— Вот вы какой… Значит, по Уставу желаете?
— Так точно!
— Вы в курсе, зачем я вас с ротмистром вызывал?
— В общих чертах, Ваше Превосходительство, — стал частить я с титулованием, заметив, что генерала это нервирует, но одёрнуть меня он не считает нужным, а то и считает такое невозможным.
Раз так — пусть терпит.
Кутасов рассказал, что произошло. Правда, ничего нового я от него не услышал. Разве что услышал про заставу, которая в двадцати пяти верстах от города и деревеньку Ольховку, в четырёх верстах от уничтоженной заставы.
— Я дам взвод под ваше командование, — начал было Кутасов, но я отрицательно замотал головой, — С чем вы не согласны?
— Я подпоручик. Мне десяток положен. В особых случаях — два десятка.
— Экий вы право.
— Ваше Превосходительство, — с удовольствием отметил я, что титулование успешно работает, и его кривит, как от зубной боли, — Мне хватит двух непьющих старослужащих при четырёх коняшках побойчей. Думаю, дня за три — четыре я с заданием справлюсь. Разведаю, что там и как. А большой отряд мне только мешать будет.
— Вы что-то знаете?
— Предполагаю, — уклончиво отозвался я, всем видом показывая, что делиться своими мыслями не собираюсь.
На самом деле, что гадать-то. Вампиры же были. Противник неприятный, но и не такой опасный, если знать, как с ними бороться. А я знаю.
И от большого отряда я не напрасно отказался. Люди меня по рукам и ногам свяжут, не давая развернуться в полную силу, а помочь не помогут.
— Ну, раз так, то идите. Через полчаса готовьтесь отправится.
— Так точно, Ваше Превосходительство! Разрешите вопрос?
— Патроны для вашей заставы через час отдельным пароходом отправят, и я даже знаю, за чей счёт он будет нанят, — пообещал Кутасов, тяжело ворочая желваки на лице.
— Благодарю, Ваше Превосходительство. Вопросов больше не имею, — я лихо развернулся и покинул кабинет.
Вышел, улыбаясь. Изначально думал морды снабженцам идти бить. Но теперь этого делать не нужно. Я генерала так раздраконил, что он сам им теперь хари начистит и ударит по самому больному — по карману.
Кстати, про патроны для заставы я не слишком волнуюсь. Перед отъездом ротмистр мне шепнул, что он уже послал каптенармуса на правый берег, к его коллеге в пехотном батальоне. Займут у армейцев ящиков десять до поставки. Не в первый раз так делают. Но попросил посодействовать, если возможность появится. А я что — мне только скажи… Посодействовал.
* * *
Выехали мы часа через полтора.
Почти час ушёл, чтобы всё положенное с кладовщиков выбить и пару коней поменять, а то совсем каких-то одров подсунули. Таких, что им бы самое верное — своим ходом до кладбища дойти.
— Бойцы, теперь на базар путь держим. Закупиться нужно. — Сообщил я паре хмурых вояк.
Кстати, с виду весьма неплохих. Один из них ефрейтор, а второй — так и вовсе старший унтер-офицер, с Георгием на груди.
Мысли их мне насквозь понятны — считают, что сопливый мальчишка их на погибель поведёт.
Обереги от менталки у них есть. У унтера свой был, а ефрейтора мы подождали, пока он бегал, чтобы такой у сослуживцев занять на время поездки. Нашёл. Впрочем, это было моё требование.
Затем я заставил мне обереги показать, а заодно зарядил их, благо, туда Силы совсем немного надо. Так себе поделки, но и Гришкины не фонтан, однако же работают.
На базаре я совершил кучу покупок, почти набив корзину, которую нёс унтер Фома. Что покупал? Так самое необходимое: немного перца, полфунта нюхательного табака, два клубка сапожной дратвы, штоф бычьей крови, окорок, два каравая, пучок укропа, полфунта чая, туесок с мёдом и фунтов пять свиной печени. Почки мне в довесок дали.
Фома смотрел на меня, как на идиота. Не знает, что все покупки по делу. Навьючили ещё пару сумок на четвёртую лошадку, да и погнали себе до Ольховки. Неспешно. Даже получасовую остановку в пути сделали у ручья, чтоб коней напоить и покормить.
