– Без глупостей! – рявкнул их надзиратель и по совместительству капитан. Не купился на смиренное молчание Стефании, на ее обращенный за борт взгляд и покладисто сложенные на коленях руки. Почувствовал бьющую током безмолвную ярость, заметил, что ее пальцы то и дело сжимаются в кулаки.
– Даже не пытайтесь напасть! – словно прочитал он ее мысли. – Мертвое может убить только мертвое. Вы мне ничего не сделаете. А вот я вам – что угодно. Хоть за борт выбросить, хоть тут оставить. А то и…
Мертвец оскалился, обнажая белесые десны и заостренные зубы, вытянул тонкие губы хоботком и шумно втянул воздух. Стефания поморщилась от отвращения и мотнула головой. Напасть на этого – не выход. Выход нужно искать другой.
Лодки давно исчезли из поля зрения. Вначале их поглотил туман, а когда катер вынырнул из дымки и направился к ненавистному берегу, лодок впереди не оказалось. Изменили направление и ушли к другой части острова? Вполне.
Сопровождавший их мертвец причалил катер и сбросил трап. Анфиса первой ступила на деревянные мостки. За нею спрыгнула Стефания, сунула руки в карманы брюк – как совсем недавно рыжий, и высоко подняла голову. Что им еще уготовано? В «слово чести» от этих ей не верилось.
– Я покажу вам выход. Попрощаемся и больше не увидимся. Мы тоже бываем гуманными.
Тварь снова улыбнулась бледными губами и обнажила острые зубы. На этот раз не выдержала Анфиса:
– Веди уж! Чего встал!
Их сопровождающий медленно склонил голову на один бок, будто забавляясь негодованием девушки, оглядел ее с ног до головы и облизнулся:
– Сладкая девочка. Жаль, не могу тебя вкусить! Не желаю разделить участь твоего недавнего приятеля. В отличие от него, я подчиняюсь приказам.
– Что с ним стало? – спросила Стефания. Не из простого любопытства. Но и не особо надеясь на то, что ей ответят.
– Казнили! Он умер окончательно. Вот что бывает за непослушание! Так что без глупостей!
Какие уж тут глупости!
Стефания двинулась следом за мертвецом, сразу поняв, что ведет он их к башне. Анфиса нагнала ее, и то ли от страха, то ли от волнения взяла под руку. Последние шаги Стефания отсчитывала про себя, будто шла не на свободу, а поднималась на эшафот. Так нельзя! Нельзя вот так – ничего не придумать. А если ей отказаться? Заявить, что она никуда не пойдет? Тоже не выход. Играть открыто с этими – однозначно проиграть. Как там сказал Данила? Если не вступать в игру, то не проиграешь? Жаль только, что никак его фразу к данной ситуации не применить.
Тварь вошла в башню и указала на спрятанную под лестницей дверь.
– Вот ваш выход. За дверью – туннель. Он выведет вас туда, откуда пришли. Ваш друг пытался ее открыть, но у него ничего не вышло. Конечно, не вышло! Этот проход открывается только нам. Или таким, как мы.
– Интересная у вас система сообщения. Подземная! – сказала Стефания, чтобы потянуть время. Ей бы торопиться к выходу, а она медлила! Ненормальная, точно ненормальная. Вон и Анфиса покосилась на нее с видимым недовольством. Анфисе хотелось поскорей в привычную жизнь. Почти привычную – без продюсера и, в перспективе, без голоса. Но в жизнь!
– А то! – горделиво ответил их сопровождающий, возясь с дверью. Не ключом пытался открыть ее, как надеялась Стефания, а прислонил к замку ладонь. Электронный чип у него под кожей, что ли?
– Те туннели, которые вы видели, ничто в сравнении с этим. Отсюда ведет целая сеть.
Вот! Вот это то, что надо! Стефания скучающе опустила взгляд на свои обломанные ногти, стараясь не выдать ликования.
– Да ладно! И вы что, сами все это вырыли? – спросила Анфиса.
– Сами не сами… – Дверь поддалась, и сопровождающий распахнул ее широким жестом. – Через эту дверь сюда вышел ваш друг. Вы же свернули в другую сторону и попали к пещере.
В пещере был выход?! Стефания удержалась от восклицания, сделала вид, что ей неинтересно. Плохо они осмотрели пещеру, раз никто не заметил ничего подозрительного! Или вход там тоже был хитро замаскирован и закрыт?
