— Аксий, не сболтни чего лишнего, — хрипло рыкнул Кадрий, но его тут же прервал весело посвистывающий Робер.
— Оставь, Акс парень смышленый.
— Да и что я такого рассказать могу, Кад? О наших нынешних тактиках?
— Да хотя бы и о них, — огрызнулся щитовик, но все же от друга отстал вместо этого закурив трубку.
Дождавшись пока эта перепалка закончиться Хакар все же недовольно заметил:
— Луки ничуть не слабее бывают…
— Ой ли, — прервал его Аксий. — Вот тут мне кажется ты преувеличиваешь. Хотя даже если и бывают, ты попробуй такой лук натяни, да потом попади. Это сколько силы надо иметь и опыта? Поэтому с арбалетом проще.
— Я и говорю – оружие лентяев, — отвернулся Хак.
— Да хватит вам уже, — насупилась Мари, не давая стражу продолжить спор. — На пустом месте спор начали.
— Так уж и на пустом, — не удержавшись съязвил брильемец, за что был удостоен еще одного обиженного взгляда.
Недовольно фыркнув в ответ Хакар ускорился и вырвавшись вперед отряда пошел первым, по пути буркнув что-то Арку о разведке дальнейшего пути. Тот лишь кивнул, спрятав улыбку за вовремя поднесенной трубкой – все же в поле, по которому отряд пока что двигался, особого смысла в подобной разведке не было.
***
К ночи группа все же добралась до опушки. В сгущающихся сумерках вековые кедры и сосны, которые росли в этой части леса, смотрелись довольно величественно. Редкие лиственные деревья, растущие в подлеске, днем явно давали хорошую тень, а сейчас, поздним вечером, лишь добавляли сумрака в это лесное царство. Все это, в сочетании с изредка кричащими в чаще ночными птицами, создавало немного жуткую и гнетущую атмосферу. Все-таки ночной лес пугал человека во все времена в первую очередь своей неизвестностью, в которой наверняка скрывалась какая-нибудь опасность. Поэтому к ночи все собрались у ярко пылающего костерка и нет-нет да бросали напряженные взгляды в сторону леса. Все кроме, пожалуй, Хакара и Добряка, которые даже на опушке уже чувствовали себя в своей тарелке, как-то приободрились и повеселели. Этих лесных жителей ночная неизвестность явно ни капельки не пугала.
Из-за всего этого вечером разговор особо не клеился. Аксий начал было рассказывать страшные байки, но ни на кого особого впечатления они не производили – все же Охотники за свою жизнь успели повидать всякого, а может и столкнутся с подтверждением пары деревенских историй. Так что скоро почти все, кроме Хакара, который вызвался первым заступить на пост, отправились спать.
Ночь в целом прошла спокойно, не считая того, что Крине опять приснился кошмар и она своим криком подняла почти всех. Больше всего, конечно, перепугались Мари, Робер и его охрана. Последние тут же похватались за оружие, приготовившись отбивать внезапное нападение, но вместо этого с удивлением обнаружили спокойно покуривавшего трубку Арка, который уже вступил на пост и спешащую к подруге Риналу. Хакар даже не проснулся, а лишь отвернулся на другой бок прикрывая рукой ухо, а Хвель, смурнее тучи, направился к Аркуму, чтобы скоротать время пока клирик успокаивала подругу. Как бы ему неприятно было это признавать, но Ринала с этим справлялась куда лучше.
Подозрительно разглядывая Крину, свернувшуюся на лежанке калачиком, Робер направился к сидевшим в стороне Арку и Хвелю. За ним тут же увязался Кадрий, а следом нехотя двинулся и Аксий.
— Что с ней?
— Ничего особенного, просто кошмары, — пожал плечами Арк, делай затяжку.
— Вы все не выглядите удивленными, да еще и эти метки под глазами, которые днем девушка прикрывала шарфом, — задумчиво протянул Робер.
— Темный пиромант, — сквозь зубы выдохнул Кадрий, сжимая рукоять шестопера.
Хвель тут же поднялся, готовый с голыми руками броситься на двух обученных воинов, но Аркум положил ему руку на плечо, сам же демонстративно вытащил и положил на колени топор. Заметив это, щитоносец повернулся к Арку, немного опуская левую руку, чтобы щит прикрыл ноги.
