Хотя… такая реакция могла быть и просто потому, что я показался ей привлекательным мужчиной и не более того.
Но если бы это было так, она бы сохранила этот интерес во время дальнейшего общения, но потом Марина выглядела относительно равнодушной. Я считывал ее снисхождение к моей персоне и почти материнское покровительство. Неужели посчитала малолеткой?
Усмехнулся.
Ну да, я уж постарался вжиться в роль. Наверное, вышло феерично…
Подошёл к зеркалу и оглядел себя без очков. Зоннёны моего рода никогда не отличались особенно выдающимися внешними данными. Худощавое телосложение досталось от матери, черты лица от отца. Увы, родных уже не было в живых больше двухсот циклов (десять тысяч лет). Они погибли во время взрыва планеты Дииморы — колыбели зоннёнского народа*
Мой народ рассеялся, а я… стал тем, кто никогда больше не сможет вернуться к зоннёнам и вынужден осесть на планете, которую уже привык считать домом. Мне нет места среди них, потому что моя семья напрямую виновна в смерти миллионов соотечественников.
Мои родители стояли у истоков восстания саалонцев и сотрудничали с ними, что и привело к трагедии. Конечно, родные точно успели пожалеть об этом перед смертью, но было уже поздно.
Моя семья проклята, и, если попадусь соотечественникам, буду заключен под стражу до конца своих дней. Зоннёны не прощают чужих грехов даже через тысячи лет.
Поэтому я уже не Эмилинарэль из рода Эль, а просто Эмиль по прозвищу Блондин…
___________________
*Историю о судьбе Дииморы можно найти в первой книге цикла "Мой любимый Киборг"
Глава 8. Аномалия…
После ванной, глотнув освежающего сока, я лежала на прохладных простынях в номере и не хотела вставать. Представляла, что нахожусь на настоящем отдыхе и могу наслаждаться жизнью в последующие десять дней, не думая ни о каких Блондинах, генералах и его телохранителях.
Блаженное ощущение покоя пыталось робко поселиться в душе, но я-то понимала, что это не более, чем глупая иллюзия.
Ладно, пора на работу. А работать сегодня буду на пляже. Именно туда стекается всё население этого отеля. Поищу Блондина среди отдыхающих.
Переодевшись в купальник, нахлобучила на голову широкополую шляпу, прикрыла глаза очками, набросила на себя тонкий летящий халатик, схватила пляжную сумку и решительно вышла из номера.
Телохранители — черт бы их побрал — стояли наготове. Я зашипела на них, как змея, и молча отправилась по коридору. Звук синхронных шагов за спиной удостоверил меня в том, что прихвостни генерала упорно следуют за мной.
Как же они мне не нравятся! Но у меня, как всегда, нет выбора…
Да, генерал Карлайл перестраховался, решив, что я снова могу провалить задание, если буду одна. Но неужели Блондин реально клюнет на меня, если рядом со мной окажутся эти амбалы?
Бред! План генерала трещал по швам. Командор не дурак, чтобы открыто приближаться к девушке, которая раскрыта в его глазах, как шпион. Но Генри Карлайл считал иначе.
Что ж, флаг ему в руки. А я иду на пляж…
Пляж был забит до отказа. Я едва смогла найти один свободный шезлонг и медленно сняла с себя халатик. Окружающие начали сразу же оценивать мой внешний вид. Фу, достали!
Но я всем мило улыбнулась. Мужчины, глаза которых загорелись при виде идеально слепленного тела, воодушевились, как будто им что-то светит.
Прилегла, выставив на солнце стройные ноги и живот, а сама начала попивать из трубочки коктейль, лениво наблюдая за проходящими мимо отдыхающими.
Блондины попадались редко. Но ведь командор вполне мог замаскироваться. Да, мечтать о поимке Блондина подобным образом было просто безумием. Он вполне мог изменить цвет волос (парик надеть), цвет глаз, фигуру спрятать под одеждой.
Более того, я почти уверена, что Блондин так и поступил, ведь его ищет весь Иширский Альянс!
Устав от мельтешения перед глазами, опустила стакан с соком на песок, но он накренился и начал заваливаться на бок. В попытке поймать его я даже привстала, но в этот момент мои пальцы обхватила чужая рука.
