– Кто ты? – первой спросила Бетани, пытаясь заглянуть в щель шлема, пока её сестра и Солона бродили оценивающими взглядами по облачению неизвестного.
– Моё имя давно уже утратило всякий смысл и ни о чём вам не скажет… – с холодной, застарелой горечью не пояснил, но констатировал призрак. – Что же касается моей Судьбы, я – маг, – и замолчал, словно это было исчерпывающе. Вероятно, с «головой» у него и в самом деле имелись некоторые проблемы – произнёс пока всего две фразы и в каждой упирал, что он – маг.
– Эм… – озадаченно почесал бровь Алистер, – я всё понимаю, но… не понимаю. Мы его вообще как понимаем? Разве он не должен говорить там на древнельфийском? – ещё один гений словесности… ох, что-то я стал язвителен, не иначе, как долгое пребывание рядом с утончением в Тени. Хотя, справедливости ради, после поглощения души Уртемиэля, ни местный фон истончённой Завесой, ни близкое чароплётство моих чародеев уже не доставляли и десятой доли того дискомфорта, который я чувствовал ранее в аналогичных условиях.
– Для существ Тени при «личном общении» языковых барьеров не существует, – небрежно разъяснил Андрес, – а наш новый знакомый сейчас куда как ближе к ним, чем к обычным смертным. Какой интересный эффект… – закончил он голосом полным исследовательского любопытства.
– Ясно… – кивнул бывший Храмовник и поудобнее перехватил щит. У него, похоже, уже тоже выработался рефлекс на словосочетание «существо из Тени».
– Я могу попросить вас? – дождавшись, пока мы пообщаемся, вновь привлёк к себе внимание дух.
– Смотря о чём, – не скрывая настороженности, прищурилась Солона.
– О последней милости, что достойные враги могут оказать побеждённому, – голос из под шлема стал суше тяжелее. – О покое… Я очень устал. Подготовленный для спасения от смерти сосуд стал моей тюрьмой…
– И ты не хочешь вновь вернуться в мир живых? – подперев грудь скрещенными руками, склонила голову на бок Мариан, на лице которой отразилось недоверчивое удивление. – И почему враги?
– Нет, – коротко качнул головой призрак. – Я слишком долго пробыл мёртвым. Мои братья давно ждут меня за Завесой, что же касается твоего вопроса… Именно вы, суетливые дети, разрушили Арлатан и заразили нас смертью. Сменившим хозяев рабам было всё равно, но вытесненные с земель нашего народа, с нашей земли свободные эльфы были обречены. Анклавы погибали один за другим, казавшиеся ничтожными, живущими краткие мгновения букашки пришли к нам умелыми магами, подчинившими себе демонов и даже низших драконов, этих бледных подобий обликов самих Владык. Вы истребили Народ, но по-праву заслужили уважение.
– Рабам? – нахмурился рыжий. – Что-то этот тип резко перестал мне нравиться, – на пол тона понизив голос, спешно поделился с нами целитель.
– Постой! – вступила в разговор, до того завороженно пялящаяся во все глаза на призрачную фигуру, Мерриль. – Я… У меня столько вопросов! Если возможно… – призрак резко повернулся к девушке и словно нахмурился, хотя как это можно было понять сквозь глухой шлем, до того, как он заговорил, было загадкой. После – да, понять было не сложно, но я лично понял это ещё до.
– Неужели тебя не научили манерам, маленькая рабыня? – холодно хлестнул наполненный нотками раздражения и лёгкого презрения голос. – Слуге, пусть и с посохом мага, негоже лезть в разговор свободных братьев и сестёр по ремеслу!
– Ра-рабыня? – заикнулась, распахнувшая от потрясения ротик эльфийка.
– На твоем лице Печать Крови, посвященная Владыке Тайн Диртамену. Что у тебя за хозяин, что посвятил тебя Хранителю Знаний, но не объяснил даже прописных вещей?! Хотя… в вашем доме всегда были грешники, любящие нарушать запреты, один даже посмел подняться в небеса в облике Владык… – покачал головой призрак, вогнавший в ступор бедную девочку.
Мне его тон не сильно понравился, тут я был солидарен с Андерсом, пусть и не касательно самого понятия рабства, сколько к тому, что этот дух посмел обижать моё, но, с другой стороны, что ещё ждать от, судя по всему, знатного или, как минимум, крайне богатого эльфа из, очевидно, рабовладельческого строя по отношению к, собственно, рабу? Особенно, если окажется, что он с веткой Диртамена не в ладах.
