— Семьдесят девять миллиардов инвестиций, — улыбнулась помощница.
— Ясно, — Лориэль кашлянула.
— Как прошло совещание в совете?
— А то вы не знаете.
— Остальные объединятся против вас, это самый очевидный шаг.
— Есть такое подозрение.
Вынув из тонкой папки с гербом академии листок, помощница протянула его Лориэль. Интересная таблица с ценами, датами, количество поставок и отдельной колонкой с отрицательными суммами.
— Это чего такое? — спросила Лориэль.
— Вам пригодится. В новостях данные были неполными. Задать вопрос совету, куда делись деньги по конкретным проектам будет не лишним.
В новостях расходы по некоторым статьям только обозначили, а в таблице в руках Лориэль были даже указаны компании и заводы, получившие заказ. Очень интересные данные, но не так чтобы сногсшибательные. Наверняка в своей свите матриархи найдут парочку виновных и демонстративно их накажут. Зато можно выиграть немного времени. То самое, чего сейчас боятся все.
Еще одно, очень интересное отличие таблицы на бумаге с озвученными по новостям, крылось в отсутствии двух строк. Лориэль только улыбнулась в ховере, когда ознакомилась с данными как следует.
Утро выходного дня началось с плачущей Али. Еще не случалось, чтобы ушко заболело у нее ночью. Она еще ничего никому не сказала, терпела, пока Лориэль не заглянула в комнату поднять девочек на утреннюю пробежку. Бедная девочка намучилась, не выспалась, ее пришлось отнести вниз на руках, чтобы оставить под присмотром бабушки. Лориэль уже думала отменить пробежку, но Аля, видимо просто почуяв мазь в ушке, сразу расслабилась, сказала бежать без нее и пристроилась на диване поспать. Пока решали, что делать, малышка уснула. Не притворилась, а именно что уснула, завернувшись в тонкое одеяло, которым ее заботливо укрыла Орси.
Аля проспала завтрак, осталась очень вялой перед обедом. Поела хоть с аппетитом, а потом забралась на лавку рядом с бабушкой и уснула рядышком.
— И чего ночью делать будешь? — вздохнула бабушка, поглаживая больную внучку.
Орси выглянула из-за планшета, посмотрела на сестренку и вернулась к своему занятию. Все свободное время она теперь копалась в планшете. Материалов для детского развития полно, можно даже найти начальный школьный курс для начальных классов, но девочку мало занимали счет и письмо. Немногим лучше она относилась к истории, тут главная заслуга Мири, она умеет заинтересовать девочек каким-нибудь хитрым вопросом, после чего малышня лезет учить историю.
— А знаете, кто первая придумала настойку от живота? А из чего ее делали, знаете? — спрашивала Мири.
Орси становилась любопытно, она на пару с Алей копались в ссылках, пока не находили нужные сведения.
— А знаете, почему мы ныряем, и в ушки вода не попадает? — подначивала дальше Мири, и девочки снова лезли искать.
Альке ее ушки были интересны, хотя врач в больнице все пояснила сразу, когда малышка обиженно сказала после осмотра:
— Болею, потому что я плохая…
Врач разложила перед ней брошюрку с рисунком детского ушка.
— Видишь маленькую косточку в центре ушка? Называется центральный молоточек, — говорила врач. — Эта мягкая косточка и очень подвижная, вибрирует, когда звук поступает в ушко. А у тебя на этом месте есть небольшой шрам, из-за него косточка постепенно становится твердой, ушко начинает плохо работать и болеть. Мазью и каплями мы косточку снова делаем мягкой. Ты подрастешь чуть-чуть, мы аккуратно вырежем старый шрам на косточке, она заживет и все, ушко болеть перестанет. Ты сейчас очень быстро растешь, как все девочки, поэтому операцию делать нельзя, она не поможет.
Но Але все равно было интересно все, что касалось ушек. В этом она интерес проявляла, как и Орси, в отличие от других тем. Еще девочкам понравились ролики как ухаживать за коготками, приловчились чистить их до блеска и потом хвастаться у кого получилось аккуратнее. Во всем остальном Аля не сильно поддерживала сестру, медицина ее не интересовала нисколько. А вот разукрашки и уроки рисования девочке очень нравились. Мири даже подумывала свозить малышню в школу искусств, как только сможет спокойно передвигаться без коляски.
