– Зря ты так, КЕРГИШЕТ, – вплотную придвинулся к нему Арно, чтобы можно было не кричать. – Ты ввяжешься в драку, а мы что, смотреть со стороны будем?
– Я сказал, – упорно, словно боялся отказаться от задуманного, повторил Иван, – кто против?
– Дался он тебе! – с досадой прогудел дон Севильяк под стать гулкому окружению, отчего его практически никто не услышал.
– Знать бы точно, где они, нагрянуть можно прямо в их банду. И отколошматить в собственной берлоге!
Хиркус искал вдохновения, хотелось ему высказаться как можно красивее, но понял, что про берлогу брякнул, не подумав.
Какая у бандитов сейчас берлога? Бегут, наверное, сметая всё на своём пути. Подумал и ощутил неприятный холодок. Их там, бандитов, несколько десятков, а то и сотен, и ходоки для них не помеха. Но высказываться по поводу ненужности вступать в бой с бандой Гхора, не стал.
– Выходим! – подал знак Иван.
Туман, стрельба…
Где-то, может быть, здесь и пробивается банда во главе с Гхором. Да как узнать?
– Мы попадём под шальные пули, – прислушиваясь к какофонии звуков, сказал Жулдас.
– Точно, вслепую не повоюешь. Кто кого, я думаю, никто не разбирает, – Арно вертел головой. – Похоже, все против всех.
Иван понимал, что в такой обстановке поиски Гхора проблематичны. Замечания ходоков естественны. Кто в кого стреляет – не понятно, а быть раненым или убитым – возможность велика. Но и отступать сразу не хотелось.
– Будем искать укрытие, – сказал он. – Иначе…
– Перестреляют нас как куропаток, – буркнула Шилема. – У тебя блажь, КЕРГИШЕТ.
– Не блажь! – отрезал Иван.
Но дальше распространяться не стал, потому что упрёк Шилемы принял болезненно.
Всё-таки она была права. С её точки зрения, естественно.
Втемяшилось-де, этому баловню судьбы наказать какого-то бандита Гхора, вот он и блажит, и их, ходоков, заставляет подчиниться ему, как необходимости. И всё потому, что они без него здесь ни шагу шагнуть не могут.
– Окоп выкопаем, – с оптимизмом предложил Хиркус.
– Ага, руками, – подхватил Арно. – Где здесь можно найти укрытие? А, КЕРГИШЕТ? Сам посуди. Мы на равнине.
– Межевые стенки, – подсказал Жулдас. – Мы как раз рядом с одной из них.
– Это для Джордана впору, да и то, если закопается по уши, – Арно присел, рассматривая осклизлые камни, едва выступающие из земли.
– Я-то закопаюсь, – не остался без ответа Джордан, – а вот ты…
– Посмотрите по сторонам, где-нибудь стена выступает заметнее, – жёстко сказал Иван. – Ты туда, – толкнул он в спину Джордана, – а ты, Арно, проверь там.
– Так их! – одобрил дон Севильяк.
Из тумана раздался радостный крик Джордана:
– Нашёл!
То, что нашёл фиманец, можно было посчитать за счастливый случай. Стенка высотой до полутора метров и почти в метр толщиной давала укрытие всей команде.
– Ну, Джордан, – Арно, не скупясь, хлопнул по плечу фиманца так, что тот едва не упал от его тяжёлого удара, – ты не только говорить умеешь, но, оказывается, нужное и полезное искать способен. Нюх у тебя. А это не каждому дано.
– Тебе точно, – не остался в долгу Джордан, потирая плечо. – И силы побереги…
– Извини уж! Не рассчитал.
Стрельба усилилась. Звук её накатывался как раз к укрытию. Над головами просвистели пули, заставив ходоков вжать головы в плечи. Посыпалась крошка, выбитая из древних камней кладки.
И вдруг всё затихло. Глухая тишина осязаемо навалилась тяжким грузом.
Но вот что-то застучало. Где-то рядом пробежал кто-то, не видимый в тумане. Топот быстрых ног – и только.
– За одним охотятся? – предположил Хиркус. – Вышли в поле, оглядели. Вон бежит человек. Ату его! А человек тот, быть может, сам не прочь кого-нибудь…
– Тихо! – Шилема подняла руку вверх. – Слышите? Идут… Много. Слышите?
Ходоки затаили дыхание. Чуткий слух Шилемы не обманул.
