"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Брайт Владимир

Кивком показав Петренко, что услышала его, судья полуутвердительно осведомилась, поглядывая на сконфуженную сторону обвинения:

— Я так полагаю, к прению сторон переходить смысла нет?

Те в ответ лишь стыдливо промолчали, не находя в себе сил выдавить хоть слово.

Глава 5

Выходили из зала суда мы полными и безоговорочными победителями. Зачитывание решения судьи публика встретила шквалом аплодисментов. Свистеть и улюлюкать не стали, хотя, глядя на лица некоторых присутствующих, казалось, что им очень того хочется. Я и сам не удержался от широкой улыбки, когда всем выступавшим «свидетелям» влепили совокупно почти два миллиона штрафа, а понурому Борису еще и сто пятьдесят часов обязательных работ.

С некоторым трудом, но нам все же удалось протиснуться сквозь сжимающееся кольцо журналистов, которые пытались взять у меня интервью прямо на ходу. Однако, когда мы вышли в коридор, то оказалось, что их тут еще больше! Меня окружили вспышки фотоаппаратов, лезущие к моему лицу со всех сторон микрофоны и диктофоны, множество мелькающих лиц и нескончаемый гул вопросов.

— Сергей, скажите, вы довольны решением суда?

— Так все-таки получается, что вы сначала избили человека, а потом расстреляли из пистолета, и вас за это даже не осудили?

— Почему вы не заявляли об имеющихся видеозаписях? Сергей…

— Во сколько вам обошлись услуги адвоката?

— Как вы относитесь…

— Прокомментируйте сегодняшний…

— Вы были уверены в…

— Стали бы вы…

Но даже пляски вокруг меня этих стервятников не могли испортить моего приподнятого маленькой победой настроения. Я просто шел, улыбаясь уголками губ, и игнорировал все попытки выудить из меня хоть словечко, пока передо мной не вынырнул невзрачный такой молодой человек интеллигентного вида, облаченный в серый джемпер поверх классической сорочки.

— Простите, Сергей Анатольевич, не ответите всего лишь на один вопрос для интернет-издания «Будни»?

Неожиданно для всех окружающих я остановился и широко улыбнулся.

— Если всего один, то с большим удовольствием!

Журналисты вокруг возбужденно загомонили, словно задавали друг другу вопрос: «А что, так можно было, что ли?!», но вскоре заинтересованно притихли, боясь пропустить хоть слово из сказанного. Ведь совершенно неважно, кто задает вопрос, важно, кто первый успеет опубликовать ответ. Профессиональная этика — это не про журналистику в подавляющем большинстве, к сожалению. И именно на этом я и собираюсь сейчас сыграть.

— Спасибо! — Парень слегка прочистил горло, а потом включил микрофон. — Сергей, вы недавно стали жертвой тщательно спланированной клеветы и, не побоюсь этого слова, подставы, осуществленной с помощью правоохранительной системы, однако суд вас полностью оправдал. Ответьте, пожалуйста, повлиял ли на вас каким-либо образом тот шквал негатива, что обрушили на вас многие столичные средства массовой информации, публикуя не до конца подтвержденную информацию?

— Хороший вопрос! Нет, на меня это никак не повлияло, потому что я не имею привычки воспринимать всерьез «желтушные» масс-медиа, которые собирают и публикуют чьи-то непроверенные сплетни, разбавляя их своими сомнительными домыслами. Они просто продемонстрировали свой профессиональный уровень, который не ушел далеко от бабушек на лавочке. Такую работу даже трудно назвать журналистикой.

Да, вот такой я мстительный. Не смог устоять перед искушением и не кинуть ответочку всем тем, кто мусолил произошедшее на парковке перед «Воином», безбожно искажая действительность. Теперь все те издания, которые еще вчера радостно лили на меня грязь, оказались пусть не в щекотливой, но в не очень удобной ситуации.

Сейчас их коллеги, которые остались в стороне от освещения этих событий, понесут в массы подробности моего короткого интервью… а они понесут, потому что не захотят уступить пальму первенства «Будням», с которыми у меня изначально был уговор. Да и кто же в здравом уме упустит возможность побольнее укусить конкурентов? А значит, все те, кто с наслаждением перемывал мне косточки, должны будут либо выпустить хоть какое-нибудь опровержение на ранее опубликованные статьи, либо молча смириться с репутацией сплетников.