— Крина наш друг и она не темный пиромант.
— Но Слезы… — начал Кадрий, но Аркум снова его прервал.
— Слезы ничего не значат. Если бы я судил людей только по внешности, то не стал бы даже жать тебе руку, но я закрыл глаза, на твое прошлое, — заметив, как в свете костра сверкнули глаза стража Арк лишь усмехнулся.
Ничего больше не сказав Кадрий развернулся на каблуках и отправился к своей лежанке. Чуть замявшись его хозяин негромко пробормотал:
— Хорошо, нас проблемы вашей группы не касаются. Но надеюсь, что у вас все под контролем, — затем Робер тоже поспешил к лежанке.
Сидевший рядом с Арком Хвель проводил попутчиков взглядом, а затем в полголоса уточнил:
— А что не так с Кадрием?
— У нас в Балакии любителей… — замялся Арк, но все же подобрал слова, — еще совсем юных девушек, когда те попадаются в первый раз, заковывают в колодки. И держат так на главной площади города несколько дней, где все прохожие могут взглянуть в лицо этого человека, запомнить его или даже швырнуть в него камнем, если уж совсем руки чешутся. При этом каждый день этого человека стегут по рукам плетью, из-за чего те вплоть до локтей превращаются в кровоточащий кусок мяса. Чтобы не было желания тянуть свои клешни к кому не следует.
— Почему просто в тюрьму не бросить? — почесал голову Хвель.
— Часто после этого бросают, но сперва-то урок преподать надо, — постукивая трубкой по подошве сапога ответил Аркум. — Если не усвоит, то тогда снова колодки, а затем тюрьма. Только к тому времени такому человеку добавят клеймо на щеке. Такое под перчатками уже не спрячешь, а другие преступники таких людей, как правило, не любят.
— Странные у вас обычаи, но может какой-то смысл в этом и есть, — поднялся на ноги Хвель, заметив, что Крина вновь уснула и Ринала тоже направилась к своей лежанке.
На следующее утро отряд наконец-то вошел в лес. Полный энергии Добряк носился между деревьями и кустами, изредка вспугивая прятавшихся среди них зверей и птиц, но не пытаясь кого-либо преследовать. Пес был рад вернуться в родные места.
Хакар тоже приободрился и почти не обращал внимания, на Аксия, который так и крутился вокруг Мари. Своим решением, судя по всему, брильемец слегка огорчил девушку, которая теперь старалась держаться поближе к Ринале. Блондинка своим присутствием хотя бы немного остужала пыл охранника.
Остальные же в отряде отнеслись к лесу, обступившему их со всех сторон, с осторожностью. Недавняя встреча с глимбом дала понять, что безопасным Брильем назвать точно было нельзя, а зимнее нападение волкулов еще в Редилии, лишь подтверждало эти опасения.
Собственно, примерно это на ближайшем привале и высказал Аркум Хакару, на что брильемец лишь успокаивающе улыбнулся:
— С тем найрмогом явно было что-то не то. Шидтен не в ладах с Далай, ее воды смывают его чары, так что детища первого стараются держаться подальше от ее рек и озер. А тому было все равно на ручей, а значит он был или очень зол, или не в своем уме. В любом случае, относитесь к Лесу с почтением и нам ничего не грозит.
— Но на нас ведь все еще могут напасть волкулы или еще кто, разве нет? И про обычных волков не забывай, — чуть побледнев напомнила Ринала.
— Может быть, но вдоль тракта и так близко к опушке это мало вероятно. И волки не нападают на людей первыми. Во всяком случае нормальные волки. Но если хочешь я помолюсь Артану, чтобы хищные звери держались от нас подальше, — предложил брильемец, но сразу же поспешил добавить. — Правда, боюсь, что Артан меня не очень любит, так что многого не обещаю.
— А до твоей деревни нам далеко? — вмешался в разговор не слишком взволнованный переходом Робер.
Что-то прикинув в голове и скептически оглядев самого Робера Хакар отвтели:
— Дня три. Все же к переходам в нашем отряде привыкли далеко не все.
— Бедные мои ноги! А быстрее никак?
Хак лишь пожал плечами ничего не сказав. Вместо него ответила Ринала:
— Если уж зашел разговор о богах, то помолитесь Варвану. Может бог странников пошлет вам сил в дороге.
