Выбравшийся из кабины Напалм заглянул под грузовик и выругался:
— Сдох бобик! — Пиромант ухватился за борт и со стоном распрямил спину. — Не для моего роста машина, — пожаловался он после этого, сразу опомнился и спросил: — Оторвались, надеюсь? В эфире одни помехи, до патрульных не достучаться.
— Черт! — выругался я, напряженно осматривая пустую трассу.
Хоть бы кто-нибудь проехал!
Но какое там! Магический шторм! В такую погоду в здравом уме никто в дорогу не отправится. А тех, кто отправится, патрульные на блокпостах тормознут. Ибо не фиг…
Я забрал у ведьмы увесистый саквояж и сообщил:
— Где-то поблизости должен быть заброшенный рудник. Если верить карте, на одном из складов можно укрыться от бури.
— А если на опорник рвануть? — предложил Напалм, забираясь в кузов.
— Не успеем.
Черная туча уже расползлась на все небо, ветер едва не сбивал с ног и сек снежной крупой. Кусты мотало из стороны в сторону и пригибало к земле, деревья трещали.
И тут же земля под ногами дрогнула, донесся отголосок мощного взрыва.
— Ого! — удивился Напалм. — Это что еще такое?
— Мой смерч, — болезненно поморщилась Яна. — Скоро они будут здесь. Надо ставить защиту!
— Твою ж мать… — только и протянул пиромант.
Небо полностью заволокло белой пеленой, тусклое пятно солнца потерялось за ней и не проглядывало совершенно. Молнии сверкали все ближе, но грома слышно не было — это искрили разряды уходившей в землю магической энергии.
— Не выходите за линии! — потребовала ведьма, расстегнула замок саквояжа и выложила на землю четыре резных деревянных шара. Переполненные магией, те заметно светились.
— Что ты собираешься делать? — спросил я, закидывая обратно в кузов свой основной рюкзак.
— Активную защиту, — ответила Яна. — Здесь в каждом накопителе целая прорва энергии!
Я от безысходности пустил в небо "Факел", и тот засиял в небе рукотворной звездой. Но надежды, что кто-нибудь заметит ракету и придет на выручку, было немного.
Валькирия воспользовалась одной из пробирок с черным алхимическим порошком, чтобы заключить грузовик в прямоугольник. Во все углы она поместила по шару-накопителю, и тогда магический фон заметно стабилизировался и перестал рвать своими призрачными касаниями нервы.
— Надолго их хватит? — спросил Напалм, забираясь под брезентовый тент.
— Надолго! — коротко ответила ведьма.
Пиромант возмущенно фыркнул, но время на пустую болтовню тратить не стал и принялся отмерять в свою железную кружку какие-то порошки. Затем он влил туда пахучие капли, быстро растолок в ложке и ссыпал непонятные таблетки, а под конец бросил пару желатиновых шариков "магистра" и попросил:
— Лед, дай водки!
— Что за стереотипы? — нервно фыркнул я в ответ.
— Давай! Мне в качестве растворителя!
Я отвлекся от сборки "Калейдоскопа", вытащил из бокового кармашка рюкзака плоскую пол-литровую бутылку и катнул ее пироманту.
— Алкоголик! — немедленно усмехнулся тот.
— Для дезинфекции, — возразил я. — Так бы коньяк взял.
Пиромант налил немного водки в кружку и принялся тщательно перемешивать ее содержимое.
— Сейчас лишний спирт выпарим, и порядок, — пробормотал он.
Ветер снаружи выл все громче, тент раскачивался под его порывами, кузов ходил ходуном. Шторм гудел и ревел, иногда его стенания складывались в слова и даже фразы, и тогда по коже начинали бегать колючие мурашки.
Вскоре ведьма присоединилась к нам и уселась на днище, положив рядом еще один запитанный магией шаром.
— Что-то приближается! — сообщила она, взводя свой арбалет.
Я выглянул на улицу с громоздким чарометом в руках, но там пока все было спокойно.
— Это что за вундервафля? — удивился Напалм, когда я оттянул затвор "Калейдоскопа" и сунул внутрь длинный патрон с алхимическим зарядом.
— Экспериментальный образец.
— Они совсем близко! — предупредила Яна и наложила на арбалет металлический болт, весь покрытый сложной гравировкой.