Вот такая оказалась у меня маленькая месть. Смешная по большому счету, в некотором смысле даже ребяческая, ведь это все равно что пытаться пристыдить идейную проститутку порочностью ее ремесла. Но чувство удовлетворения от этого действия только возросло.

— Спасибо большое за уделенное внимание! — вежливо кивнул интеллигент, выключая аппаратуру.

— И вам спасибо!

На том мы и распрощались, оставив рой гудящих разозленными пчелами журналистов в коридоре здания суда.

Довольный собой, я кивнул на прощание Санычу, прыгнул в свою «ласточку» и сцапал с пассажирского сиденья ждущую своего часа банку колы. Колючие пузырьки защекотали горло, шибанув заодно и в нос. Кайф. Два часа ждал возможности припасть к этому источнику свежести, сахара, кофеина и ортофосфорной кислоты.

Неделя спокойствия меня расслабила настолько, что я не удержался от того, чтобы сделать сегодняшний день еще приятней. Достав свое портмоне, я быстро нашел сложенный вдвое желтый стикер с записанным номером, что с того самого дня лежал там и ждал своего часа. Быстро натыкав нужную последовательность цифр в телефоне, я приложил трубку к уху.

— Алло? — раздался в трубке спустя некоторое время приятный девичий голос.

— Алина? Здравствуй. Это Сергей. Помнишь, посетитель из «Воина»?

— А-а-э-э… Сергей? Да, помню. — По голосу девушки сложно было понять ее эмоции, но почему-то казалось, что она не в большом восторге. — Я и не думала, что вы… ты позвонишь когда-нибудь.

— Да ты что! — откровенно возмутился я. — Я же обещал. Сейчас я разобрался с делами и хочу предложить немного развеяться. Может, встретимся сегодня вечером?

— Хм… даже и не знаю… — Алина явно колебалась, выбирая между тем, что хочется, и чем-то другим. — Теперь уже у меня незаконченные дела, и я не уверена, что успею их завершить…

— Ну, если передумаешь, можешь смело звонить мне на этот номер, я смогу за тобой в любое время заехать.

— А знаешь, подожди… давай сегодня в семь?

— Отлично! — Улыбка помимо моей воли наползла на лицо. — Договорились, диктуй адрес.

Штырь сидел в своем роскошном кабинете и хмуро разглядывал пятерку собравшихся перед ним людей. Это были все причастные к подготовке материалов к судебному заседанию, которое они с треском проиграли. И все бы ничего, но этот проигрыш бросал тень на имя и авторитет Штырёва. Так сильно он уже давно не позорился. Какой-то актёришка, или кто он там на самом деле, сперва пострелял его людей, как заправский бретёр, а потом еще и откровенно унизил, разбив в пух и прах в суде. Вся «золотая десятка» уже была в курсе этого события, и теперь они с упоением обсасывали детали. Кое-кто даже набрался наглости позвонить ему и с притворным сочувствием, пеняя на всеобъемлющую кадровую проблему, предложить услуги своих юристов.

Штырь был просто вне себя от гнева. Ему одновременно хотелось и провалиться сквозь землю от стыда, и зарыть в эту самую землю всех причастных.

— Ну что, господа хорошие, — пророкотал Игнат Альбертович, исподлобья осматривая каждого, кто принимал участие в подготовке к судебному разбирательству, — обосрались вы по полной, а?!

Ответом ему было виноватое молчание.

— Чё притихли, папуасы, млять?! Кто проморгал этого колдуна, я спрашиваю?!

— Медиума…

— Да мне по ***, хоть волшебника изумрудного города! — проревел Штырёв, яростно долбя кулаком по столешнице. — Кто информацию собирал?!

— Кхм… я аналитиков не привлекал, Игнат Альбертович, — подал голос Борис, из-за которого и заварилась вся эта каша, — я сразу к юристам, как вы и сказали…

— Ты что, рыло свиное, — зарычал Штырь, переключив свой гнев на Дерзюка, — хочешь сказать, что это я виноват в том, что вы не сумели распознать известного на всю Москву шалопая?!