Мэрри, что всё это время молча наблюдала за борьбой Алины с остальной группой, громко выдохнула.
— Ты не должна была останавливать поезд без нашего согласия. Это раз.
— Мэрри, но…
— Но. Раз ты его уже остановила, сидеть здесь и ждать персонал, который по какой-то странной причине до сих пор не явился, пока Рэджи там, возможно, умирает — глупо. Это два.
Николас хрустнул шеей и показательно сложил руки на груди.
— Если мы допустим смерть, пусть такого, но товарища, даже не попытавшись помочь… от такого наши личные дела краше не станут. Если я и запомнила что-то из нудных лекций по этике, так это то, что верность и самоотверженность чуть ли не главные двигатели карьерного роста на службе. Никто не хочет держать у себя трусов. Это три.
Когда Мэрри поднялась, чтобы достать свой рюкзак с полки, дверь позади неё громко хлопнула. Спустя секунду, Даша и Демиен с побледневшими лицами ворвались в вагон.
Демиен открыл было рот, но Даша его перебила.
— В одном вагоне трупы, в другом какой-то страшный вой, двери выбиты… ничего не понимаю… а эта дура еще и поезд остановила! — Даша инстинктивно обхватила руку стоящего рядом Демиена и прильнула грудью. Парень побелел лицом еще больше.
Алина безнадежно вздохнула, бросив последний взгляд на друзей.
— Мы идем за Рэджи. Надеюсь, вы хорошо будете спать по ночам, если с ним всё-таки что-то произошло, — когда нервничала, Алина быстро превращалась из тихони в яростную фурию.
И… никто ей не ответил. Демиен, конечно, попытался дернуться, но Даша так сильно вцепилась в его руку, что тому оставалось лишь жалостно смотреть в окно на не такие уж и страшные здания, как ему показалось в начале.
Мэрри с Алиной развернулись и уверенно зашагали в сторону выхода.
— Стоять, фем-отряд! — позади внезапно раздался пьяный голос Ларри, — Я с вами!
Девушки удивленно переглянулись.
* * *
В голове пронесся очередной кошмар, который выветрился из памяти, стоило открыть глаза. В нос ударил запах сырой земли, рукава кофты промокли от мокрой после дождя травы.
Перевернувшись на спину, я уставился в небо. Дождевые тучи расступились, небосвод был чист — отчего звезды казались особенно яркими, совсем не такими, как в столице. Луна освещала кроны деревьев, что густо окружали пустырь по периметру. Какой-то парк? Плевать.
Картинки расправы все еще лезли в голову, мешая думать.
Сколько раз мне было суждено умереть на этой неделе? Пять, шесть? Но всё еще жив и в полной растерянности дышу прохладным лесным воздухом. С каждым последующим воскрешением всё становится только хуже — УБИ, Август, отец. Возможно, будет лучше и вовсе не подниматься на ноги.
— Долго думаешь, — мне в бок прилетел пинок.
Я сложился пополам от боли и приподнял голову. Родион стоял надо мной с уже двумя палками в руках. Прямыми и легкими на вид, примерно одного размера.
Он ухмыльнулся и бросил одну мне, на что я резко зажмурился и даже не попытался поймать — деревяшка попала прямо по лбу.
— Поднимай и вставай. — произнес старик с некоторым раздражением, как если бы спешил куда-то, а я отнимал у него драгоценное время.
Я в ступоре смотрел то на палку, то на Родиона.
Тот раздраженно фыркнул.
— Ты вроде бы не глухой.
Он снова пнул меня ногой в бок.
— Так и будешь валяться здесь, как червяк после дождя? — Родион еще раз ударил меня.
Внутренности скрутил страх. Нет, не страх. Паника. Я перевернулся и принялся ползти прочь, но старик резко схватил мою ногу, оттащил назад и бросил на том же месте, где я очнулся.
— Вставай, Марк! — он больше не бил ногой, а просто лупил палкой. Удары легкие, но болезненные. Часто попадали по локтям и коленям.
Я же инстинктивно прикрыл руками голову, молча перенося побои.
— Отлично, тебе, видно, удобно на земле. Пожалуй, там тебе самое место, рядом с червями.
Удар. Больно. Но…
— Где твоя гордость? Осталась в гробу? Может, ты там и яйца оставил? Вставай!
