Меня резко выпустили, порывисто поклонились и спешно ретировались. Как неожиданно и бестактно закончился разговор.
Не стала скрывать усмешку и повернулась к следующему претенденту потанцевать со мной.
– Лорд Бейли, – сердце подскочило в груди, но я исполнила реверанс, не склоняя головы, и уверенно вложила свою руку в его. – Не видела вас среди гостей…
… на спину опустилась горячая ладонь.
– Удивлена? – в твёрдом голосе скользила затаённая грусть и разочарование.
От Бейли пахло табаком и терпким алкоголем. Наверное, виски…
– Не совсем, – фальшиво-вежливо улыбнулась, позволяя закружить себя в танце. – Вы входите в коллегию министров, логично решить, что путь во дворец для вас всегда свободен. Рискну предположить, что у вас даже приглашение есть, ведь личные разногласия не должны касаться деловых отношений. Верно? Вам ссориться с императором не с руки.
– Эмма… – тяжело выдохнул Бейли, шумно втягивая носом воздух возле моей шеи. – Осталась бы со мной и не участвовала в этом представлении. Почему ты такая упрямая…
Сжала челюсти, давя в зародыше малодушный порыв наступить лорду на ногу, и изобразила на лице обворожительную улыбку. Но колкие слова не успели сорваться с языка. Меня перехватили за руку.
– Прошу прощения, что прерываю ваш танец, могу я одолжить вашу партнёршу? – Дестин не выглядел виноватым, лишь угрожающе спокойным.
На губах Бейли заиграла злая усмешка. Он великодушно повёл рукой, вынужденно отступая и, сдержанно поклонившись, затерялся в толпе танцующих.
– Вы спасли меня, – облегчённо выдохнула, опуская руку на плечо моего сопровождающего.
– Мне было велело оберегать вас, Эмма, – загадочно улыбнулся он и вместо того, чтобы начать танец, взял меня под руку и повёл в другой конец зала.
– Вы очень исполнительны, – иронично усмехнулась, скрывая волнение.
– Не очень, – издав смешок, отозвался Дестин и многозначительно посмотрел на меня. – У Сайрона много забот, Эмма, но я уверен, вы станете ему опорой и поддержкой, а не очередной проблемой. Поэтому я на вашей стороне, – сообщил доверительно и выпустил, а я почти уткнулась в грудь императора.
Он мягко опустил ладони на мои плечи и бережно скользнул по поим рукам. По телу прокатилась дрожь, вызывая лёгкий озноб, но не желание отстраниться...
– Леди Овервуд, – обратился невозмутимо, словно в его поступке не было ничего предосудительного. – Могу я надеяться на танец?
… огненные искорки в чёрных глазах завораживали.
– Почту за честь, – непринуждённо исполнила реверанс, но едва не вздрогнула, когда император опустил мою руку себе на плечо, а своей коснулся открытого участка кожи на спине. И пусть перчатки скрадывали ощущения… волоски на затылке зашевелились…
– Вы в порядке? – еле заметно шевельнулись его жесткие на вид губы, но я разобрала.
– Вполне. Благодарю за беспокойство…
… за нами наблюдали. Судьи. Гости. Невесты. Чем отстранённее мы будем себя вести, тем лучше, но ка же трудно рядом с Сайроном дышать!..
Его аура, будто пыталась меня поглотить. Окутать мягким коконом и убаюкать на своих волнах. Я терялась в этих чувствах. Переставала себя понимать, а по венам, словно жидкий огонь, растекался адреналин …
– Я должен спрашивать о чём-то беспечном, – в голосе, так похожем на шум прибоя, чувствовались ласковые нотки. – Но могу лишь восхищаться вами, Эмма, и завидовать самому себя. Я не ошибся…
В груди колыхнулось пламя, грозя разгореться пожаром и поглотить меня с головой. Не без труда вернула себе самообладание и произнесла, с досадой отмечая, как предательски сипло звучит доселе чистый голос.
– Я буду благодарна вам, Ваше Величество, если вы перестанете меня испытывать на прочность, проверяя мою выдержку, хотя бы прилюдно.
Глаза императора опасно сверкнули. Он повернул меня и наклонил, вынуждая прогнуться в спине: шею обожгло дыханием…
– Значит ли это, что наедине я могу делать с вами, что пожелаю?
