом, чтобы не попасться на глаза кому не надо.
Малышня сидела в гостиной, расположившись на полу. Те, что были постарше, заняли места на диване и в кресле.
– Сэт? – позвала Вероника.
Я искала взглядом Лельку и Есю. С кухни донеслись голоса, я оставила дочку с другом, а сама двинулась в соседнюю комнату.
Клара замешивала тесто. Еся и Лелька чистили картошку, и у всех на лицах было хмурое выражение. Я едва нашла в себе силы, чтобы не развернуться и позорно не сбежать.
– Клара?..
Близнецы вскинули головы, а их мать на минуту замерла, будто не поверив, что слышит мой голос.
– Жива! – выдохнула Клара, оборачиваясь ко мне. Улыбка озарила ее лицо. – Мы уж думали… Где ты была?!
– Пряталась, – не стала я лгать. – Мне жаль ваш дом, Клара. Если бы я только могла…
– Да брось. Роберт обещал нам помочь, а с утра уже приезжали строители и еще какой-то мужик. Одни спрашивали, сколько нужно комнат в доме, другой записывал в тетрадь вещи, продукты, лекарства. Даже хорошо, что наш дом сгорел! Когда бы мы еще получили возможность переселиться в большой? Малыши-то пока в двух комнатах ютятся, а когда вырастут, что будет? Не на улице же им ночевать, в самом-то деле. Ну, мы пока у тебя поживем… Нам некуда больше идти.
– Дом ваш, насовсем. Можете распоряжаться им на свое усмотрение, но вы должны знать, что он не совсем обычный…
– Знаю, знаю! – махнула Клара рукой, и в воздух поднялось облако муки. – Останется Есе, ему рано или поздно придется жениться. У Лелькиного жениха-то есть дом.
– И все-то она за нас решила! – Близнецы одновременно закатили глаза, за что схлопотали шлепок полотенцем.
Я улыбнулась, переводя дыхание. Так боялась, что и Клара больше не на моей стороне, и какое же счастье знать, что у меня в Отшельниках все еще есть друзья. Оставалось дождаться Роберта, чтобы встретиться еще и с Дарией. Больше всего меня волновало, как она сейчас живет. Мне предстоит уехать в далекий Каан, и приезжать сюда я уже вряд ли смогу. По крайней мере часто точно не получится.
Пока Клара варила суп в огромной кастрюле, которую успела вынести из своего дома во время пожара, а Вероника играла с Сэтом и другими детьми, я расположилась на кухонном подоконнике и рассматривала соседские дома.
Михей, как обычно, сидел на крыльце в одних трусах и шляпе. Он занимался заточкой тесака, и я очень надеялась, что готовит лезвие не по мою душу. В дыму от Клариного дома мелькнула тень, и на дороге появилась Катарина под руку с Зафаром. Последний что-то кричал, махал свободной рукой, указывал на мой дом, и я спряталась за занавеску. Боялась, что Зафар идет сюда, но он и Катарина свернули на тропинку вдоль михеевского забора.
– Что произошло здесь вчера, Клара? Роберт не стал мне рассказывать, сказал только о пожаре.
– Действительно хочешь знать? – Женщина громыхнула крышкой кастрюли, закинув в воду клецки.
– Я бы не спрашивала, но…
– Десять здоровых мужиков, увешанные артефактами, ворвались в деревню ближе к ночи. Мы ужинали, когда со стороны твоего дома донесся грохот. Сразу поняла, что дверь не пустила людей из Совета. После чего двое пришли к нам, остальные отправились по деревне… искать тебя. Честное слово, я ничего им о тебе не говорила!