Разве ты боишься боли, Марк? После всего пережитого — разве у тебя есть на это право? Откуда этот страх, Марк?
Удар, еще удар.
— Нет, нужно было добить тебя еще в саркофаге. Удивительно, как такой жалкий кусок дерьма вообще выбрался оттуда?! — он склонил ко мне морщинистое лицо, — Подскажешь?!
Раздражение.
— Вонял на весь город, вот меня и достали, — процедил я сквозь зубы.
— О, мы уже огрызаемся, это прогресс!
Удар по локтю, затем по голени и по тазу — старик явно целился туда, где больнее.
— Я вот смотрю и думаю, что куда лучше тебе бы было рядом с дохлым воющим папаней, сопляк!
Это воспоминание было слишком свежо. Крик отца эхом разнесся у меня в голове. А ведь он еще там, в гробу. Этот старый #%@#$# так и оставил его там.
— Вставай! — Родион злобно усмехался, — Или я тебе все кости переломаю! Затем убью и начну с начала. Буду забивать, пока ты, наконец, не встанешь!
Злость.
Я потянулся к палке и подцепил ее за край. Крепко сжал. Дернулся и с положения лежа попытался ударить Родиона по ногам, но тот просто приподнял ногу.
Старик хочет боя? Будет ему бой.
И я встал. По рукам побежали красные узоры от «Сдвига».
Мир замирает.
Родион озадаченно смотрит на меня. Злобная гримаса сходит с его лица. Ошеломление? Удивление? Не сказать точно.
Сейчас он открыт. Горло.
Делаю шаг вперед, чуть подгибая ноги, словно заваливаюсь — обманка, за которой следует резкий выпад. Конец палки нацелен на кадык.
И он почти достиг цели, вот только…
Мне по голове прилетел звонкий удар.
Я пошатнулся и со злобой посмотрел на в ответ… и тут же ошарашенно перевел взгляд на руки. Узоры сдвига пропали. Что за?!
Родион ухмыльнулся. Я в недоумении посмотрел на него и нахмурил брови.
Хорошо.
По рукам снова побежали красные узоры от «Сдвига».
Старик склонил голову вбок, с любопытством рассматривая меня.
Он все так же полностью открыт. Делаю шаг назад. Нужно оглянуться и оценить ситуацию, возможно обстановка помож…
Бам!
Еще один резкий удар по голове и я хватаю воздух ртом, теряя концентрацию. Сдвиг снова пропадает.
Нужно включить снова.
Руки сияют знакомыми красными узорами.
Хорошо, драться с ним не вариант. Нужно поддаться, сделать что от меня хочет, выждать удачный момент и сбежать, скрыться на ближайшие пару лет. Провести их в подготовке и тренировках. Отомстить, вернуть влияние, затем разо….
Бам!
И в этот раз я не сразу осознал, что только что произошло. Мир на мгновение потемнел, ноги подкосились, а макушка головы разразилась острой болью.
Я приподнялся, хлопая глазами. Посмотрел на руки. Узоры сдвига по какой-то причине снова потухли. Он что… трижды сбил палкой Сдвиг? Я не то, что был удивлен, скорее озадачен.
— Чтобы при мне эту фигню не врубал, понял? — Родион ткнул в меня пальцем, — Своими силами, Марк. Своими силами.
Я скривился и сплюнул кровь, собравшуюся во рту.
Страх… Страха больше не было. Как и злости. Только раздражение. Я глубоко вдохнул.
* * *
— Ударь уже меня, наконец!
Длинная палка пролетела прямо перед моими глазами, я едва успел отступить на шаг.
— Не знаю как учили тебя, Марк, но когда дерешься — нужно хотя бы попытаться попасть по противнику. — издевательски произнес старик и вновь показательно замахнулся, так, чтоб я смог увидеть удар и вовремя выставить блок.
На всю округу разносился стук бьющегося друг о друга дерева. Остальные звуки до меня в тот момент просто не доходили, если вообще существовали. Раздражение, с которым изначально на него набросился, уже давно ушло.
Блок. Деревяшки соприкасаются. Снова и снова. В отличии от меня, старик не бьет по ногам, не наносит колющих ударов. Лишь монотонно настукивает то с одной стороны, то с другой. Мне больше не составляет труда блокировать.
Лево, право. Лево, лево. Право…
