– Ясно, для чего им белое мясо потребовалось, – сообразил я. – А где его взять? Из Европы аборигенов не выманишь, с чего бы им бежать за океан, они пригрелись. Остаётся Россия. Ушлые, суки!
Может, молотком по нему долбануть? В принципе, сейфик хоть и видный, но без особых претензий, без пафоса. Профанация. Зато сертифицированная, а как же, доверенными фирмочками сработанная, разрешиловка довольна. То ли дело самопальные наследственные сейфы, сплошь и рядом встречающиеся в таёжных поселениях, которые гранатомётом хрен пробьёшь! Странные были у нас законы по части оружия. Не для упорядочивания оборота и применения созданные, а для поборов и коррупции.
Пошли они в пим дырявый, убегальцы, без них воздух чище. Хотя я бы влепил каждому с ноги, ага. Всё-таки должна быть мера в контре с собственной страной. Черта. Есть время гундеть и протестовать, а есть время собираться с силами и восстанавливать.
– А потом что с тобой стало? – Катя недовольно глянула в мою сторону – отвлекаю! – и осторожно подтолкнула подругу к продолжению рассказа.
Хрясь! Поддаётся! Я схватил небольшую красную фомку с гвоздодёром на изогнутом конце. Ну же, открывайся!
Они договорились, что Марина поедет в Дивногорск обживаться, а Николай задержится у каких-то друзей, чтобы распилить ништяки из какого-то ценного ангара с продуктами, вроде бы важное дело.
– В Дивногорской общине поначалу было всего человек сорок, позже ещё начали прибывать. Медиков много, я говорила? Ну ладно. Ты, кстати, можешь кого-нибудь помнить, потом расскажу. В общем, день прошёл, другой, а Коли всё не было, я вся на нервы извелась, представляешь?
– Что ты, конечно…
– Решила поехать сюда. Взяла «Дастер», добралась без проблем. И вот что я здесь нашла, подруга моя дорогая! – С этими словами Базовляк встала, подошла к большому письменному столу и, приподняв тяжёлую статуэтку греческой богини, вытащила мятую записку, сложенную вчетверо. Я отвернулся, мысленно махнув рукой.
– Глазам своим не верю! – прошептала Глебова. – Вот же сволочь!
Да… Любовные романы, они такие, под дых бьют. Ну а чего, логично! Вполне может быть, что в одном из виденных мной в небесах самолётов летел на встречу с американской мечтой очень исполнительный директор-сафарист, по-скотски бросивший свою несчастную невесту. Сказать тут нечего, только в морду дать, но где сейчас эта морда?
В большом сумрачном зале на какое-то время воцарилась мертвая тишина, я даже перестал ломать дверь сейфа.
– Бросил, скотина! – Марина опять зарыдала.
– Господи ты боже мой, Маш, бедненькая… – потрясённо прошептала Екатерина, отчаянно болтая серебряной ложечкой по стенкам остывающей чашки, отчего по комнате плыл тревожный перезвон. – Лёша!
Я поднял брови и пожал плечами.
Первый платок ещё не высох, в ход пошёл второй.
– Через пару недель жить в Дивногорске стало невмоготу. Все перегрызлись, а нормального руководителя не было, общество начало разделяться на три лагеря. Все тянули в свою сторону. Паникёры постоянно говорили об угрозе разрушения плотин, патриоты призывали строем идти на «качинских», которые вообще обнаглели, даже начали в городе ставить щиты с предупреждениями, что тут их угодья. А с появлением одного типчика начался настоящий сталинизм, представляешь? Тоже медик, из пришлых, прибалт какой-то. Зовут Ингмар, а отчество… язык поломаешь.
– Йонович, – механически помогла Катя и сама испугалась.
– Что? Наш старый знакомый! – рассмеялся я, вставая, нужно рацию переключить. – Добытчик чудодейственных вакцин!
– Вы его знаете? – изумилась Базовляк, чуть не подавившись печенькой.
– Кто же не знает старину Ингмара! – похвастался я. – Ка-азёл…
– Вот-вот! – горячо одобрила Маша. – Короче, я решила переехать сюда, посмотреть, может, получится пристроиться к другой общине, в Кировском районе, например. Говорят, что где-то окопались доблестные вояки, но к солдафонам нормальная девушка не пойдёт, больно они голодные.
– Мы такие! – поддакнул я со зверским выражением морды. – Как увижу одинокую, сразу ссильничаю, да, Катя?
