Но атаки не последовало. Выждав несколько секунд в режиме готовности и держа некоторое количество праны практически на кончиках пальцев свободной руки, я наконец расслабился и повел лучом света в сторону, осматриваясь.
Ненавижу пещеры.
За последние две недели я оказывался в них больше раз, чем за всю предыдущую жизнь. И каждый раз ничего хорошего это не сулило.
А ведь сейчас мы были именно в пещере. В настоящей каменной пещере, не вырытой наспех сошедшим с ума реадизайнером, где осыпавшийся грунт соседствовал с выкорчеванными со своих мест острыми камнями, а природной. Вокруг был сплошной камень, местами наросший сам на себя в виде сталактитов и сталагмитов — каменный сводчатый потолок, каменные стены, каменный пол. Где-то десятилетия работы текущей воды, несущей с собой растворенные минералы, образовали сталактиты и сталагмиты, местами сросшиеся воедино в неровные колонны, не помню как называются. Где-то по стенам ручейки воды до сих пор тихонечко текли и мне повезло, что я не упал в лужу под одним из них — в пещере было прохладно, а мокрая одежда вытянула бы из меня тепло вовсе моментально.
Амина обнаружилась возле одной из таких луж, но ее тоже уберегло от участи намокнуть. Девушка сидела и досадливо осматривала разбитый и кровоточащий правый локоть. На меня она не обращала никакого внимания, и уж тем более не предпринимала никаких попыток атаковать.
— Болит? — спросил я, пока не приближаясь.
— Ага. — сумрачно ответила Амина и выплюнула изо рта пустую палочку от леденца. — Еще язык порезала об чупик, когда раскусила его.
— Хорошо что не глотку. — вздохнул я и подошел ближе. — Дай посмотрю.
Что ж, даже сейчас, когда я нахожусь на расстоянии согнутой руки, она не напала — а значит, действительно ни при чем в сложившейся ситуации. Она такая же жертва, как и я. Как бы странно это ни звучало…
Амина недовольно фыркнула, но локоть позволила осмотреть. К счастью, ничего критичного не случилось — ни переломам, ни вывиха, даже сильного ушиба не было. Просто содрала кожу, даже заклеивать нет особой нужды.
Да и нечем все равно.
— Ноги целы? — спросил я, закончив с локтем.
— Угу. — буркнула Амина и поднялась, намеренно игнорируя мою руку. — Теперь объясни, что ты натворил?
— Ничего. — честно признался я. — Поверь, мне тут находиться нравится не больше твоего. Особенно учитывая, что я понятия не имею, где именно мы находимся.
— Ну да, ну да. — Амина сощурилась. — Хватит ссать мне в уши, я же Ратко, меня в клане немного учили порталам! Я знаю, как смотреть направление переноса праны при телепортации, и твоя явно улетала куда-то к чертям собачьим, но никак не к флажку! А вместе с тобой улетела и я, потому что была в связке!
— То есть, ты хочешь сказать, что это из-за меня мы здесь оказались?
— Не из-за меня же! — всплеснула руками Амина. — Нахрена ты мне сдался в пещере?!
— Поверь, я и себе-то особо в пещере не сдался. — пробормотал я, переваривая информацию.
Если она не врет, а я уже устал считать, что все вокруг врут и пытаются меня убить, и если она ни при чем… То остается вопрос — а кто при чем и как это получилось?
И ответ напрашивается только один — папаша Ратко.
Этот ублюдок посмел тронуть меня в конце нашего разговора, положил руку мне на плечо, доверительно так, гаденыш. Переиграл меня, тварь — я-то думал, что позволяя ему сделать это, я усыпляю его бдительность и даю ему понять, что я еще могу перейти на его сторону, а на самом деле получается, это он усыпил мою. И внедрил в меня что-то вроде бомбы с таймером, которая в нужный момент сработала и поменяла направление нашей телепортации туда, куда это нужно было папаше.
Он, сука, это умеет, уже проходили, знаем. А то, что при этом со мной вместе оказалась Амина — это уже побочный эффект, издержки. Себастьян не мог не знать, что подобные упражнения проводятся в парах, и знал, что кто-то со мной да перенесется, но вряд ли он предполагал, что это будет Амина.
