— Дон Ардио и дон Ансело считают иначе, — положив пистолет на кровать, виконт расстегнул пояс со шпагой и дагой, бросил его туда же. — А они получили хорошее образование, и знают достаточно об этом мире, чтобы не дать себя обвести вокруг пальца. Вряд ли я буду слушать сказки черни, но, когда то же самое твердят люди с благородной кровью, поневоле начинаешь верить в вашу удачу.
— Моя удача — стечение благоприятных моментов и грамотное планирование, — парировал я, тоже раздеваясь, чтобы побыстрее завалиться поспать несколько часов. — Вот, к примеру, я подозреваю, что обиженные проигрышем контрабандисты заявятся к нам в гости под утро. Поэтому предлагаю не убирать оружие далеко и чутко спать.
— Они не контрабандисты, — исправил меня Агосто, уже скинувший сапоги и с удовольствием развалившийся на одной половине кровати.
— Абсолютно плевать, кто они, — я подтащил лавку к дальней стене, откуда хорошо просматривалась как дверь, так и окно, критически осмотрел позицию. Ладно, и так сойдет.
— Что вы делаете, командор? — поинтересовался Ним, приподнявшись на локте. — На кровати достаточно места. И я, кстати, не храплю во сне.
— Пример планирования, виконт, а не надежды на удачу. Если к нам полезут гости, я их смогу встретить свинцом с этой позиции, что внесет панику в их ряды. Вы успеете проснуться и помочь мне разобраться с ублюдками.
Я потушил фонарь и лег на жесткую, но довольно широкую лавку, предназначенную для отдыха слуг. Под голову приспособил подушку, отобранную у Агосто. Ему и одной хватит для комфорта. Впрочем, виконт не возражал.
Пистолеты положил обок и закрыл глаза, стараясь заснуть быстрее, чтобы не ворочаться в ожидании возможного нападения разозленных проигрышем проводников. Думаю, они не сразу придут, дожидаясь глубокой ночи.
— Игнат, вы и в самом деле приносите удачу, — раздался голос Нима в темноте. — Я предпочитаю верить своим глазам, а не словам. Двенадцать «корон» в кошеле это подтверждают.
— Хотите сказать, виконт, что вы впервые сели кидать кости и сразу же выиграли? — я пораженно замер.
— Почему же впервые? Мне довелось в молодости пожить в Дасквиче и Ромси. Там обожают играть в эту разновидность костей. Вот один человек и научил меня определять по весу костей жулики с тобой играют или можно по-честному проиграть свои денежки. Видите, насколько разные условия, от которых зависит, как нужно себя вести за столом, — Ним усмехнулся в темноте и заворочался на кровати, устраиваясь поудобнее. — А здесь все было подстроено с самого начала, чтобы заманить нас в игру и обчистить в карманы. Неужели еще не поняли, Игнат?
— Признаюсь, проскальзывала такая мысль, но я больше всего за вас переживал, виконт, потому что сам ни за что бы не стал играть.
— И напрасно волновались. Во-первых, эти ребята даже не предполагали, что благородный дворянин умеет бросать кости, а во-вторых, я сразу понял, кто передо мной. Они прохвосты и жулики, как и положено речным проводникам. Одна сторона каждого из кубиков намеренно утяжелена для выпадения малых чисел. Поэтому эти болваны все время орали «вàри», в надежде, что выпадет проигрышная комбинация. В этом случае она превращалась в выигрышную… Эти идиоты сами выдали себя с головой. Ни один разумный человек не станет переворачивать комбинацию столь часто и безрассудно.
Голос виконта стал глуше, а потом вовсе прервался. Первый день похода всегда забирает много сил, пусть даже кое-кто проспал в каюте поднятие якоря и атаку рыбаков на наш караван. Зато до отплытия Агосто пропадал в Скайдре, занимаясь сколачиванием своей команды, которая должна помочь ему вернуть законное место в доме и наказать графа Абру, захватившего родовые земли виконта.
— Отлично, — я устроился поудобнее и зевнул, едва не вывернув челюсть. — Спокойной ночи, Ним. Надеюсь, она пройдет без смертоубийства.
