— Да что вы, Алексей Алексеевич, я буду тише воды, ниже травы! — пообещал я ему, запихнув в рот парочку эклеров и громко проглотив. — Главное, вы вернитесь целым и невредимым. Руины — опасное место, я на себе это ощутила.
— Группа очень сильная, никого, слабее Грандмагов, в ней не будет. Но спасибо за беспокойство.
Мы ещё с полчаса обменивались любезностями, после чего машина отвезла меня обратно в университет.
Ну отлично посидели! Сурков дал понять, что будет меня поддерживать, пусть и за будущее сотрудничество, а я наелся вкусностей до отвала. Прекрасный вечер!
Главное, чтоб на выходных теперь всё хорошо прошло.
Глава 2
Было даже забавно ощущать себя невидимкой на виду у всех. Идёшь себе, разговариваешь или молчишь, не прячешься, но люди тебя совершенно не замечают! Вообще! Я даже тайком плюнул в одного прохожего, что слишком приблизился ко мне, но он даже ухом не повёл!
А всё из-за Юли. Я раньше ей не очень верил, про то, насколько её заколебали разные парни и мужчины. Ну да, она красотка, но мало ли красоток на земле? Да полным полно! Если бы люди только и делали, что на них пялились, то человеческая цивилизация была бы обречена.
А вот теперь понял, что она имела ввиду. Все взгляды были прикованы к ней, будто из суперклеем приклеили! Все, кто старше лет двенадцати, пялились на Юлю во все свои глаза.
Поехать в Питер мы решили на поезде — электропоезд «Чиж» должен был довести нас туда всего часа за полтора-два, если не будет часто останавливаться. Ну и вот, пришли покупать билет — и я превратился в невидимку. Просто перестал существовать для окружающих! Даже для женщин, что не удивительно. Правда, если у мужчин были восхищённые и алчные взгляды, то у женщин они пылали яростью, завистью и иногда непонятно чем. Даже как-то жалко стало мою соседку, если такое случается каждый раз, как она из дома выходит, ту жуть! Хорошо, что я красотой не блещу!
— Девушка, а вам… — к нам подошел какой-то ошалелый тип, улыбаясь, как маньяк.
— Нет. — с каменным лицом отбрила его Юля и без задержки прошла мимо.
— Ааа… эээ… — ему только и оставалось, что мычать позади.
— Слушай. — зашептал я на ухо подруги. — А ты всегда так на них влияешь?
— Ага. — она только вздохнула. — Вот потому я и пряталась за иллюзией. Представь, если бы такое на учёбе было?
— А сейчас вроде всё не так страшно…
— Ну, ко мне привыкли, да ещё и Игорёк защищает меня собой. А тут его нет.
— Ну так-то да.
— Ого! Я вижу перед собой ан… — ещё один мужчина, на этот раз лет сорока на вид, пузатый и волосатый на видных местах, подскочил к нам.
— Нет. — гаркнула Юля.
— Кхм, наверное, надо было на такси ехать. — удручённо пробубнил я.
— Да ладно, Саш, всё равно мне надо привыкать бывать в обществе. — Юля легонько пихнула меня плечом. — К тому же, ты рядом, мне с тобой спокойно.
— Правда?
— Правда!
Пока я покупал билеты у кассы, всего-то минут пятнадцать вместе с отстоянной очередью, вокруг нас собралась небольшая толпа, вроде бы просто остановились в телефоне покопаться или на табло отправлений посмотреть, но глаза так и косились на нас. В смысле, на Юлю.
— Знаешь, Юль, тебе нужно носить с собой трёхлитровую банку в авоське. — сообщил я девушке, когда мы пошли к путям.
— Зачем? — та вздёрнула в удивлении брови.
— А помести туда голову от манекена и подпиши «Мой парень». По-любому половина народа отсеется, а то и больше.
— Пффф! Ха-ха-ха! — фыркнув, Юля стала хрюкать от смеха мне в волосы.
Протолкавшись до вагона для благородных, мы наконец уселись на свои места. Вполне неплохие! Всего три кресла на ширину вагона, довольно большие, с широкими подлокотниками, можно отделиться шторками от соседей, куча кнопочек для всего, от вызова проводника до официанта из вагона-ресторана. Мы тут же уселись на свои места, но совершили страшное — не закрыли шторки! Не успел поезд тронуться, как к нам уже стали приходить кавалеры…
Хорошо, что Юля уже научилась их отшивать!