… вкрадчивый шёпот туманил разум.
– Выходит именно так вы производите на женщин впечатление и заставляете их терять рассудок? Я впечатлена, – вымолвила, выпрямляясь.
Хриплый смех заставил обескураженно моргнуть. По рукам пробежали мурашки. Музыка стихла несправедливо быстро. Звон колокольчика отрезвил, возвращая в реальность, в которой я не то пешка, не то королева…
– Объявляется небольшой перерыв, за время которого невесты могут посетить уборную, а дорогие гости подышать воздухом, – произнёс распорядитель, застенчиво краснея.
… мужчины двинулись к лоджии. Видимо, чтобы обсудить начало отбора во время короткого перекура.
– С нетерпением жду ночи, – коварно шепнул император, прежде чем выпустить меня.
Безмолвно поклонилась и направилась к слуге, разносящему шампанское. Но дойти до него не успела: путь преградил нервно улыбающийся распорядитель.
– Леди Овервуд, – несмело обратился он, словно я кусаюсь.
– Господин Нельц, – вежливо улыбнулась в ответ.
– Уделите мне пару минут?
Кивком головы предложила отойти в сторону. Мы встали за колонной, подальше от посторонних глаз и только тогда распорядитель заговорил.
– Мне безумно стыдно за свой поступок, – начал сбивчиво он, перебирая в руках изрядно помятый платок. – Но вы должны понимать!.. – воскликнул порывисто, вскинув на меня стеклянные глаза. – Мне было велено компрометировать вас. И я не мог отказать. Никто бы не смог… – надрывный голос почти стих. Пришлось напрячь слух, чтобы разобрать последние слова. – У него поразительная способность… убеждать. Понимаете? Его воли нельзя противиться. Он… я просто хотел предупредить, чтобы вы были осторожны.
Распорядитель скрылся быстрее, чем я успела раскрыть рот. Даже не поклонился. В голове зрела догадка, но я не стала за неё цепляться и обдумывать. Сейчас не время.
Невесты потерянно блуждали по залу в сопровождении своих «телохранителей» и лишь некоторые вели беседу с гостями.
Слуга с полным подносом бокалов, наполненных золотистым напитком, в котором лопались пузырьки воздуха, был в трёх шагах от меня, осталось только протянуть руку…
– Леди Овервуд, – холодный, слегка надменный голос, заставил обернуться.
Элиен Розари Рай. Мои сведенья о ней сильно расходились с тем, что я видела перед собой в данный момент. В краткой информации о принцессе упоминалось, что её содержали взаперти, что она юна и прелестна. Обучалась ткацкому ремеслу…
Но её пальцы нежны на вид, не скажешь, что приспособлены к нелёгкому труду. Юна, но не наивна. А прелестны у принцессы только глаза, затянутые корочкой льда. И для той, кого держали взаперти, у неё слишком дерзкий нрав.
– Чем могу быть полезна, Ваше Высочество? – отозвалась, исполняя поклон и, выпрямившись, не отвела взгляда.
Уголки губ принцессы приподнялись в улыбке.
– Я лишь хотела выразить своё восхищение вами. Вашим мужеством. Мне бы не хватило смелости участвовать в отборе невест, сразу после похорон любимого человека, – в мелодичном голосе не была и намёка на иронию или насмешку. Принцесса очень умело научилась скрывать истинные намеренья.
Посчитав, что оправдываться нет смысла, да и глупое это занятие: задача фарийской принцессы лишь выбить меня из равновесия и вывести на эмоции, сделала, что и всегда. Осталась предельно вежливой и невозмутимой до конца.
– Благодарю за лестные слова. Приятного вечера, – взяла с подноса вожделенный бокал и, отсалютовав, пригубила шампанское, ощущая, как пузырьки лопаются, покалывая на языке. – Пусть удача сопутствует вам, и Боги соблаговолят, – учтиво откланялась, забирая с собой бокал и ощущая на себе пристальный прожигающий взгляд...
Остаток вечера прошёл без «сюрпризов». Слуги произвели смену блюд, я насладилась нежным вкусом салата с морепродуктами, алкоголь приятно туманил разум, помогая мне забавляться происходящим.
С улыбкой понаблюдала, как невесты становятся всё смелее в своих попытках произвести на императора впечатление, отбивала четные попытки задеть меня и призвать к совести.