Получается, реальный срок, который он давал мне на размышления, был намного меньше недели — почти вдвое меньше.
А был ли вообще этот срок? Или он тупо заговаривал мне зубы, и весь этот длительный диалог был нужен лишь для того, чтобы подготовить меня к такому изощренному способу убийства, как тот, что происходит сейчас?
И ведь главное — если его план выгорит, формально его руки будут чисты! Он ведь не убил меня, он вообще не причинил мне никакого вреда, только закинул хрен знает куда непонятным способом, ну так я же жив после этого остался!
Да, недооценил я папашу, ох недооценил…
Но ладно, сокрушаться буду потом, сейчас важнее подумать о том, как выбраться из сложившейся ситуации.
Первым делом я решил сразу очертить границы:
— Давай так. Сразу прими как факт, что я ничего не делал. Ты мне ни в хрен не уперлась и я понятия не имею, как мы здесь оказались. Договорились? Договорились. Теперь, как до хрена умная в порталах Ратко, расскажи — где мы могли оказаться, по-твоему?
— Ни хрена мы не договорились. — зло сверкнула в лучах фонаря глазами Амина. — Если это не ты, то кто тогда? Персефона нам подкозлила, да? Черт, я же знала, что не стоит к тебя подходить — тем более после первого практического занятия, где ты меня чуть не убил!
Кажется, она потихоньку впадает в истерику. Что ж, в ее случае ничего удивительного — оказалась хрен знает где, хрен знает с кем, да при этом этот «хрен знает кто» однажды ей уже чуть глаз не вынес стрелой из праны.
Хотя, говоря по-честному, в том была и ее вина тоже.
Так я ей и сказал:
— Так сама виновата.
Это сработало. Амина недоуменно лупнула глазками и резко сменила тон с истеричного на недовольный, с примесью злобы:
— Чё сказал?
Кажется, злиться на меня ей важнее, чем истерить. Вот и отлично, истерики нам сейчас ой как не нужны, лучше уж пусть злится — злой человек хотя бы собран.
— Закрыли тему. — миролюбиво улыбнулся я. — Лучше скажи мне, о великая Ратко, повелительница порталов — где, по-твоему, мы оказались?
— Ты опять переводишь тему!
— Да это и есть наша тема! — не выдержал я. — Или ты серьезно намерена сейчас выяснять отношения и определять, кто, кого, когда и чем обидел? Хорошо, давай обсудим — я не против, но с одним условием — сначала выберемся отсюда хотя бы на поверхность!
Амина внимательно меня выслушала, а потом удивдленно оглянулась по сторонам, словно только что обнаружила, что мы находимся в пещере:
— А тут чем плохо?
И спросила она это с такой детской непосредственностью, с такой наивностью, что даже сомнений не оставалось — она и правда не понимает, чем здесь плохо. Ей все равно, где выяснять отношения, главное их выяснить, главное разложить все по полочкам ее белобрысой башки, именно в таком порядке, чтобы она легко понимала всю сложившуюся ситуацию.
— Давай так. — максимально спокойно произнес я. — Остановимся на том, что мне здесь не нравится. А когда мне где-то не нравится, я не выясняю отношения с людьми, я стараюсь уйти оттуда, где мне не нравится. Сойдет за мотивацию?
Амина склонила голову к плечу и показательно вздохнула:
— Ты странный.
— Да хоть сраный! — я махнул рукой. — Что угодно, только давай выбираться отсюда! Ты сможешь нас перенести обратно в академию отсюда?
— Конечно, нет! — фыркнула Амина. — Я же не знаю, откуда «отсюда», это у тебя надо спрашивать!
— Я тоже не знаю, сказал же уже. Как-то определить, где мы есть, возможно?
— Конечно! — уверенно заявила Амина. — По солнцу, например.
Я вздохнул и посмотрел ей в глаза:
— Издеваешься?
— А ты? — вопросом на вопрос нагло ответила она. — Понятно же, что под землей невозможно определить, где именно под землей мы находимся, если ты, конечно, не геомант уровня хотя бы третьего курса академии!
— Понятно…
— Единственное, что могу сказать — мы совершенно точно внутри кольца пустоты. — внезапно выдала полезную информацию Амина.
