— Как самочувствие? — просила Лориэль и кивнула на ноги.
— Еще болят, падлы… Но операция прошла хорошо, говорят. Скоро ходить начну, — вздохнула пилот.
Петимарра снова посокрушалась, что восстанавливаться долго, потом еще и допуски заново по медицине получать, но главным для нее была трагедия, что все успели повоевать, а она в стороне осталась. Домашней каше она обрадовалась, а пакет свежей аюты разделили на всех шестерых пациентов в палате.
Тетушка Ваэль лежала в этой же больнице, но в другом отделении. Подождали, пока старого кандара не привезут на каталке с процедур. Лориэль помогла медсестре пересадить тетушку на кровать.
— Как вы, тетушка? — спросила Лориэль.
— Да так, чуточку болят. Хожу уже малость.
Тетушка вздохнула и принялась корить себя, что не уследила за молодыми, мол это вообще она виновата, что девки глупостей натворили. Домашней каше тетушка тоже обрадовалась, а вот аюту и лечебную газировку опять разделили на всех пациентов. Палата для самых старших, так что водицу в темных бутылках им прописывают для профилактики.
Получасовой перелет уже в гражданскую больницу. Единственной здоровой рукой Мири листала школьные отчеты на планшете. Планшет, видимо, принесла сердобольная матушка и наверняка думала, что развлечения ради. Мири порой хитрила, чтобы добиться своего. Будь она здорова, успела бы спрятать планшет или переключить на что-то другое.
Лориэль успела выхватить устройство и посмотрела на школьные работы.
— Вот надо оно тебе? Можешь хоть немного отдохнуть?! — она покачала головой.
— А сама-то? — Мири фыркнула и тут же поморщилась от боли. — Можно подумать! И вообще верни на место!
— Отдыхать тебе надо, — Лориэль положила планшет на тумбочку рядом с кроватью.
— Ты сама лучше с девочками побудь хоть день-два. Они вообще-то пережили такое, чего и не каждая взрослая выдержит.
— Да знаю, знаю, — Лориэль села на стул у кровати. — Алька обиделась. Боится меня теперь, что ли…
— Ты себя только не кори, хорошо? Девочки вырастут, все поймут.
— Не корить? Паршиво выходит, скажу я тебе. Вообще не знаю, чего теперь делать. Хреновая из меня мать получается.
— С такими мыслями ты еще чего-то от малышки хочешь? — Мири попробовала поморщиться, но помешала повязка и осуждающая гримаса получилась немного комичной. — С собой разберись. Раньше ты просто излучала из себя уверенность, а сейчас, смотрю, размякла.
— Раньше я знала, чего делаю и зачем. А теперь… А теперь я даже не уверена, есть ли где-то границы всей этой мерзости и подлости.
— В себе ищи ответы. Не надо ничего искать в других. Твой стержень — он внутри. Верни его на место, и сама увидишь, как Аля раскроется.
— Думаешь, они меня простят? — Лориэль с надеждой посмотрела на сестру.
— Лори, в данном случае главное не простить, а понять. Когда девочки поймут почему ты так поступила — задумаются о прощении. Орси очень умная девочка. Она наверняка ведет себя активнее, чтобы Аля не успевала обижаться.
— Так и есть, — согласилась Лориэль.
— Им сейчас больше всего нужна мама. Вот и будь ею. И, да, задаривать девочек всем подряд не надо. Это только усугубит. Покажи им что ничего не изменилось.
— Шутишь? — Лориэль встала и зашагала туда-сюда по палате. — Не изменилось! Да все в Бездну летит!
— Ха! Боевой пилот и жалуется на сложности! Ну-ну! — Мири презрительно фыркнула и тут же ойкнула от боли.
— Не шевелись! — Лориэль подскочила к сестре и помогла лечь чуть удобнее. — Чего, больно?
— Да уже почти не болит. Так, дергаюсь когда.
— А ты не дергайся! Или я попрошу привязать тебя к кровати.
Мири дотянулась и легонько щелкнула сестру по носу.
— Детьми займись, балда! — и побитая школьная наставница улыбнулась.
Своим дочерям Мири звонить отказалась. Вид у нее и в самом деле пугающий, Аза с Верой постоянно на связи, переживают. Бабушка не разрешает им приезжать в больницу, не видит в этом смысла.
