"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1- 33 (СИ) - Сухоруков Андрей

— Ой, простите! — стушевался он. — Может, вас проводить?

— Только этого не хватало, — покачала она головой, пряча вишнёвые волосы. — Ты меня не видел, ты меня не знаешь.

— Как скажете.

Девушка закатила глаза, и пока она потеряла бдительность, я успел её напоследок поцеловать. После чего та ловко вывернулась из моих объятий и выскользнула на улицу через двери для прислуги. Вот так и живём — даже проводить нормально не могу…

Дом сразу как-то опустел, и задерживаться тут не было ни малейшего желания. О мимолётном визите напоминал наш недоеденный завтрак на столе и небольшая стопка документов в кабинете, которую ещё нужно просмотреть. Сколько бы не уговаривал её оставить свою работу — она ни в какую. Мол, что ей «на гражданке» может угрожать? Вчера курьер, сегодня писарь при каком-нибудь мелком чиновнике, а завтра один чёрт знает, кто ещё. Официально суб-мастер Кавано в отставке, да и фамилию она теперь носила другую. К сожалению, не мою.

Успокаивало лишь то, что её начальство не могло не знать про меня, в силу профессионализма. И что со всеми будет, упади хоть один вишнёвый волос с её головы. Это простоватый орден можно водить за нос, ведь его фактически воссоздавали заново. В качестве сугубо карательного органа мы ещё худо-бедно справлялись, а вот с остальным были серьёзные проблемы. Ни агентурных сетей, ни толковой аналитики, ни нормальных кадров. Каждый второй либо кем-то подослан, либо просто бездарь, которого сослали куда подальше.

Хорошо ещё, мне удалось подтянуть сюда ребят с Тёмного континента, доживших до ротации. Согласились почти все, и на этом костяке сформировался весьма толковый боевой отряд. О нас уже начали поговаривать всерьёз, а меня так и вовсе называли следующим главой ордена. Ведь не все осведомлены о моей щекотливой ситуации с Хранителем. Лестно слышать подобное, не спорю, но та должность больше административная, а не боевая.

Вот уговорю одну крайне упрямую особу, тогда можно будет подумать и о повышении. Либо уже об отставке, если к тому времени с меня начнёт сыпаться пепел вместо песка. Я прекрасно понимаю её опасения, но выходило у нас чёрт знает что и сбоку бантик. В двух разных лагерях сидим и ждём чего-то…

Может и правда организовать рейд по империи? Чтоб аж император чаем у себя в замке поперхнулся. Примерные города, где она может работать, я уже прикинул, но пока меня останавливала просьба дать ей ещё немного времени. У них там что-то серьёзное наклёвывалось, и я прекрасно понимал её азарт. Сам такой же.

Возможно, спокойная жизнь вообще не про нас. Однако это не значит, что прожигать её нужно порознь.

Я оставил Толстого на хозяйстве, встречать настоящую прислугу, а сам вышел на улицу. Свежий ветер взлохматил волосы и выдул из головы посторонние мысли. После первого же вскрытого демонического притона относиться к работе легкомысленно не получалось в принципе. Некоторые Странники настолько преисполнились своей исключительности, что мебель из человеческих останков для них — обычное дело. А чего им сделают люди? Убьют? Это даже не смешно, если у тебя за спиной несколько сотен жизней.

К счастью, орден располагал парочкой артефактов, способных лишить человека души. Организацию наверняка основал кто-то из осведомлённых путешественников по мирам, который не хотел, чтобы от его коллег страдали местные жители. Жаль, что не удалось разузнать про него побольше — этим занималась Анка, пропадавшая в здешней библиотеке целыми днями. Но пока без особых результатов.

Ну, хоть какую-то одногруппницу мне удалось сюда подтянуть. Увы, не ту…

Оплот Серых стражей располагался высоко в горах, на искусственном плато посреди альпийской зоны. Здесь даже деревья не росли, а вода закипала чуть раньше положенного. По земле сюда никак не попасть, только воздушным транспортом. Чуть лучше ситуация обстояла в городке внизу, но туда ещё нужно спуститься.

Зато пейзажи вокруг — хоть на открытку пускай. Укрытые вечным снегом вершины сияли в лучах восходящего светила, воздухом нельзя было надышаться, а вездесущая трава пёрла буквально отовсюду. Такую сочную зелень больше нигде не встретишь. Даже на голом камне растёт, зараза!

