Насколько Варвара поняла, звание подмастерья соответствовало определенному статусу и знаниям средней школы, а вот мастерство — это уже был диплом о высшем образовании, существовал еще магистр, но так далеко девочка не закапывалась, хмыкнув по поводу желания магов себя позвучнее обозвать да нацепить побольше побрякушек, ибо все эти звания для детей были ничем.
— Комиссия гильдии чароплетов решила вручить звания Мастера Чар Фебрис Гермионе, Махаону и Ли, за знания, перекрывающие необходимый уровень, а также за владение специфическими группами чар, патент на которые принадлежит указанным личностям, — торжественно объявил пожилой человек, протянув мерцающие перстни с перекрещенными волшебными палочками. Съевшие собаку, и не одну на торжественных мероприятиях, подростки велеречиво поблагодарили и хотели уже смыться, да не тут-то было.
— Комиссия гильдии зельеварения… — опять длинная речь про вклад в науку и такие же мерцающие кольца с ретортой, как на гербе семьи. Многословные благодарности, огромный банкет и… Спа-а-ать.
— Ну и что нам теперь с этой бижутерией делать? — поинтересовалась Варя, проснувшись рано поутру.
— Я тут почитал, — задумчиво проговорил Сергей, — Мы СОВ можем не сдавать, у нас три статуса выше, чем Тритон, причем Министерство Великобритании мстительно уведомили.
— А почему мстительно? — спросила девочка.
— А ты представь, мы с тобой первокурсники, — заговорил мальчик. — Не совсем обычные, но первокурсники на домашнем обучении. И вдруг, хлоп — мастер чар, мастер зелий, а наше кольцо в целительстве соответствует местному «магистр». Выражение лиц представителей отдела образования представляешь?
— Ой… — Варя замерла, а потом звонко рассмеялась. — А ты представь, что нам скажут профессора…
— Угу, особенно декан и Снейп, — кивнул Сергей. — Даже жалко их немного стало.
В этот последний день был запланирован фуршет, прощание, обговорена связь и дальнейшие шаги организации новой Службы. Целителям очень понравился тот факт, что служба даст работу сквибам. Этот же факт понравился и МКМ, поэтому проект готовили к принятию, давая тем самым новой Службе статус международной. Мсье или герр Шварц выдал переговорный артефакт, не похожий на блокнот из прошлой жизни, но бывший в состоянии выполнять те же функции. Семья Фебрис отправлялась обратно…
Часть 19
Пока семья Фебрис принимала заслуженные почести и примеряла бижутерию, Министерство магии Великобритании жило своей жизнью. Ничего особо срочного или удивительного от обычного пакета почты из МКМ не ожидалось, поэтому его вскрыли только под вечер. Секретарь отдела корреспонденций лениво просмотрел пакет уведомлений и вдруг замер.
Среди обычной переписки притаились уведомления. Уведомления об инспекции больницы святого Мунго в целях подтверждения ее статуса, равно как и статуса работающих в ней целителей. Уведомление о присвоении званий «мастер» по двум специальностям троим представителям семьи Фебрис, уведомление о присвоении звания «магистр» в целительстве двум представителям этой же семьи. Но запрос о личностях новых мастеров и магистров сразу же наткнулся на обстоятельства непреодолимой силы, в результате чего секретарь был госпитализирован.
На следующий день, разбирая корреспонденцию, очередной клерк грустно смотрел на бумаги о присвоении высоких званий, одновременно разглядывая справку: «ученики первого и третьего курсов школы Хогвартс». Эти два факта у него в голове не укладывались, поэтому клерк сделал копии и послал оные в отдел образования и соответствующим профессорам в Хогвартс. Профессора целительства в школе не существовало, поэтому уведомление получила мадам Помфри, после чего была немедленно госпитализирована с подозрением на галлюцинации.
— Вот что бывает, когда воронам скучно, — потряс пергаментами профессор Флитвик на собрании факультета. — Гриффиндор при этом отправляется в Больничное крыло, а вороны — в Цюрих.
— Что случилось, профессор? — мисс Кристал, уже полностью отошедшая от своей болезни и безмерно оттого счастливая, заволновалась.
— Случилось так, что у нас на факультете отныне трое мастеров Чар, — любезно сообщил чрезвычайно возбужденный декан. — Двое первокурсников и один третьекурсник.
