— Я этого никогда не пойму, — махнул рукой Арк. — Почему даже внутри одной веры люди скованы столь странными правилами? Да, ты клирик и служив Кору, Фоциссии и Сиценте. Но и Гуривальд слышит и любит тебя. Так в чем пробема?
— В том, что есть правила, — неожиданно жестко сказала девушка. — Не будь правил и все канет в хаос. А хаос есть то, чего хотя Забытые Боги. Не я решила, что служители Церкви делятся на клириков и жрецов, паладинов и инквизицию. Наши Боги добры, но вместе с тем злопамятны. Ты можешь уделять внимание всем в равной мере, но все равно кто-то из них почувствует себя обделенным.
— Но…
— Поэтому мы и выделяем среди всех Богов троих близких по характеру, которые образуют Малый Круг. Поэтому и молимся им больше, чем остальным. Поэтому и остальные Боги принимают эти правила и не карают нас за это.
— Не понимаю, — вздохнул Арк.
— И не поймешь, — покачала головой Ринала, на что мужчина недовольно вскинулся. — Не обижайся. Я всего лишь хочу сказать, что ты пытаешься людскими понятиями мерить бессмертных, проживающих в десятках миров сущностей. Прими как данность Богов и правила, которыми мы связали себя с ними. А теперь идем, я не хочу вести этот разговор.
И девушка первой покинула задний двор, скрывшись в гостинице. Аркум же еще какое-то время смотрел вслед вдруг ставшей такой жесткой и немного отчужденной Ринале. От вечно улыбчивой, доброй, отзывчивой и чуточку стеснительной девушки не осталось и следа, стоило ему коснуться больной для нее темы. Хотя больше всего Арка поражало спокойствие, с которым его подруга принимала странные и бессмысленные на его взгляд правила божественной игры.
***
— Граница, — первым заговорил Иво на коротком привале, который сотня устроила незадолго до обеда.
Солнце вновь палило нещадно и двигаться дальше было тяжело. Пару часов можно было отдохнуть и напоить лошадей у неглубокого ручья.
— Как вы поняли? — заозиралась одна из близняшек-северянок, Хакар так и не запомнил которая из них.
Иво молча кивнул на кривое дерево возле ручья. Весь десяток тут же уставился на запыленное, с чуть пожухлыми, сухими листьями, разлапистое растение. И лишь теперь Хакар заметил жетоны, покачивающиеся на ветвях. Их было несколько: два Железа, Сталь и три Бронзы, но ни одного именного.
— И что это значит? — подала голос Ите.
— Старая традиция. Когда с юга возвращается отряд безумцев они оставляют жетоны павших товарищей на условной границе. Делая ее чуть менее условной.
— Но жетоны ведь надо сдавать в Гильдию? — удивился Корнелл.
— Именные, — заметила одна из северянок. — Чтобы Гильдия подтвердила смерть Охотника. Хотя и за пропажу рангового жетона по голове не погладят.
— Все верно, — кивнул Иво. — Но этой традиции много лет и Гильдии приходится мирится.
— А зачем вообще кому-то уходить в Покинутые земли? Не считая походов типа нашего? — заинтересовалась Ите.
Иво недовольно проворчал что-то про слишком любопытных девчонок и нехотя ответил:
— За деньгами. Большими деньгами.
— Не понимаю. Разве в королевствах платят мало? — удивилась девушка.
— У всех свои причины, но иногда даже сотня золотых – это мелочи. Виной тому природная жадность, личная или семейная нужда – уже неважно.
Девушка задумчиво окинула взглядом входящую в свои права холмистую степь. Деревьев кругом было все меньше и росли те в основном по склонам балок, вдоль рек и ручьев. Воздух стал суше, а ветра сильнее из-за чего днем все изнывали от жары, а ночью все чаще жались к кострам по низинам.
— И что, Гильдия хорошо платит тем, кто отправляется на юг? Какие вообще могут быть тут задания, здесь ведь никто не живет? — не унималась Ите.
— Задания редко отправляют Охотников на юг. В основном все идут по собственному желанию, — заметил Корнелл.
Ите в ответ удивленно наклонила голову на бок, ожидая продолжения.