Вздрогнула и подняла взгляд. Это сосед по шезлонгу пришел на помощь. Увидев же несуразные очки, мгновенно узнала его.
— Эмиль? — изумилась я. — Неужели мы даже здесь встретились?
Парень мило улыбнулся, став довольно симпатичным. И все-таки проблемы с глазами явно не красили его. Через стекла на меня смотрели бледно-голубые, почти серые невзрачные глаза.
— Наверное, это судьба… — пошутил парень и отпустил мою руку. Коктейль был спасен.
Я выдохнула.
Да, как жаль! Я бы не отказалась от легкой курортной интрижки с симпатичным парнишкой посреди живописной природы. Это было бы как в сказке.
Но не могу.
Мне нужно оставаться наживкой для Блондина.
Сзади послышалось напряженное покашливание. Развернувшись, увидела две хмурые морды, которые одними взглядами требовали не флиртовать с парнем.
Я разозлилась. Достали! Даже поговорить ни с кем нельзя!
Развернулась к Эмилю и нарочито весело спросила:
— Расскажешь о себе? Очень хочу послушать.
На лице парня возникло довольное выражение. Кажется, он на такое даже не рассчитывал. Пожал плечами.
— Ничего особенного. Вся моя жизнь однообразна и предсказуема. Живу спокойно, работаю, отдыхаю… А сегодня познакомился с одной замечательной девушкой, с которой интересно проводить время…
Это он со мной флиртует сейчас, да? Блин, а ведь приятно! Если бы не эти ужасные очки, парень был бы очень даже ничего…
Только сейчас обратила внимание, что он в рубашке и шортах. Кто ж одетым загорает?
— Искупаемся? — предложила вдруг, чувствуя, как отчаянно хочу насолить «телохранителям».
— Почему бы и нет! — улыбнулся парень и резко подскочил на ноги.
— Марина, вам не стоит лезть в воду… — вмешался вдруг один из моих «тюремщиков». Его звали Алекс. — После перелета рекомендуется не спешить с экстремальным отдыхом. Заниматься плаванием лучше всего завтра и в безопасном бассейне…
Не знаю, что на меня нашло, но сейчас мне было вообще наплевать на то, что подумает генерал и его прихвостни. Хочу поплавать в море и точка!
— Я ненадолго! — бросила беспечно и с радостным визгом рванула к воде…
* * *
Эмилинарель
Встреча с Мариной на пляже оказалась чистой случайностью. Я действительно к этому не готовился и был искренне удивлен. Девушка была милой, вела себя очень раскованно. Без стеснения разделась, сверкнув прекрасными формами, а я почувствовал странный эмоциональный всплеск.
Внимательно заглянул в себя и ничего не понял. Что за реакция? Я давным-давно ТАК не реагирую на женщин. Этот вопрос для меня «табу», потому что я не хочу заводить отношения, которые изначально обречены. Жизнь каждого человека для меня — лишь миг. Не хочу привязанностей…
Друг, с которым мы были душа в душу, умер три тысячи лет назад, а я до сих пор чувствую тоску.
Позади Марины стояли два весьма раздраженных субъекта. Сразу понял, что это ее «конвоиры». Она испытывает к ним дикую неприязнь, они отвечают ей тем же. Какофония чувств у всех троих очень бурная.
Попытался копнуть ей в душу поглубже и… оказался оглушен. Из самой глубины естества девушки ко мне навстречу выплеснулась безудержная тоска и обида. Что???
Теперь я видел невероятный контраст между ее поведением и истинным состоянием внутри. Она вовсе не веселая. Она раненая…
Я согласился искупаться вместе с ней в безотчетном порыве и желании отвлечь этой глубокой личной трагедии. Зачем я это сделал? Сам не знаю. Вообще не понимаю, почему с ней вожусь и отчего она меня волнует. И почему-то очень часто вспоминается погибший друг…
Какая-то путаница в разуме, но я разберусь с ней позже.
И мы побежали к воде. Телохранители дернулись было за нами, но я мысленно сковал их телекинезом, и они оба повалились на песок, словно пьяные.
Люди вокруг начали возмущаться, поднялся крик, а Марина с разбега нырнула в океан.
