— Понимаете, капитан, что у вас не было никаких шансов?
— Кто вы такой, господин Сирота? — справившись с потрясением, спросил шкипер.
— Чуточку необычный человек, — напустив туману, отвечаю ему, а сам краем глаза слежу за реакцией матросов. Хвала богам, стоят на месте, не дёргаются. Да и мои ребята держат их на прицеле пистолетов и аркебуз. — Ведите нас, Даррен. Не терпится посмотреть, что понадобилось барону Шаттиму в его опасном предприятии.
Эйкен кивнул и жестом показал одному из своих людей открыть люк в трюм. Обритый налысо крепыш в серой парусиновой куртке с легкостью дернул на себя внушительного вида крышку, обнажив тёмное нутро «Артистки».
— Ступайте первым, капитан, — произнес я любезно и вытянул руку.
Эйкен зыркнул на меня недружелюбно и довольно споро полез вниз, а следом за ним пристроился и я. Ритольф своим видом нагонял жути на экипаж. Как только мы оказались в трюме, я окликнул его.
— Фонарь забыли захватить, — сокрушался шкипер. — Позвольте, я прикажу кому-нибудь принести…
— Не переживайте, я смогу заменить фонарь, — с усмешкой ответил Ритольф и сформировал ярко светящийся шар величиной с яблоко. Он подбросил его вверх. Шар застыл под потолком, темнота с испугом отпрыгнула в углы и затаилась там, ожидая, когда мы уйдем.
Трюм оказался не таким уж вместительным, как мне казалось снаружи. Большую часть занимали заколоченные ящики, равномерно распределенные вдоль бортов. В середине стояли корзины, набитые соломой, из которых торчали бутылочные горлышки. Я поддел одно из них и вытащил наружу, разглядывая сквозь темное стекло содержимое бутылки.
— «Идумейское», — пояснил Эйкен. — Очень востребовано у купцов. Вы же понимаете, господин Сирота, что достать такое вино совершенно невозможно. Его сразу раскупают на корню еще в момент созревания в бочках. А простым людям тоже хочется вкусить божественный нектар.
— Сколько берете за бутылку?
— Пять золотых, всего пять.
Ритольф хмыкнул и не преминул заметить:
— Может и нам, командор, воспользоваться услугами «проводников»? Цена в самом деле терпимая, если аристо выкладывают за одну восемь «корон».
— Сомнительная дешевизна, — буркнул я, постукивая по ящикам кулаком. Судя по звуку, они были заполнены наполовину. — Подделка какая-нибудь. Почему нет этикетки с названием напитка?
— Поставщик разливает его прямо из бочек, — пояснил шкипер. — Бумажка — лишнее украшательство, совсем не нужное заказчику. Он же потом перельёт вино в красивый графин и поставит на стол. А вы возьмите парочку, господин Сирота. Сравните с тем, что вам довелось пить.
— А откуда у вас такая уверенность, что я «Идумейское» пил ведрами? — продолжая постукивать кулаком по деревянным ящикам, поинтересовался я.
— Непростой вы, печёнкой чую. Вон как лихо летаете, явно магией наполнены под завязку.
— Ну да, я такой. Со мной лучше дружить, а не убегать. Что в ящиках, раскроете секрет?
— Оружие, — не стал запираться Эйкен. — Пистолеты, мушкеты, пороховые мины…
— Пороховые мины? — я переглянулся с Ритольфом. — Насколько я понимаю, это военная разработка. Как эти мины попали к вам?
— Позвольте не раскрывать этот секрет, — лицо шкипера вдруг окаменело, и мне стало понятно, что это и есть тот самый таинственный груз. — Лучше я унесу тайну в могилу, чем подведу людей.
— Неплохо у вас налажено снабжение с военных складов, — усмехнулся левитатор, подтверждая мои мысли. — А ведь вы намеренно нас сюда затянули, господин шкипер. Открытый огонь, рядом пороховые мины… Как чувствовал. Яйца у вас стальные. Ни себя решили не жалеть, ни свою команду.
