Но, возможно, ему самому нравилось подчёркивать свой возраст, потому что силы в Великих Князьях было столько, что хватит и на несколько тысячелетий вечной молодости.
Как и всегда, Катарина плохо скрывала свои эмоции. Во всяком случае, я лёгко читал всё даже по одним только глазам.
Она была одновременно испугана и взбешена. А ещё её явно раздражало то, что ей приходится здесь находиться.
Тем более что остальные, очевидно, с радостью воспользуются моментом, чтобы макнуть её хорошенькую физиономию в грязь. Заодно это им даст пару очков к популярности в глазах средних и мелких кланов, да и простых неодарённых тоже.
Так оно и произошло. Представители великих кланов быстро заняли позицию, в которой они грозят Катарине пальчиком и говорят ай-я-яй.
Фестиваль лицемерия. Я, как и все они, прекрасно знал, что не будь у нас такого свидетеля, как Бланш, каждый из них даже не взглянул бы в сторону Бергманов и их проблем, хоть перебей Катарина весь клан.
Но теперь ей приходилось оправдываться.
— Это всё чудовищное недоразумение, — невинно хлопала она ресницами, — это было решение моего племянника, который хотел выслужиться перед главным офисом.
— И почему ваш племянник не здесь? — ехидно поинтересовалась представительница рода Сципион, очередная девица с безумными глазами.
Не знаю, почему так выходит, что наиболее сильный дар всегда наследуют именно девушки этого клана. По-настоящему сильных мужчин-Сципионов я, считай, и не помнил.
— Он погиб, — грустно ответила Катарина, — и это стало толчком для всей этой путаницы. Я была уверена, что Бергманы убили его без повода, и поэтому объявила мобилизацию. Простое недоразумение, не более.
Смеяться никто не рискнул, но я видел, как большинство прячут улыбки. Никто из тех, кто знал Катарину, не верил ей ни на грош.
С другой стороны, это и не было целью совета. Всё, что они сейчас хотели это испортить Вийонам репутацию, ослабить их, а себя, наоборот, возвысить.
И у Катарины не было иного выхода, кроме как принести официальные извинения Бергманам, выплатить им огромную компенсацию и даже уступить ряд объектов недвижимости.
Но самое главное, что Вийоны теперь не имели права объявлять войну моим союзникам в течение ближайших трёх лет. Такая своеобразная защита от мести.
Бергманы, конечно, были в восторге.
Я тоже был доволен результатом разбирательства, но сильно не радовался.
Мне было понятно, что это временный и довольно ограниченный успех.
Катарина сейчас получила болезненный щелчок по носу. Но настоящие войны ещё впереди.
* * *
— Роланд, нам надо поговорить, — Катарина остановила выходящего из зала Десмонда, нервно положив ему руку на плечо.
— Хорошо, — сразу же согласился он, и уже через минуту Катарина села к нему в машину.
— Я тоже хотел с тобой поговорить, — начал Роланд, когда они тронулись, — ты знаешь, что я всегда относился к тебе лучше, чем к остальным. Поэтому хочу предостеречь тебя от новых глупостей. Не перегибай палку, Кэт. Мы гаранты стабильности в мире, и нарушать баланс по собственной прихоти — неприемлемо.
— Я знаю, Роланд! — горячо воскликнула она, — но дело не в этом! Рихтер…
Она на секунду осеклась, да и Десмонд вздрогнул. Но всё-таки набравшись смелости, Катарина продолжила:
— То, что произошло на войне Дюпонов с Бергманами и вообще с моим кланом. Я думаю, что в деле замешаны Рихтеры. Я узнаю его след. Его манеру… я… — её голос дрогнул, — я боюсь, Роланд.
Десмонд фыркнул.
— Если бы я не знал тебя много веков, то решил бы, что ты сошла с ума. Успокойся, Кэт. Это невозможно. Прекращай психовать по пустякам, а то ещё станешь второй Региной. Достаточно нам одной безумной маньячки в совете.
— Я бы хотела ошибиться, — не унималась Вийон, — но всё слишком похоже. Может это и не он, но другой некромант… а что если он выжил? Что, если мы все ошиблись⁈ Ты же тоже хорошо его знал, Роланд, неужели ты не чувствуешь?