— На юге полно руин старинных, еще имперских городов и простых поселений. Многие из них не так далеко, не надо даже степь пересекать. Хотя и найти там мало что удастся.
— И что там ищут?
— Артефакты, — пожал плечами Корнелл, но заметив непонимание в глазах Ите тут же замахал руками. — Что они из себя представляют я не знаю, даже не спрашивай.
— Деся-я-ятник! — протянула девушка, медленно поворачиваясь к Безглавому.
— Да чтоб тебя Темные Боги разодрали, — прорычал Иво, но вместо одной пары любопытных глаз наткнулся на все девять. — Серьезно? Никто не интересовался, что из себя имперское наследие представляет.
Ответом ему было недружное бормотание. Кто-то что-то слышал и может даже пытался узнать, но артефакты были слишком редки и недоступны обычным людям.
— Ладно, тут особо рассказывать и нечего, — скривился Безглавый. — Сразу скажу, что интересуют всех в основном артефакты боевые. Какая-нибудь магическая лампа тоже уйдет за пару-тройку сотен редалийских золотых. Но настоящая жила – это то, что служит для убийства. Так было во все времена.
— Так артефакты – просто зачарованные предметы? — удивилась Ите. — В чем их особенность тогда?
Стоявшие вокруг товарищи удивленно уставились на девушку ни капельки ту не смутив.
— А для тебя зачарованный вещи – обыденность? — прищурился десятник. — Я, конечно, слышал, что на востоке если стул не зачарован, то никто на него и задницы не опустит, но…
— Не в этом дело. Благословленные Богами клинки, одежды и прочие вещи ценятся и у меня на родине, причем ценятся сильно. Хотя цены на них там и ниже, чем у вас. Но в чем особенность того, что раньше изготавливали имперцы?
— Я не так много артефактов встречал. Упоминаний о них слышал чуть больше, — задумался Иво. — Но допустим… амулет, в котором заключен полностью послушный ардет – один из духов с плана огня тебя впечатлит? Или кольцо, способное впитывать энергию, в том числе и божественную? А может тебя удивит рубашка, которую невозможно разрубить и топором? Не скажу, что подобные артефакты попадаются на юге постоянно. Большинство куда проще, но даже просто стреляющий раз в день огненными шарами, никогда не тупящийся и очень прочный меч… звучит неплохо, а? Зачарования как-то послабее выглядят.
— В наши клинки тоже можно такой заговор заточить, — насупилась девушка.
— И сделать это сможет какой-нибудь прославленный мастер, который потом загнет цену на такой клинок в тысячу золотых, — скептически скривился Иво. — А в Империи что-то подобное было пусть не массовой штамповкой, но чем-то обыденным.
— Как же они с такой силой потеряли все свои земли? — удивился Хакар, впервые подав голос.
— А вот на этот вопрос я тебе не отвечу, — вздохнул Безглавый. — Нет у нас толковых летописей тех времен. А теперь за работу бездельники! Лошадей напоить и почистить, времени в обрез!
Еще раз взглянув на жетоны, что качались в ветвях дерева, Хакар повел коня к ручью. Какие-то там артефакты его не особо интересовали. Тем более в то, что на юге они просто валяются под ногами брильемец не верил. Как и в то, что на их поиске так легко заработать. Будь это так, на первом попавшемся дереве не болталась бы связка жетонов, среди которых попадалась даже Сталь.
***
Когда фиолетовая пленка огромного портала вдруг натянулась и с легким хлопком лопнула дежуривший возле него мужчина даже не сразу сообразил, что произошло. Недовольно обернувшись на звук наблюдатель так и обмер. Устало пошатываясь и прижимая к груди окровавленную руку, перед порталом замер седоволосый старик, опиравшийся на короткий посох с окованным навершием.
— Л-люций? — заикнулся Слуга, неуверенно направляясь к старику. — Ты… мы не верили, что кто-то дойдет!
— Среди нас тоже мало кто в это верил, — болезненно усмехнулся Люц и, медленно выпрямившись, глубоко втянул воздух. — Ты бы знал, как приятно вновь ощущать свои силы…
— А где остальные? Расскажи, что там было? — первая оторопь прошла и, наблюдавший за порталом, незнакомый Люцию Слуга набросился с вопросами. — А Боги? Ты их… видел?