– Уж как ты сильничаешь… Машуля, но ведь здесь опасней! – заметила Катя.
– Зато есть оружие. – Базовляк строго подняла указательный палец, а я присвистнул – молодец, хирург, уважаю, наш человек!
Она продолжала рассказывать, но мне уже было не до того, потому что язычок наконец-то согнулся и дверца сейфа с грохотом распахнулась, открывая содержимое.
Ёлки, я и мечтать о таком не смел!
Первым я ухватил карабин «Сайга» в калибре 5,45. Очень уважаю этот патрон, для войны самое то! На охоте, конечно, это далеко не самый лучший вариант: для крупняка слабый, а птичку превращает в фарш. С коллиматорами и планками хозяин не парился, навески не было никакой.
Второе сокровище: карабин «Тигр» с оптикой ПСО, 7,62, «длинный» вариант. Да не станцевать ли! Не снайперка, но достаточно близко к таковой. Мне, совсем не Василию Зайцеву, такого оружия хватит за глаза.
Места в сейфе были, но стволы кончились.
Зато я понял, почему второй стальной шкаф так высок: в нижней части этого монстра имелось просторное отделение для патронов, ключи от которого лежали на полке ружейного отделения. Запасы небольшие: «семёрки» пять пачек, все оболоченные, а «пятёрок» – шесть. По пять магазинов для обоих стволов. С патронами негусто… Но тут я вспомнил слова Руслана Магеррамова, старосты из Стрелки, и душа моя несчастная вмиг поднялась к сияющим высотам счастливого оружейного потребления! Целый цинк, говоришь? Да я ради этого три аптеки ломану, если получится!
Спокойно, Исаев, спокойно.
Выгреб мелочёвку, в которой имелся прибор для холодной пристрелки «Тигра», – ещё одна удача, хоть боковые отклонения проверю на сотне метров. Понадеюсь, что этому охламону-пораженцу стволы кто-нибудь пристрелял. Съездил в тир к ещё одному спецу, тот отщёлкал, потом пару раз съездил на охоту, для хоть какого-нибудь понимания процесса, и всё, оружие можно ставить в сейфы, изредка доставая их для героизации и подтачивания девичьего упрямства. Знаю я такой типаж.
– Маша, а где могут быть чехлы?
– Скорее всего, в верхней кладовке, там у него хранилась одежда, рюкзак и прочее…
– Понял тебя! – крикнул я, срываясь с места.
– Хорошее оружие? – спросила она вдогон.
– Отличное! Самое что ни на есть сафаристическое! – Легко подтвердилось, надо девушку хоть чем-то утешить.
Пока разбирался с оружием, подкралась ночь. Я был доволен, как слон после посылки с ништяками. Попутно подрезал отличный рюкзачок и очень качественное охотничье камуфло в комплекте. Ненадёванное, между прочим. Африканец, блямба…
На столе горели свечи, вкусно пахла разогретая говяжья тушёнка.
– В гостинице, что рядом, был ресторан, но его ограбили. А вот с запасного входа есть доступ к складу буфета, там я и отоваривалась. Весьма неплохой ассортимент по нынешним временам. Там ещё много осталось! – делилась знаниями Базовляк.
– Зачистим. – Я подцепил галетой растаявший жирок, полез в пачку за другой.
И замер с протянутой рукой.
За окном послышался шум проезжающего поблизости автомобиля.
– Свечи задуть! – крикнул я, подбегая к окну и открывая одну створку.
Машина медленно двигалась по проспекту Мира. Дизель, похоже на тяжёлый джип. Сидя на диване, девушки нервно мяли подушки.
Звук двигателя слабел, удаляясь, вот уже и не слышно. Стервецы, похоже на ночное патрулирование! Расслабиться не вышло, тот же звук начал нарастать с другой стороны двора, с Ленина! Развернулись.
– Все окна выходят во двор?
– Ну да, такая сталинка, – тихо выдохнула Маша. – У соседей дверь взломана, там окна на сквер!
– Катя, бери свой ствол и за мной!
Облом. В сквер выглянули поздно, так и не успев разглядеть таинственный автомобиль, и от этого на душе стало ещё тревожней.
– Всем спать, дежурство по очереди, первым бдит солдафон, – объявил я, когда мы вернулись в квартиру Николая. – Предупреждаю, девушки, подъём будет ранним. Сразу грабим аптеку внизу и валим отсюда к чёртовой матери, здесь становится жарко. Тем более что ситуация более-менее прояснилась. Короче, отбой!