Приближалась плотная людская волна, грозная своей поступательностью и уверенностью. Перед ней не осталось никого, кто мог бы противостоять и остановить её. Одни убиты, другие разбежались по сторонам.
Они явно спешили.
– Думаешь, они? – наклонился к Ивану Арно. – Банда этого самого Гхора?
– Я думаю так же, как и ты, – ответил Иван. – Но так очищать перед собой дорогу могут только бандиты. Иного слова для этих людей не нахожу. А поскольку мы передвинулись по ходу банды Гхора, то, возможно, это она и есть.
– Встретим огнём? – прошептал Хиркус. – Встанем и…
– А если это просто люди? – Жулдас угрюмо посмотрел на Хиркуса. – Что за привычка, как что, так хвататься за оружие.
– Тебе-то без разницы. Кого хочешь руками уложишь, а я нет.
– Вот именно руками, – подхватил Иван реплику Хиркуса. – Надо взять кого-нибудь из них живым и невредимым. И поспрашивать, где Гхор?
Арно хмыкнул.
– Если живым и невредимым, то это надо делать не тебе, а кому-то другому. После тебя человек остаётся живым, но становится невменяемым.
Иван досадливо повёл плечами.
– Они рядом! – напомнила Шилема.
Земля уже гремела вокруг от топота множества ног. Некоторые из идущих натыкались на стенку, ругались и обходили её стороной. Лишь один решил перемахнуть через неё.
– Мой! – Иван вскочил и поймал спрыгнувшего человека ещё в полёте, сильно дёрнув его за ногу вниз.
– Хок! – только и успел утробно выдохнуть любитель перепрыгивать через преграды на дороге, как лежал уже на спине, придавленный коленом в грудь и уткнутым в подбородок стволом автомата.
Он дико водил глазами, не совсем понимая, что с ним произошло. На вид ему было лет тридцать, но недельная щетина и запавшие глаза от бессонницы, состарили его. От него несло перегаром и ещё чем-то тошнотворным.
Иван, глядя на него, уже понял, что вся его попытка перехватить Гхора, сидя здесь в засаде, а теперь после поимки одного из его банды – пустой номер.
– Где Гхор? – тем не менее, спросил он.
– Э-э… Впереди, – бандит явно удивился вопросу Ивана. – Он всегда впереди! А ты решил отсидеться?.. Так сиди!.. – Он забился под коленом Ивана. – Чем меньше, тем лучше!..
На губах у него выступила пена. Глаза закатились.
– Брось его, – посоветовал Арно. – Видишь, как его корёжит? Что тот, что этот… Наркоманы.
Иван выругался. Вырвал из рук бандита карабин, ударил о стену и отбросил в сторону. Брезгливо отёр руки о куртку.
Банда ушла.
Проклятый Гхор! Проклятый туман!
Распорядился:
– Шилема, веди до своих закрытий!
Как вышагнули из тумана, становясь на дорогу времени, так и вышли, покинув её, в реальный мир всё в тот же туман.
В нём, белёсом и плотном, неясно просматривались тени большого числа людей, обречёно бредущих в одну сторону. Раздавались выстрелы и крики, урчали моторы невидимых транспортных средств – военных или гражданских, висел легко узнаваемый шорох множества ступающих ног…
– Нам тоже туда, – махнул рукой Иван в направление общего движения и сделал первые шаги. Обернулся, предупредил: – Не отставать, не отвлекаться. Джордан, будь рядом!.. А Гхор ещё придёт…
Идти здесь было значительно легче, чем в руинах. Ухоженные некогда поля и лесочки, остатки каменных межевых стен – напоминание о средневековье – не укорачивали шаги, лишь порой сбивая их на метровом участке.
Туман не рассеивался, а тепла прибывало.
Под сапогами ходоков стали попадаться тёплые одежды, сброшенные шедшими впереди них. Такая неосторожность (мороз может ударить внезапно) в другие времена удивила бы любого, но наступал конец света, надо было успеть добежать до шахты Пекты или его лаборатории, а тяжёлая в тепле одежда мешала быстрому продвижению.
Часа через полтора молчаливого хода команда Толкачёва также начала обливаться потом. Отброшенные с голов капюшоны, расстёгнутые куртки и рубахи мало освежали. Наступал момент, когда впору сбросить с себя всё и идти налегке, подставляя разгорячённые тела едва заметному ветру.
