Тут явно когда-то бушевала магия высшего порядка. Если бы городок был деревянным, от него не осталось бы и следа, а так многие каменные дома частично выдержали её неистовый напор: крыши и часть верхних этажей были сметены или обвалились внутрь строений, но фундаменты и первые этажи выдержали, торча из земли обломанными обгорелыми развалинами. Время над ними здесь тоже было не властно, так что нам пришлось перебираться через торчащие будто противотанковые ежи потолочные стропила, груды битого кирпича, камня и черепицы. Снегирь, как самый лёгкий и ловкий шёл впереди, он и обнаружил первую преграду на нашем пути. Резко остановился, вскидывая вверх правую руку. Я только покачал головой, и где от такого только насмотрелся? В боевиках что ли? И тут же ко мне пришло сообщение от Резака, двигающегося параллельным курсом в паре домов от нас.
Резак Броневому
— Фью, фьююююю…
— Это чего?
— Ну, ты же сказал, что если я чего замечу, то тут же тебе свистнуть.
— Больше похоже, на то, что ты не свистнул, а воздух по-тихому испортил.
— Может и так. Тут передо мной злобный некрос лежит, отважными эльфами затыканный до состояния половой тряпки, но он ни фига не мертвый. Из него пар сочится ярко-зеленый, залил тут все вокруг, а тот, похоже, потихоньку в трещины в земле впитывается. Если он тут как парогенератор уже пару сотен лет так работает, неудивительно, что весь остров этой дрянью насквозь пропитался.
Я выглянул из-за плеча Снегиря и тут же отполз назад.
— Тут он такой явно не один, мы тоже одного обнаружили. Из-под завалов только одна рука торчит, но зеленым туманом тоже вокруг все залито.
— Что делать? Колупнуть его, попробовать?
— Нет, поставь печать на движение и сваливай оттуда. Двигаем дальше.
Я проследил, за тем, как Снегирь устанавливает изготовленную мною магическую печать. Вернее, не совсем мною, а всё тем же жрецом Богини жизни, который, наверняка, после нашего посещения, купил себе трёхэтажную виллу где-нибудь на берегу тёплого моря и вышел на пенсию. Он запаковал в десяток пергаментов моё заклинание Святой Ярости высшего порядка, добавив к нему немалую толику своей энергии. Печать срабатывала на движение и активируется, когда мы уйдём отсюда, а вот если злобный некрос попытается шевельнуть хотя бы пальцем, получит в затылок контрольный выстрел лазерным лучом, который если и не испепелит его на месте, то настроение ему испортит точно.
Мы выползли из развалин, протиснувшись между стеной и скалой, зашагали дальше. Слава богам, хотя этот остров и был гигантом среди своих сородичей, но всё же это не материк, все пространства здесь сильно ограниченны, вот и поселение вокруг замка состояло всего из четырёх рядов когда-то уютных домиков, за которыми начинался пустырь, окружающий замок со всех сторон. Вернее, его окружал ров, а затем уже пустырь, хотя и пустырём это место назвать можно было с некоторой натяжкой, ибо он совсем не пустовал: прямо над тем местом, куда должны были опускаться крепостные ворота, в воздухе левитировали три внушительные фигуры. Хотя, как и все некросы, они были крайне худощавы, но создавали впечатление могучих бойцов. Не знаю почему создавалось такое впечатление, однако я знал, что мы сильно помучаемся, отправляя их назад в чертоги бога Смерти. Они висели в воздухе не шевелясь, склонив головы в три разные стороны. Один был повёрнут лицом к главной дороге, ведущей через центр поселения, два других смотрели направо и лево, обозревая пустырь. Вернее, обозревали бы, если бы не уткнулись подбородками в костистую грудь, прикрыв засохшими веками уставшие глаза, перед которыми столетиями находился всё один и тот же безрадостный пейзаж. При этом, конечно, они не были беззащитными. Думаю и сами высохшие тела смогут выдержать не малую долю урона, так ещё и каждого из них закрывало яйцо защитного кокона, которые в свою очередь находились ещё в одном яйце, закрывающим сразу всех троих. Эдакие уродливые однояйцевые близнецы, заключённые в мерзкую утробу. Интересно, получится ли у нас проскользнуть мимо их не видящего взгляда или нет? В принципе и у некросов, и у личей, и у обычных магов радиус поражения заклинаниями не такой большой. У меня, за счёт комплекта архимага, он увеличен на десять метров, но и то отсюда мне их не достать. По идее и они не должны. Может всё же попробовать быстренько пробежать вдоль скалы и перебраться через ров и стену на Доле? Или под невидимостью Резака послать? Он телепортом до стены достанет, а там вскарабкаться наверх ему не доставит труда. Я прикидывал разные варианты, хотя в душе уже знал, что ни один из них не сработает. Пока мы не уничтожим эту троицу, крепостные стены нам не покорятся.