— Ну Фебрис дают, — протянул кто-то из старшекурсников.
— Кроме того, — продолжил Филиус Флитвик, — они мастера Зельеварения, и я очень хочу видеть лицо коллеги Снейпа.
Несколько секунд стояла мертвая тишина, разбитая потом хохотом тех, кто понимал, а понимали многие, ибо профессора Снейпа знали все. Весело было всем, но потом в голову старосты мальчиков, Роберта, забралась мысль.
— Сэр, — поинтересовался он. — А что они будут тут делать?
— Скорее всего они появятся в начале года, чтобы посмотреть на наши лица, — вздохнул профессор.
— Достойно, имеют право, — хмыкнул Роберт. — А как же трансфигурация, история, другие предметы?
— А зачем оно им? — поинтересовалась Пенелопа. — Они уже мастера.
Северус Тобиас Снейп задумчиво смотрел в полученное из Министерства извещение. Написанное в нем не укладывалось в голове еще не старого зельевара, поэтому он раз за разом перечитывал написанное на пергаменте. Проверив себя на зелья и чары, профессор еще раз покосился в сторону пергамента, который повествовал о том, что трое учеников первого и третьего курсов внезапно стали мастерами Зельеварения. Но как будто этого было мало, сообщалось о двух целителях в звании «магистр». И это в одиннадцать лет. Рука Северуса потянулась за виски.
Директор Дамблдор был не в курсе, он грустно смотрел своими ягодицами на свет, думая о вечном. У него появились новые развлечения и увлечения, а Николас Фламель, посетивший Дамблдора в Мунго, смеялся так, что был эвакуирован на родину аварийным порт-ключом. Поэтому сейчас Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, мучимый метеоризмом, от которого резало неудобно теперь располагавшиеся глаза, думал о том, что его никто не любит.
***
Семья Фебрис возвращалась домой, хотя им хотелось остаться в Цюрихе, желательно навсегда. Как и всяких психически нормальных людей, их тянуло к адекватным магам, а не к тому, что их встречало в Великобритании. К хорошим новостям относилось то, что нападения теперь можно было не опасаться, ибо, по крайней мере, четверо из них были защищены, а Ли Сергей всегда смог бы прикрыть собой. Поэтому семья довольно быстро оказалась дома.
— Получается, нам теперь ошибаться нельзя? — поинтересовалась Варвара.
— На деле, о непреднамеренном зле, в том числе и нам, ничего не говорилось, — ответил Сергей. — То есть… Фанатики нам по-прежнему опасны.
— Грустно, — ответила ему девочка. — Все-таки в прошлой жизни была более продуманная защита.
— В прошлой жизни, любимая, — улыбнулся мальчик, — защиту строили высшие сущности, а они предусмотрели все…
— А в этой… Во Франции мракобесие, в Британии… Даже слова такого нет, — Варя подумала, не залезть ли на руки к мужу, но передумала.
— Ну, слово такое, положим, есть, — хмыкнул Сергей. — И не одно, но они… м-м-м… Не литературные, я бы сказал.
— Я вот что подумала, — девочка вытянула ноги, укладываясь головой на колени мальчика. — У нас дом — практически больница… Почему бы не?
— А как регистрируют больницы? — спросил юный целитель. — Да и работать вчетвером…
— Впятером, — прокомментировал проходивший мимо комнаты Ли. — А то и вшестером, когда Наташка появится.
— Иди сюда, — позвал его Сергей. — Думать будем. Смотри, Служба будет базироваться в Цюрихе, но одну из опорных можно сделать и здесь, будет подстанция.
— Мысль интересная, — согласился юноша. — Давайте-ка это на семейном совете обсудим? А пока будем отдыхать и предаваться ничегонеделанью.
— То есть кушать и в койку, — хихикнула Варвара. — Ла-а-адно.
В планировании, общении с мсье Шварцем и гильдиями пролетела вся весна, но стоило наступить лету, как Варвара закапризничала. Девочке до смерти надоела вся эта писанина, сметы, расчеты, новости… ей хотелось отдыха. Надо сказать, что и Ли, и родители были с девочкой солидарны, поэтому обсуждали варианты отдыха.