Ольховка оказалась небольшой деревушкой в пару дюжин хибар, из которых лишь три — четыре строения тянули на звание изб.
— Фёдор, иди договаривайся на ночлег. Для вас двоих. Упирай на то, что вы деревню остаётесь охранять, — скомандовал я, когда мы заехали в центр Ольховки.
— Так, ваше благородие, как же так…
— Выполнять! — чуть повысил я голос, спрыгнув с коня и лениво разминаясь.
Сработало. Побежал, и в первой же приличной избе, куда зашёл, договорился на ночлег.
— Пару вот этих сумок мне на коня перекинь, а сам иди устраиваться. Фома скоро вернётся и всё расскажет, — отдал я следующую команду. — Поехали, — тронул я своего коня, когда Фёдор начал заводить наших лошадок во двор снятого дома.
Где-то с версту ехали молча, и лишь потом я сделал знак унтеру, чтобы он ко мне подъехал.
— Фома, слушай меня внимательно. Да, кстати, ты свистеть умеешь?
— Не извольте сомневаться. Как Соловей-разбойник могу свистнуть, — ухмыльнулся унтер.
— Отлично. Тогда поступим следующим образом, — почесал я затылок, — Сейчас осмотримся на заставе. Я спешусь вместе с сумками, а ты горушку какую присмотри, примерно в полуверсте, откуда свистеть будешь.
— Далековато. Можете не услышать, — засомневался Фома.
— Тогда ещё раз свистнешь. Если я не выгляну после второго раза, то выстрелите в воздух. А уж когда и после этого я не появлюсь, — скачите обратно в город, не заходя на заставу. Скажете, что тут всё серьёзно и я сгинул. Пусть большой отряд высылают, с хорошими магами. Теперь что с вами. Я сильно надеюсь, что в деревню вампиры не придут. Да-да, не удивляйся, на заставе они набедокурили. Причём, летучие. Я кой-кого расспросил, говорят, на земле никаких следов не было замечено, — поделился я частью своих замечаний, которые вынес из утреннего разговора с поручиком.
Остальная полученная мной информация касалась численности заставы, которая оказалась невелика — десяток бойцов, маг — «четвёрка» и его денщик, он же повар.
Застава «Вепрь-3» считалась спокойным местом, и когда-то была создана, чтобы противостоять набегам степняков. Ну, тогда и численность заставы была совершенно иной — минимум три десятка при трёх магах и десятке хозяйственников. Но шли годы, и застава деградировала, за ненадобностью. Ничего здесь не происходило. В итоге её и оставили в кране усечённом варианте, чисто ради галочки в отчётах.
И тут вдруг — на тебе! Застава уничтожена, да ещё таким вот устрашающим образом!
Что могу сказать — место для засады я нашёл отличное! На сеновале конного двора.
Бросив под себя пару солдатских одеял, я устроился вполне удобно, и практически бесшумно. Одеяла хорошо гасили шелест сена.
С воздуха меня не заметить, просканировать ультразвуком — так крыша мешает, а от всего остального я невидимостью прикрылся. Унюхать меня сложно — нюхательный табак и перец не дадут.
Саженях в двадцати от меня выставлено чучело, имитирующее человека. Там, под ним, и кровь имеется, вылитая из бутыли. И печень, порезанная на куски, и одна из разрезанных пополам почек, обладающая резким запахом.
Благодаря сапожной дратве я чучело опутал, как паук паутиной, и даже найденные на заставе пустые гильзы подвесил так, чтобы они брякнули, если кто эту паутину затронет.
Свою же позицию я тщательно спрятал. Ждём-с.
На утро, услышав свист, понял, что всё откладывается, и выйдя на свет божий, помахал рукой.
Нет, я не расстроился. Скорей, наоборот. Была бы стая вампиров большой, они бы уже сегодня пришли, а раз нет — то их нет так уж и много. Все напились крови до отвала, и сейчас её переваривают, впав в анабиоз.
— Ваше благородие, что дальше делать будем? — спросил меня Фома, когда мы возвращались в Ольховку.
— Я спать лягу, а вы меня охраняйте, — поделился я своей нехитрой мудростью, — Кстати, а у хозяев, у которых вы дом сняли, сеновал имеется?