— Кланлид, спасибо вам за экскурсию, столько всего сегодня повидали на год впечатлений хватит. Но путь наш здесь заканчивается, куда бутыли лечебные сгружать?
Я глянул на Дорина, у которого осталось меньше четверти хитпоинтов. Их личной небольшой регенерации не хватало, чтобы восстанавливать хиты, а тотемы не срезали всего входящего урона, потихоньку отъедая единицы энергии жизни рудокопов.
Состояние двух остальных было ещё хуже, но я отрицательно махнул головой.
— Погодите помирать, используйте по пятку эликсиров, всё равно у нас сумки до упора забиты. Зря что ли вы сюда с нами шли? Тем более вы сами предложили помочь, так что слушай мою команду…
Я в кратчайшие сроки провёл среди рабочего класса инструктаж и, дождавшись их согласных кивков, взялся за обустройство временного лагеря. Моя группа, бросая странные взгляды то на меня, то на спины скрывающихся за ближайшими развалинами Дорина и его помощников, занялись тем же, устанавливая магические печати на стенах ближайших домов, защищая подходы с тыла. Мы как раз закончили со своими делами, когда от Дорина пришло сообщение:
Дорин Броневому
— Мы на месте, готовы.
— Отлично, через 30 секунд начинаете.
Я активировал большой джентльменский набор эликсиров, повышающих все возможные показатели необходимые в бою, проверил, что пояс забит ими под завязку, поправил попону на спине Дола и не зная, чем бы занять ещё руки, пристроился рядом с остальными, наблюдающими за висящей над землёй спящей троицей. Прошла секунда, вторая, пятая, и вот на земле, где столетиями не наблюдалось никакого движения, появилась жизнь, а вернее трое крепко сбитых её представителей.
Резак Броневому
— Бро, это че такое? Ты как их раздеться заставил?
— Сказал, в сумках у их экипировки больше шансов не превратиться в пыль после смерти.
— А почему они…
Я не стал дочитывать сообщение, весь обратившись в зрение, с интересом наблюдая за разворачивающейся картиной. На пустошь гуськом вышли три накаченных мужика, блистая лишь одними белоснежными подгузниками на своих мускулистых, волосатых телах и направились к висящей над землей троице.
Это сработало: некросы вздрогнули, медленно-медленно начиная поднимать свои головы. Увидев это, наша троица вдруг громко закудахтала и начала активно бить себя по бокам согнутыми руками. Дорин ко всему прочему еще задергал своей практически отсутствующей шеей, безуспешно пытаясь подрожать типичным движениям семейства куриных, оглашая пространство неистовым кудахтаньем и громкими хлопками мускулистых крыльев по покрытым потом бокам. Зрелище было настолько сюрреалистичным, что даже ожившие некроманты на несколько секунд обалдели, непонимающим взглядом наблюдая за кудахтающей троицей.
Ну, а что? Они сами предложили использовать их в виде наживки. Я просто предложил им раздеться, чтобы слегка ошеломить противника, а насчёт кудахтанья — это уже Снегирь придумал, с каменным лицом заявив, что крик петуха для большинства нежити — это как жертвенным серпом по отсохшим яйцам. Я, стараясь даже не улыбнуться, подтвердил его слова, окончательно утвердив этот план, как наилучший отвлекающий манёвр и теперь с таким удовольствием наблюдал за его выполнением, что чуть не пропустил момент нашего выхода.