– Эй, она – наша подруга, так что будь с ней повежливее! – агрессивно воскликнула Мариан, под согласные кивки кивки и выражения лица остальных.
– Рабыня… подруга? – теперь пришёл черед потрясённо переспрашивать духу. – Как же сильно изменился мир живых… – с новой горечью, будто сам себе, сказал эльф. – Я ещё раз убедился, что мне в нём нет места… Исполните ли вы мою просьбу и даруете покой усталому собрату по ремеслу? Я не прошу сделать это даром и вполне могу заплатить, – видимо, заметив наши ну никак не лучащиеся энтузиазмом и добродушием лица, призрак решил выложить на стол свои козыри.
– И что же может предложить давно мёртвый маг, даже материальная форма которого поддерживается другими? – счёл я нужным проявить любопытство.
– То, что всегда ценилось магами превыше всего, – гордо поднял голову усопший.
– Знания, – констатировала Солона.
– Верно, – подтвердил наш собеседник, – моё искусство, что когда-то так жаждали получить шемлины.
– И ты уверен, что мы его не получили? – подпустив в голос капельку ироничного сомнения, спросила Бетани. Мёртвый ушастый ей явно тоже не нравился.
– Да. Иначе, я бы это увидел сразу, – сухо и невозмутимо отозвался тот.
– Это почему же?
– Я – Боевой Маг и даже в мёртвом состоянии смог бы отличить своих собратьев по Ордену. Среди вас таких нет… и вряд ли бы мои братья и сёстры согласились бы поделиться своими знаниями с врагами, пусть и достойными, предпочтя забрать эту тайну с собой в Земли Теней.
– И почему же согласен ты? – Солона, как «эксперт по переговорам с потусторонней хренью», принялась играть в инквизитора-пуританина, который решил поинтересоваться путём радикалов.
– Я и так в могиле и… мне уже всё равно. Более двух тысяч лет темноты и одиночества… – он, казалось, хотел сказать что-то ещё, но оборвал себя. Возможно не желая опускаться до откровенных жалоб на судьбу. Вместо этого его тон чуть изменился, став самую капельку деловитым и даже чуть-чуть насмешливым, будто он криво ухмылялся собственному прошлому: – К тому же, как последний член Ордена Боевых Магов Арлатана, я являюсь его главой и вполне могу пересмотреть старые правила, – в тоне духа и впрямь скользнула видимая усмешка. Горькая, но всё же она там была.
– Знакомая логика, – так, а сейчас-то на меня что все косятся? Я вообще просто тихо стою и никого не трогаю!
– А можно, для тех, кто не в курсе, что это такое, Боевой Маг? – спросил Алистер. – В смысле, он как-то по особенному метает фаерболы?
– Вы не знаете даже этого? – сегодня был день откровений для отдельно взятого мёртвого эльфа.
– Лишь старые и смутные легенды, – немного отойдя от шока, но всё ещё с обидой и опаской глядя на призрака, ответила за всех Мерриль.
– Хорошо, – призрак словно устало вздохнул, – я поясню. В этом мире есть два типа сил, типа энергий. Внутренняя, исходящая из тела, и внешняя, управлять которой могут лишь некоторые, отмеченные Тенью, те, кто может при жизни шагнуть за Завесу и странствовать по Землям Теней.
– Сила магов, – кивнула своим мыслям Мариан.
– Да. Но как сила тела может быть направлена лишь внутрь, делая пользователя сильнее, быстрее или позволяя сотворять техники, так и сила Тени, при всём своём могуществе, могла быть направлена только во вне. Маг может обрушить огненный шторм, осушить море или сдуть город, но сам по себе он будет не сильнее простого гончара.
– А как же Магия Крови? – спросил Андерс.
– Магия Крови содержит те же ограничения, даже усиливая или изменяя своё тело, маг воздействует на него извне, опосредовано, оно – цель воздействия, а не его причина, – ответила Солона.
– Верно. Но… основатель нашего Ордена нашёл способ, как дать растечься по телу энергии Тени, как направлять её не только наружу, но и внутрь, превращая любого мага в сильнейшего воина.