Совсем жиденький супчик Мири похлебала с большой радостью. Лориэль обняла сестру на прощание, вышла из здания, села на одну из самых обычных лавок во дворе и набрала номер Фили. Судя по звуку, шипению, шкворчанию и дымку на заднем фоне, девчонки что-то готовили. На кухне минимум три хвоста. Фили с включенными коммуникатором пробежалась по квартире и спряталась в небольшой спальне. Лориэль заметила еще пару девчонок, накрывающих в зале большой стол.
— Чего празднуете? — спросила она.
— Тасси материнский выиграла. Проставляется!
— А не рановато у вас конкурс провели?
— Это две важных тетушки устроили сами. Пять мест оплатили на курс. А наш, академский, будет через месяц.
— Готовишься?
— Мам… — Фили вздохнула. — Мы на него даже допуск не пройдем.
— С таким-то настроением — точно не пройдете.
— А чего? Готовиться вместо каникул весь месяц, переживать, не спать, а результат известен, — Фили пожала плечами. — Тут очень умные девчонки. Я прям чувствую, что совсем тупая на их фоне.
— Права бабушка — надо было вас лупить. Чего, сдались сразу?
— Ну… Я переходной уже сдала, у Жанни один экзамен остался.
— То есть, внучек я так и не дождусь?
— От того, что вы с бабушкой каждый вечер нам это говорите, скорости не прибавится.
— Она вам каждый вечер звонит?
— Ну, да… Как ты улетела месяц назад, так и начала. То мне, то Жанни.
— И ей тоже сказали, что даже пытаться не будете? Лучше куда-нибудь сбежите? Покупаться, например…
— Мам! — резко как выстрел выпалила Филька. — Это было один раз!
— Так я вам и поверила. Сестренка твоя где?
— С девочками за покупками утопала.
— Вы только пьяными по улицам не шатайтесь. А то знаешь как примарилы говорят — была курсант и нет курсанта.
— Мы не пьем! У Тасси вообще месяц без стресса с завтрашнего дня!
В доме зашумели, по голосам сложно было понять, что происходит. Изображение на экране заплясало, Фили подошла к двери и выглянула из спальни.
— Девочки пришли. Жанни как вернется — чего сказать? Чтобы перезвонила?
— Не нужно. Главное, что у вас все хорошо. Младших сестер проведать приедете?
— Обязательно!
Радостный шум усилился, уже отчетливо были слышна не менее десятка довольных голосов.
— Ладно, празднуйте, — улыбнулась Лориэль и добавила: — Поцелуй сестру за меня. Люблю вас.
— Мы тебя тоже любим! — Фили с изображения помахала рукой и связь отключилась.
Лориэль выключила «купол» и неспешно направилась к ховеру. Беспорядки минули городок, где учатся девчонки. Даже как-то не верится, что там тишина и покой, а столичные новости они едва ли восприняли всерьез. Может, это и к лучшему, подумала Лориэль.
Сопровождающая ведьма следовала везде безмолвной внимательной тенью. Не сильно обрадовалась, когда ховер сел у большого торгового центра. Захотелось Лориэль домашних пирогов. Она предупредила матушку и побежала закупаться всем необходимым. Весь вечер так и прошел в дружной готовке. У тетушки Газы под присмотром оставили двух девочек по десять лет, так что лепили пироги в семь пар рук, а Вера с сиделкой занимались малышами.
Не было ничего веселее, чем испачкать кому-то нос мукой. Орси с белой моськой заливалась смехом, а Аля грозилась покусать всех и шипела. Лориэль притворилась, что не поняла затею дочек и тоже подставила нос, а потом бабушка сняла их всех на камеру. Картинку тут же отправили всем родным. Шази с Данми написали, чтобы оставили им пирогов, а Филька с Жанни прислали большой снимок, где не меньше двух десятков молодых красивых девок за шикарными столом хохочут и показывают большие пальцы.
Вечер выдался приятным и теплым, ужинали на улице. Девочки так и уснули, прижавшись к Лориэль. Долго не решались их разбудить, чтобы увести спать в комнату.
С утра на заводе завертелся бумажный ураган — группы спасателей убывали на новое место службы. Каждый борт принять, передать. Еще и экипажи с техниками перевести нужно по документам.