– Идите! И без глупостей.
Мертвецу не терпелось от них избавиться. То ли он хотел поскорее присоединиться к своим, то ли велико было искушение напасть на двух «сладких девочек». И про наказание за непослушание, возможно, он напомнил не им, а себе.
Стефания с Анфисой шагнули за дверь и оказались в длинном коридоре, который разветвлялся вдали на несколько других.
– Вам сюда, – сказала тварь, указывая рукой на первый туннель. – Прошу! И передайте привет Сазонову.
– Кто такой Сазонов? – встрепенулась Стефания. Мертвец криво ухмыльнулся:
– Тот, кому удалось отсюда выйти.
– Счастливого пути! – Гад даже помахал им ручкой на прощание. – Идите и никуда не сворачивайте. Заблудитесь – пеняйте на себя. Никто с вами больше церемониться не станет.
С этими словами он захлопнул дверь за их спинами, отрезая от света и выхода. Теперь – только вперед! В потемках Анфиса нащупала руку Стефании и крепко сжала ладонь.
– Ну что, куда? – спросила Стефания как можно безразличнее, стараясь скрыть волнение. Она была готова понять и принять любой ответ Анфисы, но затаила дыхание в ожидании его.
– Мне хочется на свободу, – жалобно пробормотала та. Стефания тихо вздохнула. Это нормальное человеческое желание – вернуться к привычной жизни после стольких испытаний. Особенно после того, что пришлось пережить Анфисе.
– Да, конечно, – нарочито бодро ответила она, стараясь справиться с полынной горечью. – Выход близко. Настоящий выход.
– А ты?
– А я… А я иду искать.
– Ты из-за рыжего решила остаться? – прямо спросила Анфиса. Стефания хотела возмутиться, фальшиво рассмеяться или разразиться притворным негодованием, но в ситуации, когда стоишь на границе двух миров, когда прощаешься со ставшим тебе близким человеком, не врут.
– Да, и из-за него тоже.
Этим «тоже» она все же слукавила – не перед Анфисой, а перед собой. Перед собой же можно?
– Ну? – поторопила Стефания, потому что ненавидела прощания. Глаза привыкли к сумраку, и ей стала хорошо видна Анфиса. Та топталась в нерешительности на месте, дергала себя за край майки и кусала губы. – Пусть все у тебя будет даже не хорошо, а отлично! И не верь ты этим, они наврали! Ты прекрасно поешь! Дай бог, приду когда-нибудь к тебе на концерт…
– Ты на меня не сердишься? Понимаешь…
– Я все понимаю! – нарочито добрым тоном произнесла Стефания. Понимает. Но привкус горечи не уходил. Она порывисто обняла Анфису, напомнила, что следует идти прямо, и развернулась. В глазах отчего-то щипало. Было не столько тревожно, сколько грустно. Каждый имеет право на выбор, это не считается за малодушие.
– Стефания! – услышала она. И следом за этим раздались шаги нагоняющей ее Анфисы.
– Ты почему не ушла?
– Я… не могу.
– Там… никого нет, – ответила Стефания, боясь обрадоваться. Анфиса не обязана идти с нею!
– Я иду с тобой.
– Зачем? Ты не обязана…
– Я не из обязательств! И мне пофиг, что бы ты подумала, если бы я ушла! Нет, если честно, не пофиг. Но я иду с тобой не из-за этого.
– Ты понимаешь, что мы рискуем не выйти отсюда никогда? И это реальный шанс наконец-то покинуть остров! Эти твари могли наврать тебе про потерю голоса!
– Я все понимаю. И я не из-за голоса.
– Тогда из-за чего? – прямо спросила Стефания. Марина осталась из-за Макса. Она сама… А Анфиса?
– У меня никогда не было друзей. Настоящих. Которые бы рисковали из-за меня, как вы. Идем! А то я передумаю!
С этими словами Анфиса первой пошла дальше по коридору. Стефания нагнала ее и взяла за руку.
Они шли долго, не зная, куда выведет их путь. Иногда им встречались перекрестки, но по наитию они продолжали идти вперед. Стефания предупредила Анфису, что им могут попасться трупы, но пока дорога оказывалась без препятствий. Возможно, этими туннелями пользовались твари и расчистили их для себя.
– Ты слышала? – внезапно остановилась Анфиса и дернула Стефанию за руку.