Я жил на отшибе, так что пришлось прогуляться по каменным дорожкам. Крепость судя по архитектуре строили ещё Древние, а потом уже люди традиционно переделали её под собственные нужды. Суровый монументализм скрестился с человеческой отделкой в имперском стиле, породив причудливое сочетание жабы с гадюкой. Где-то колонны с грубыми гранями, а рядом изящная лепнина и витражные окна с разноцветными окнами. Тут явно в своё время развлекался не один архитектор.

Центральное здание напоминало пирамидальный храм, но к счастью, божества тут не обитали. У них вообще в последнее время дела складывались не лучшим образом. Часть паствы отвернулась, хотя кое-где продолжали тайком справлять службы. Иногда подобное приводило к тому, что весь приход падал замертво, будучи высосанными до капли. Покровители проголодались, заставляя подручных баламутить народ.

Всякие пророки, богословы и прочие церковники в последнее время подкидывали нам проблем куда больше, чем демоны. И моя интуиция подсказывала, что ранний вызов тоже случился по их вине. Шеф просто так звать не любит, ему достаточно моих отчётов.

Я кивнул бойцам на входе и беспрепятственно вошёл внутрь. Больше никого по дороге и не встретилось — в охране нет нужды, а работники только просыпались. Глава ордена ждал меня в рабочем кабинете, где проводил почти всё время. Не тратя его на сон и прочие человеческие слабости. Однако в помощницы он выбил себе того, кто предавался им с упоением. Хотя на такую холодную красавицу в ордене многие заглядывались.

Теперь и не скажешь, что раньше она была не совсем живой. Румяная, пепельноволосая блондинка, и с весьма выдающейся фигурой — мечта, а не секретарь. Себе бы завёл такую, не будь реальной опасность проснуться с утра задушенным подушкой. Или с алой спицей в боку.

— Доброго утра, коллеги! — поприветствовал я обоих, садясь за стол. — Что у нас плохого?

Глава 12

Тайный агент ордена встретила нас прямо в «аэропорту», замаскировавшись под обычную сотрудницу. Вполне возможно, она тут и правда успела какое-то время поработать. С ней станется и жалование получить. На такое ответственное дело решили отправить самые надёжные кадры, так что я не особо удивился, разглядев знакомую тепловую пульсацию вокруг её фигуры. Каждый человек «горит» в кислородной среде по-своему, и со временем начинаешь подмечать закономерности. Можно сказать, я вижу ауру живых существ.

Очень полезная штука для инквизитора. Как-то иначе узнать мастерицу перевоплощений было невозможно.

Я украдкой поприветствовал Дукату, однако та привычно сделала вид, что гранд-магистр обознался сослепу. Ну и чёрт с ней, всё равно это моё лучшее приобретение за всё время работы в ордене. И досталась она мне далеко не просто так. В какой-то момент опальную ищейку всё-таки раскрыли — практически случайно, как и бывает у профессионалов — и ей грозила смертная казнь. Однако бывшая дядина помощница смогла передать мне весточку, благо к тому времени о моём назначении знала каждая собака в подворотне.

Нет худа без добра, иногда известность работает и в плюс.

Вытащить приговорённую ищейку практически с эшафота оказалось непросто, но усилия определённо того стоили. Мне ещё ни разу не пришлось об этом жалеть, хотя вполне возможно, что предприимчивая барышня подрабатывала на стороне. Если на тайную канцелярию — ничего страшного, у самого грешок за душой. Лишь бы не контактировала с бывшими коллегами, которые в своё время тоже за ней охотились. Маловероятно, прямо скажем, только я уже давно ничему не удивлялся.

Помимо впечатляющих способностей в сыске, Дуката обладала ценнейшими знаниями о Серой Страже. Шутка ли — единственный офицер, согласившийся сотрудничать с новой властью. Благодаря ей удалось обнаружить тайное хранилище с книгами, в которых сейчас активно рылась Анка и другие научники. Увы, перед последним штурмом прежние обитатели цитадели позаботились, чтобы их секреты никто не нашёл. Это же казалось и конфискованной «запрещёнки». Кое-что мы смогли откопать, но куда меньше того, что шло по документам, не говоря уже о всякой неучтёнке. И это несоответствие, пожалуй, беспокоило меня больше всего.