Мертвая тишина. Тетралогия (СИ) - Старый Денис
Я выпрямился.
– Надо быть полными дураками, чтобы даже думать о том, чтобы просто приехать сюда знакомиться. Скорее наоборот. Они сейчас сидят у себя и прикидывают, как держать оборону, если мы решим прийти к ним. Молчат, словно те мыши, и норы строят.
Чёрный несколько секунд рассматривал карту, затем медленно кивнул.
– Это да, тут и не поспоришь, – сказал мой заместитель, потирая подбородок. – Я бы на их месте тоже сидел тихо и смотрел, куда эта армия дальше двинется.
В комнате стало тихо. Не та мёртвая тишина, которую мы теперь ненавидели. Нормальная. Человеческая. Когда несколько человек смотрят на карту и одновременно думают об одном и том же. До сих пор мы считали, что ищем вокруг себя других выживших. А ведь вполне возможно, что другие выжившие уже давно нашли нас.
И просто наблюдают.
Глава 17
Скоро принесли еду. Может я слишком демократично подхожу к вопросам власти и принятия решений? То едим, то, бывало, и за рюмкой решения принимаем.
Нет, повального пьянства не случилось, ни у комсостава, ни у других. Думаю, что дело не только в том, что Лидия Ивановна, как цербер охраняет запасы спиртного. Некогда… Ну и принцип: кто не работает, тот не ест, играет в наших условиях слишком уж мрачными красками.
Еда не общедоступная – это конечный пока что ресурс. Пока что – это потому, что мы не пошли на огороды и поля, не разводим животных. Некоторые дамы уже все уши прожужжали про то, что нам коровы нужны. Детям без молока никак.
Никому никак… Вот – одна из причин, которая побуждает нас искать ресурсы и возможности не только в городе, но и обращать пристальное внимание на сельскую местность.
До сих пор мы считали, что ищем вокруг себя других выживших. А ведь вполне возможно, что другие выжившие уже давно нашли нас. И просто наблюдают.
Я ещё раз посмотрел на карту. От нашего района до Зябровки по прямой выходило километров семь. Смешное расстояние для прежнего мира. На машине – несколько минут. На велосипеде можно доехать, даже особо не вспотев. Теперь семь километров превращались почти в экспедицию, потому что между точками «А» и «Б» могли находиться молчуны, вооружённые люди, брошенные машины, завалы и ещё чёрт знает что. Причём последнее в новом мире встречалось чаще всего.
– Ладно, гадать можно до вечера, – сказал я, проведя пальцем по дороге на карте. – Нужно посмотреть своими глазами. Только тихо. Без вертолёта, без демонстрации флага и без желания познакомиться со всеми встречными.
– Разведка, – коротко произнёс Чёрный, наклонившись над картой. – Кто пойдет?
– Именно, – ответил я. – Просто разведка. Посмотреть, есть ли там люди, сколько их примерно, где сидят, есть ли посты, машины, оружие. Никаких контактов без необходимости. Тем более никаких попыток кого‑то строить. Кто? У меня одна кандидатура.
Я пока не говорил, кто именно может и уже не раз подобные функции выполнял. Штурм… Но может у собравшихся есть свои предложения, желание? Штурма и его группу есть куда отправить еще. Да он и сейчас на выходе.
Лыньков хмыкнул и потёр ещё не до конца сошедший синяк под глазом.
– А я думал, твой любимый способ знакомства – приехать на танке и сказать: «Здравствуйте, теперь давайте жить дружно».
Я медленно повернул к нему голову.
– Лынь…
– Молчу, командир, – ответил капитан с совершенно невинным лицом и даже ладони перед собой выставил.
Вот ведь зараза. Уже понял, где можно поддеть, чтобы не получить по морде. Или, скорее, чтобы получить не сразу.
– Штурм пойдёт, раз ни у кого желания нет. Остальным задачи нарежу не менее сложные, – решил я, снова повернувшись к карте. – У него группа не самая тяжёлая, двигаются нормально. Пусть возьмёт людей, которые умеют не только стрелять, но и смотреть. Машины оставить подальше. Последние километра два, если обстановка позволит, пройти ногами. Задача – увидеть их раньше, чем они увидят наших.
– Лес… это не та посадка, что в город ведет. Южнее и медведи есть. Я‑то знаю, – сказал Седой, бывший до Апокалипсиса заядлым охотником. – Там волки, лисы, кабаны… Не много. Только волков было дело отстреливали, когда они на людей кидались. Но сейчас как поведет себя зверь – вопрос.