— Вот дерьмо! — не сдержался Напалм и одним махом влил в себя смесь микстур. Пироманта передернуло, он коротко рыкнул и шумно выдохнул. Зажмурился, открыл глаза — и те оказались сплошь рыжевато-оранжевыми, в них плясал огонь.
И сразу налетели тени. Бестелесные призраки бестолково закружили около грузовика, не в силах пробиться через защиту ведьмы, и я выкинул на дорогу один из последних осветительных зарядов, чтобы отогнать их прочь.
Увы, это были только разведчики…
Тут же примчались ледяные гончие и остановились в отдалении, ожидая прихода хозяев.
— Дайте, я им вломлю! — взмолился Напалм, которого колотила нервная дрожь.
— Жди! — приказал я, и очень скоро из метели выдвинулись снежные лорды — сгустки тьмы, стужи и кусков грязного льда.
— Можно? — взмолился Напалм. — Меня разорвет сейчас!
— Жди, блин!
Пиромант закрыл глаза, и от него повеяло жаром литейного цеха, но тут снежные лорды двинулись в атаку. Тьма и холод слились в единое нераздельное целое и навалились непроглядным мраком, стало тяжело дышать. Да что там — невыносимым сделалось само наше существование.
— Жги! — выдохнул я.
Напалм стиснул кулаки и зажмурился, выпуская на волю свой огненный талант, и тот в один миг растопил и гончих, и лордов. А заодно и весь снег метрах в двадцати от нашего убежища.
— Вот так! — заорал пиромант и повалился на днище. — Да! Выкусили?!
Но на смену уничтоженным лордам уже спешили новые. И вновь сомкнулось кольцо тьмы и холода.
— Стреляйте! — крикнула Яна, когда исчадие Стужи врезалось в ее защиту и завязло в ней, едва не прорвавшись к грузовику. Выпущенный ведьмой из арбалета болт угодил в лорда, и ослепительная вспышка разметала того на куски.
Я вскинул "сайгу", в которую загодя воткнул магазин с зажигательной дробью, прицелился в соседнее чудовище и утопил спусковой крючок.
И — ничего! Выстрела не прозвучало!
Я уже хотел дернуть рукоять затвора, чтобы избавиться от осечного патрона, но вдруг уловил знакомую ломоту в зубах и выругался.
Кто-то блокировал действие огнестрельного оружия!
— Стреляйте! — просипела ведьма, которая не могла одновременно удерживать защитные чары и взводить арбалет.
Схватив "Калейдоскоп", я утопил пальцем спусковой крючок, раздалось басовитое гудение, и почти сразу силуэт взятого на прицел лорда подсветился красным. Выстрелил — и сначала подумал, что оружие не сработало, а потом исчадие Стужи просто осыпалось кучей грязного ледяного крошева. Обитавшую в нем тьму выжгло на раз.
Дернув рукоять затвора, я вынул использованный алхимический заряд, и на глаза попалась пломба-капсюль, совершенно невредимая на вид.
Капсюль? Точно!
Обычно заклинания не давали воспламеняться именно капсюлям, поэтому я схватил "сайгу" и скомандовал пироманту:
— Зажги порох!
Напалм уже немного очухался после выброса энергии и щелкнул пальцами.
"Сайга" грохнула, огненный росчерк угодил в снежного лорда и откинул его на шаг назад.
Алхимический состав зашипел, полыхая и вгрызаясь в лед, уничтожая и Стужу, и мрак, но вгрызаясь и уничтожая — слишком медленно. Чудовище вновь ринулось в атаку!
— Выстрел! — крикнул я.
Напалм усилием воли воспламенил порох, карабин снова плюнул огнем, стреляная гильза с невредимым капсюлем отлетела в сторону, а затвор дослал в патронник новый патрон. Лорд дрогнул и осыпался грудой грязного льда.
Я забегал от окошка к окошку, то и дело веля пироманту использовать его огненный дар, но вскоре зажигательная дробь кончилась, а осветительные заряды были куда менее эффективны. Яростными всполохами света они били по исчадиям Стужи и рикошетили в стороны, удачным оказывался один выстрел из трех или четырех. А когда подошли к концу и они, последнего лорда пришлось добивать из арбалета Яны. Восемь обычных пулевых патронов так и не смогли того остановить.