Десмонд тяжело вздохнул.
— Я не просто хорошо его знал. Макс был моим другом.
— Что не мешало тебе вырезать его потомков, — не удержалась от подколки Катарина.
— И к чему это сейчас? Думаешь, если надавишь на моё чувство вины, то я легче поверю твоим бредням? Осторожней, Кэт. Лучше тебе меня не провоцировать, — сверкнув глазами, предупредил её Роланд.
— Не угрожай мне, — огрызнулась Вийон.
— Мне это и не нужно. Ты и так знаешь, что играешь с огнём. К тому же разве не ты сама помогала мне в этом?
— У меня не было другого выхода! — вскрикнула она.
— Ну-ну, — покачал головой Десмонд, — тогда у всех не было выхода. Он бы никогда не принял нашего решения. И ты это знаешь. Так что? Всё ещё считаешь, что имеешь право меня обвинять?
Катарина замолчала, но потом всё-таки ответила:
— И всё-таки, Роланд, держи глаза широко открытыми. Как бы ты потом ни пожалел, что не прислушался ко мне сейчас.
* * *
Теперь, когда у меня появилась небольшая передышка, стоило потратить её на что-то важное. Например, подстегнуть свой переход на новый уровень.
Когда в руках так много высокоуровневых самоцветов, грех ими не воспользоваться.
Поэтому я, как и в прошлый раз, сначала заперся в лаборатории, чтобы приготовить для себя нужное зелье.
Если раньше, это заняло у меня много дней, то теперь я владел гораздо более серьёзным оборудованием, спасибо Церберу. Кстати, давненько про него ничего не слышно. Сомневаюсь, что он решил просто отступить. Наверняка готовит какую-то гадость. Но я всё равно планировал с ним окончательно разобраться в скором времени, так что совершенно не важно, что именно он придумает.
В общем, благодаря оборудованию, которое я вывез с его незаконного завода, нужное зелье я сделал буквально за один день.
После чего спустился в подвал конюшни, удобно расположился в кресле и провалился в испытание.
Глава 15
Этот маленький городок у подножия горы был хорошо мне знаком. А сейчас так и вовсе навевал ностальгию.
Современный мир совсем не похож на тот, в котором я жил раньше. Шумные густонаселённые города, полные высоток-муравейников и грохочущих автомобилей, вечно спешащие люди.
Даже живущие сотни лет маги совершенно разучились расслабляться. Спешат так, словно подражают неодарённым в их существовании, коротком, как век бабочки-однодневки.
Иногда я скучал по спокойной размеренности городов средневековья, как теперь называют то время.
Даже во время ярмарок и других каких-то массовых событий или гуляний, жизнь тогда шла намного тише и неторопливей.
Вот только этот город был слишком тихим даже по меркам того времени.
Алый закат освещал пустынную главную площадь, а мои шаги по мостовой гулким эхом разлетались по улицам, подчёркивая безжизненность вокруг.
Нигде я не видел ни одного человека, кроме себя.
При этом город не выглядел заброшенным. Скорее таким, будто в один момент все жители из него просто исчезли.
В некоторых окнах поблёскивал свет масляных ламп, а из труб валил дым. На натянутых между домами верёвках сушилось бельё, и вообще везде попадались те или иные признаки того, что это место ещё недавно было обитаемым.
Я уже догадывался, что меня ждёт, поэтому шёл вперёд, прямо к замку, к которому вела извилистая горная дорога. Достаточно широкая, чтобы на ней могли разъехаться две телеги, но не более того.
Вот только сейчас она тоже была пустынной. И я, не встретив никаких помех, очень быстро добрался до ворот. Распахнутых настежь, разумеется.
Охранников тоже нигде не было. Но зато до меня стала доноситься громкая музыка. Где-то в замке играл оркестр.
И действительно, внутри шёл настоящий бал. Музыканты исполняли вальсы, повсюду горели свечи в огромных люстрах и ажурных канделябрах.
А по всему залу изящно и удивительно синхронно кружились пары в роскошных платьях и камзолах.