– Я передам Штурму, – сказал Чёрный, делая пометку в блокноте.
– Нет, не передашь. Пусть Штурм вернется и Седой проконсультирует его, да под протокол, как технику безопасности. А у тебя, Черный, другая работа, – ответил я и постучал пальцем по медицинскому центру. – Ты и Гусь продолжаете зачистку микрорайона и медцентра. Каждый получает свой сектор. Без геройства. Нам этот комплекс нужен целым и без потерь среди людей. Хоть пять дней ковыряйтесь, если потребуется.
Чёрный недовольно скривился.
– Если там ещё что‑нибудь останется, – буркнул он. – Столько времени прошло.
– Вот и проследи, чтобы осталось. Люди живучие. Если дома еще был хоть какой запас еды, а никто не превратился… Да, это маловероятно. Но сколько уже мы видели того, чего не могло быть. Ну и ресурсы. Каждая квартира – наш ресурс, – сказал я
– Хотел сам к соседям прогуляться, – сказал он. – Я с теми пацанами, что в тревожной группы, знаком. Так, общались немного.
– Переживёшь, – ответил я. – Зато получишь собственную больницу. Что до пацанов. То Штурму строго настрого будет запрещено идти на контакт. Только разведка. Ну и дрон туда заслать. Десяток километров выдержит же?
– Если на машине связи, что от Комитета досталась подойти и запустить, то можно и больший район под наблюдение взять.
С боевой частью разобрались быстро. Оно и понятно. Здесь всё было привычно: задача, люди, оружие, направление. Сложнее становилось, когда речь заходила не о том, как кого‑то убить, а о том, как нам самим дальше жить. Причём первое, как выяснилось, человечество за несколько тысяч лет освоило куда лучше второго.
Я посмотрел в свои записи.
– Следующий вопрос.
– Ещё есть? – простонал Седой, откидываясь на стуле.
– Много, – ответил я. – И следующий тебе особенно понравится.
Седой сразу насторожился и даже подался вперёд.
– Тогда давай.
– Правила сожительства, – сказал я.
Седой разочарованно махнул рукой.
– Тьфу. Я‑то думал, водку распределять будем. Вот, Командир, оно в постель к иным нужно лезть? Я бы тебя не пустил.
– А я и не представляю ситуации, в которой мы с тобой окажемся в постели, – рассмеялся я.
– А ты, Камилка, – обратился дед к психологини. – Ты представляешь меня в постели?
– Седой, – сказала она, давя в себе смех. – Лидии расскажу, ко мне подкатываешь.
Седой руки выставил, сделал вид, что испугался.
– Вот ей и не нужно. У меня планы… эти… сожительства. А как насчет водки? Что за монополия. Диктатура… я бы сказал, что тирания.
– До водки тоже доберёмся, – сказал я. – Серьезнее…
Люди раскрываются с неожиданной стороны. Вот Седой… Он сперва, когда еще не хотел открывать нам в первый день знакомства свою квартиру и стрелял даже на поражение, слава Богу, не задел – казался предельно серьезным. Таким, что никогда не шутит.
Но вот стоило ему… нет, вряд ли влюбится, но увлечься Лидией Ивановной, распушить хвост. И пошли шутки‑прибаутки, подначки.
– Тогда продолжай, – великодушно разрешил он. – А ты, Камилка подумай. Лидия пока никак…
Я отложил ручку и посмотрел на присутствующих.
– Все… посмеялись. Нас становится больше. Женщин становится больше, чем мужчин. Причём разница будет расти, если тенденция сохранится. Уже сейчас появляются… – я поискал подходящее слово, – сложные отношения.
Кто‑то тихо хмыкнул. Я посмотрел в ту сторону, и все моментально сделали серьёзные лица. Вот же коллектив. Ни одного дурака, но стоит собрать вместе – получается детский сад с автоматами.
– Поэтому говорю сразу, – продолжил я. – Как временную меру разрешаю двоежёнство.
Тишина.
Даже Седой не сразу нашёлся, хотя обычно на подобные темы соображал быстрее остальных. Потом он медленно повернулся ко мне.
Похожие книги на "Мертвая тишина. Тетралогия (СИ)", Старый Денис
Старый Денис читать все книги автора по порядку
Старый Денис - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.