Давно я не ощущал такой мертвой тишины вокруг, от которой в ушах стоял глухой непрерывный звон, отчего, собственно, и проснулся. Ни малейшего скрипа половицы, ни шуршания мышей под полом или в пустотах стен — и это очень напрягало. Я люблю, когда меня окружает шумовой фон, пусть даже писк комара. Этот фон не столь назойлив, но все равно где-то на периферии сознания ты отмечаешь любое изменение в пространстве. Но сейчас вязкая тишина обволакивала и тревожила. Спать я уже не мог, поэтому сел и снова напряг слух.
Виконт был здесь. Удивительное дело, но молодой парень, как и обещал, не храпел после выпитого вина, а по-младенчески посапывал. Счастливый человек, совершенно не заморачивающийся проблемами, встающими на его пути. Он их решает по мере возникновения. В отличие от меня. Голова пухнет от мыслей, как обмануть лорда Торстага, спасти эрла Толессо и вернуться в Дарсию живым-здоровым…
Дверь очень тихо толкнули, проверяя прочность замка. Но я услышал этот шорох, потому как был готов к подобному повороту событий. Взвожу курки пистолетов и неслышно подкрадываюсь ней, прикладываю ухо к некрашеной поверхности. В коридоре кто-то есть. Топчется в нерешительности, понимая, что в комнату просто так не попасть, разве только выбив замок. Но в таком случае контрабандисты — я не видел никакой разницы между ними и проводниками, один миром мазаны — поднимут страшный шум, который им сейчас не нужен.
— Виконт! — я метнулся к кровати, притронулся к руке спящего парня и вовремя зажал ее, потому как этот ловкий чертяка сразу же вскинулся, пытаясь выстрелить из пистолета. — Тихо-тихо! Экий вы быстрый!
— Что случилось? — хрипло каркнул Агосто.
— Кажется, начинается веселье, — предупредил я.
— О-оо! Вот и славно, — оживился виконт. — А я уже подумал, что ваше предчувствие обмануло!
Он ловко соскочил с кровати, босиком прокрался к двери и стал вслушиваться, что происходит снаружи.
— Карадеки живут на нижнем этаже, — сказал он полушепотом. — Но я не слышу ни одного звука оттуда. Возле нашей двери, кажется, поставили часового. Кряхтит и дышит как загнанная лошадь. Командор, выгляните в окно, только аккуратно.
Рассохшаяся рама, видимо, давно не открывалась. Приходилось тянуть створки на себя с особой осторожностью, чтобы никто в коридоре не услышал, что постояльцы ведут себя слишком активно. Хрустнула задвижка, в окно пахнуло речной свежестью. Над крышами хозяйственных построек висел плотный туман, медленно ползущий к постоялому двору. Вязкую тишину ничего не нарушало. Ни шагов, ни голосов, ни звяканья железа. Интересно, у Карадеков есть собака? Или они настолько беспечны, что доверяют лишь самим себе? Сколько мужчин в семействе? Пять-шесть, считая работников, не больше. Очень неразумно. Я бы на месте хозяина завел парочку волкодавов, только на ночь не во двор их выпускал, а наоборот — в доме держал. Гостиница при трактире — самое неприглядное место, много чего нехорошего случается с теми, кто невовремя расслабился.
— Что там, командор? — прошипел виконт.
— Тихо как на дне морском, — меланхолично ответил я, высунувшись по пояс наружу, ощутив на лице легкое прикосновение влажного тумана.
Ним фыркнул от такого сравнения, вспомнив, кем является его спутник.
— Вы не сможете спуститься вниз и проверить нижний этаж? — поинтересовался он после недолгого молчания.
— Боюсь, для такого путешествия моей удачи не хватит, — ответил я, разглядывая нижний уровень под окном. — На улице туман, стены влажные, уцепиться не за что. Над окнами первого этажа идет карниз для стока дождя, но он слишком узок и под наклоном. Враз грохнусь на землю.
— Нужно сделать из простыней веревку, — подошел ко мне Агосто, бросив свой пост. — Я буду держать ее, пока вы спускаетесь вниз. Поверьте, командор, это нужно сделать. Мы можем просидеть в этой мышеловке до рассвета, а кое-кто сейчас, возможно, совершает черное дело. Я не из той породы людей, которые предпочтут зарыться головой в подушку и сделать вид, что ничего не происходит.
— Виконт, слишком много слов, — заметил я. — Давайте действовать.