Лориэль перечитывала документы по корпусу спасателей и поглядывала за Орси. Девочка навострила и увлеченно временами тыкала в планшет, пролистывая прочитанные странички. Она вдруг замерла, нервно тыкнула в планшет, словно он отказался работать, и наклонила голову с интересом что-то разглядывая на экране. Через две минуты Орси соскочила со стула и, держа планшет обеими руками, побежала к Лориэль:
— Мама-мама! Тут про тебя! — Орси проскочила под руку и ловко забралась на коленки.
Обычно девочки всегда ждали, пока мама откликнется, а тут явно случилось что-то важное. Лориэль взяла планшет и посмотрела на статью, написанную явно не для маленьких девочек. Текст написан очень мелодично, не оторвешься. Глупость на глупости, но проработали знатно. Упоминаются какие-то исследования, какие-то ученые, какие-то институты, никакой конкретики, зато все в один голос твердили, что нейро-импланты или кибер-импланты — это явный способ управлять сознанием, превратить живую сильванку в бездушного робота. Лориэль бы посмеялась, не будь это выпад в ее адрес и мастера Хирондель. Вот зачем кому-то понадобилась профессор Серенга.
— Милая, а где про меня тут? — спросила Лориэль.
— Сейчас! Вот… — Орси дотянулась до планшета и пролистнула текст вверх.
Увы, в первом абзаце вдруг появился большой пробел в словах, словно кто-то спешно вымарал текст. Лориэль попробовала найти источник или кто автор, но планшет как-то странно завис и от первого же нажатия переключился на чистую поисковую страницу.
— Ну вот! — Орси обиделась, схватила планшет и повторила все что делала раньше. Вместо странной статьи вышел ожидаемый мультик, как правильно поднимать хвост при неспешном беге.
Девочка жутко обиделась и прошептала:
— Там правда про тебя было! Честно-честно!
— Верю, котенок, — Лориэль поцеловала дочку в ушко.
Орси хотела встать и пересесть на свое место. Лориэль удержала ее. Вместе сидеть веселее, не хватало еще Али рядом, но она неплохо устроилась на бабушкиных ногах.
Ход с имплантами достаточно интересный, подумала Лориэль. Вроде и обвинять никого не надо, а можно просто убрать двух мастеров из совета. Сначала за уши тащили в этот совет, теперь выпинывают. Не уложилась в мировоззрение хозяек, что мастера тоже не пальцем деланные. Хотя, по факту, сами же всех и научили своими вечными интрижками, заговорами и подставами.
Будь возможно зомбирование имплантами, Империя бы создала непобедимую вечную армию. Так говорила Серенга в беседах. Сто миллионов молодых балбесок в 20-25 рожают двойню и идут воевать. Еще через двадцать лет идут воевать уже двести миллионов. И так каждый раз. Вселенной будет мало для Сильвании.
— Мы частично расшифровали базовые функции мозга. Частично! — повторяла профессор. — Оптический нейро-интерфейс не часть мозга, это биокомпьютер, усиление. Речь, слух, зрение можем частично вернуть, но только потому, что нейро-имплант сам обрабатывает импульсы. Сообщить мозгу что он должен услышать какое-то слово или выполнить необходимое действие не в наших силах. Ах! Если бы можно было вживить в голову имплант со знаниями! Поверьте, я была бы первой в рядах на операцию!
Не удивилась Лориэль и утром, когда раздался звонок и ее попросили к трем часам быть в столице на рабочей встрече. Тиранэль про встречу знала и ответила:
— Чем-то они нас хотят удивить.
— Догадываюсь чем. Вас подобрать?
— Не. Я в бригаде. Девки доставят в лучшем виде.
Поцеловав дочерей, Лориэль вышла из дома и у крыльца остановилась в задумчивости. Вернулась и забрала таблицу с интересными циферками от помощницы. Да, показать всем фантики. Именно это она и собиралась сделать. Почему-то от этой мысли стало весело. На заводе она долго рылась в своем кабинете, пока не нашла две подходящих папки. Одну потоньше, другую пухлую. Вполне себе прилично выглядят, а бумаги внутри дают ощущение солидности.