Только не все хотели это понимать…
— Да ты хоть знаешь, кто я⁈ — очередной подошедший парень лет двадцати двух на вид не развернулся, как все, и не ушел, а стал орать и плеваться слюнями, только успевай их магией ему возвращать. — Я внук графа Строгарева!
— Я тоже. — пожала плечами Юля. — В смысле внучка графа. И что?
— А я не знаю, чья я внучка, я сирота! — влез я в их разговор.
Ну а что? Меня никто не замечает!
И Юля, и парень посмотрели на меня так, будто кресло заговорило, но только на секунду.
— Мне ещё никто не отказывал! — взревел высокородный внук, отвергая реальность.
— Значит, я буду у тебя первой. Ха-ха-ха! — фыркнул Юля.
Парень пару секунд стоял, раздувая ноздри, оглянулся на троих парней за своей спиной, его команду поддержки.
— Ха-ха, первой ты у меня точно не будешь! А я вот у тебя буду! Пошли! — он схватил Юлю за руку и попытался выдернуть её из кресла.
Мы-то сидели так, что я был у окна, а она, если что, смотрела через меня. А то так бы весь вид мне заслоняла.
— Грабли свои убрал! — я ударил парня по запястью, передавая импульс магии в его нервы.
— Ай, твою мать! — он с криком отдёрнул руку, схватившись за запястье. С ненавистью посмотрел на меня, всё же замечая. — Ты ваще кто такая, блоха белобрысая⁈
— Не твоего мелкого ума дело! — обфыркал я его. — Вас вон четверо, разбейтесь по парочкам и будьте друг у дружки первыми, морды у вас подходящие для этого! А от нас отвалите!
— Слышь, недоросль! Я детей не бью, но для тебя могу сделать исключение! Исчезни! — окрысился графский внучок.
— Сделай исключение для мозгов и включи их! Тебе сказали — вали отсюда, ты что, в уши долбишься, раз не услышал? — я начал потихоньку закипать.
— Что⁈ Ну всё, ты договорилась, огрызок! Судари, покажем этой сиротке, как надо разговаривать с благородными господами! — не на шутку разъярился парень.
Его команда поддержки мигом подлетела и одним движением выдернула меня из кресла.
— Саша! — испуганно вскрикнула Юля.
Остальные пассажиры наблюдали за всем с отстранёнными улыбками. Особенно радовались те, кому Юля успела отказать. А вот проводница, мелькавшая у тамбуров вагона, мигом испарилась.
— Вот тебе за твой дерзкий язык! — размахнувшись, графский внук попытался ударить меня кулаком в лицо, пользуясь тем, что два его подельника держали меня за руки.
— Что вы делаете⁈ — взвизгнула Юля.
Вот урод! Я резко дёрнул правой рукой, и не ожидавший этого парень наклонился. Кулак внучка вмазался ему в глаз, парень всхрюкнул и рухнул на пол. Внучок растерянно застыл, глядя на павшего подельника, а я ткнул пальцами в глаза того, что держал меня за левую руку, и с чувством вмазал ему ногой по яйцам. Теперь и левая рука освободилась.
Внучок тем временем отвис, зарычал и провёл двойку по мне, от которой я уклонился — и пнул его ногой в низ живота, не снизу вверх, а прямым ударом. Внучка отбросило на кресло напротив, в одиночном ряду, он согнулся, а я провёл классический апперкот ему в челюсть. Графский отпрыск присоединился к двум своим подельникам на полу.
Развернулся к третьему, а он уже какое-то заклинание воздушное создаёт. Правда, трясётся от волнения, мыслеобраз явно сбивается, только порывы ветра во все стороны летят. Дурак! Сначала надо было Щит создать, он бы почти весь вагон перегородил, и мне сложно было бы добраться. А так я резко прыгнул, сжавшись в комок, и резко распрямился в полёте, влепив ему двумя ногами в лицо. Недоволшебник шмякнулся на пол и застыл, хрипло дыша и пуская кровь носом и ртом.
— Фууух! — выдохнул я, отряхивая руки и разглядывая лежащих на полу парней. Кое кто был без сознания, один порывисто стонал. — Ну что ж, не только ты, Юля, можешь быть потрясающей! От меня парни тоже падают, как подкошенные!
— Саша? Ты в порядке⁈ — Юля подскочила, стала ощупывать меня, ища непонятно что.