«Уничтожитель» мгновенно упёрся стволом в подбородок Эйкена. Впору досадовать на такую оплошность. Да кто же мог предугадать, что контрабандисты умудрятся перевозить в трюме опасный груз? Пороховые мины весьма опасны, нет еще такой технологии, позволяющей надёжно обезопасить людей от взрыва. Всего лишь одна искра — и нет ни «Тиры», ни «Артистки». У меня по спине поползли капельки пота.
— Объяснитесь, Даррен? Или я сейчас же прострелю вам голову, — прошипел я, разозлившись. — Барон Шаттим решил взорвать Спящие Пещеры?
— Вы же сами догадались, господин Сирота, — шкипер ухмыльнулся, бесстрашно глядя в мои глаза. — Мне терять нечего. Если заказчик не получит товар, я так и так умру. С бароном шутки плохи.
— Сколько здесь мин?
— Двадцать штук в железном корпусе.
— Кому-то придется здорово попотеть, — ухмыльнулся Ритольф, расхаживая вдоль ящиков, изредка прижимая к ним руки. От пальцев исходило слабое свечение. — Двадцать мин — не шутка.
— Осторожнее, господин маг! — воскликнул Эйкен, когда левитатор подошел к самым крайним ящикам, заваленным разнообразным хламом в виде тюков с тканями и мешков с чем-то бренчащим. — Взлетим ненароком!
Все-таки блефует, чертов контрабандист! Не хочет отправляться на небеса столь радикальным способом.
— Магический щуп безвреден для пороха, — пробормотал Ритольф. — Или эти мины изготовлены с помощью алхимических препаратов?
— Меня уверяли, там нет алхимии, — вытирая градом льющийся пот с лица, обронил Эйкен. Я убрал от него пистолет, но продолжал держать так, чтобы применить при первой же возможности.
— Тогда вам повезло, — дружелюбно откликнулся левитатор, закончив осмотр. — Иначе бы мы все взлетели на воздух. Соприкосновение алхимии и магии непредсказуемо по своим последствиям.
Ритольф слегка попугал шкипера. Жизнь чародеев всегда порождала нелепые слухи у неграмотных простолюдинов, да и более высокие сословия не утруждали себя знаниями, отчего отношение к магам оставалось напряженно-осторожное. Конечно же, никакие мины не могут взорваться от холодного огня, плавающего в виде шара под потолком. Но зато Эйкена проняло, хоть он и делал вид, что готов был героически погибнуть вместе с нами.
— Что делать будем, дружище Даррен? — спросил я, присев на один из ящиков. — Налицо заговор против Короны, похищение военного имущества. Тянет на виселицу.
— Мы и так по лезвию ходим, нашли чем пугать, — он вытер пот с лица. — Но я бы предпочёл договориться.
— Знаете, капитан, мне плевать на ваши тёмные делишки с бароном Шаттимом, — ответил я после недолгого раздумья. — Везите этот груз по назначению, получайте свои деньги. В конце концов те, кто сует голову в Спящие Пещеры, рискуют ею куда больше, чем вы.
— Разумно, — Эйкен замер, пытаясь понять, что я хочу ему сказать.
— Вы же бываете на Рокане или на других реках центральных провинций?
— Да, иногда заглядываю, когда заказчик хочет прогуляться до Натандема или еще дальше. Но мне привычнее заниматься своими делами на юге. Там, хотя бы, королевские патрули не лютуют как на восточном и северном побережье.
— Тогда у меня к вам просьба, Даррен, — я демонстративно затолкал пистолет за пояс.
— Я слушаю вас внимательно, господин Сирота.
— Когда прибудете к месту назначения, передайте привет сеньору Котрилу от меня лично. И скажите, что готов встретиться с ним в любое время и в любом месте. Он поймет, не переживайте.
— Вы и его знаете?
— Представьте, да. Так что, передадите?
— Конечно! — воскликнул воодушевлённый шкипер.
— Ну, тогда можете спокойно плыть по своим делам, — я вытащил из корзины две контрабандные бутылки вина. — Не против?
— Берите, от меня не убудет, — словно делая милость, махнул рукой Эйкен, радуясь, что отделался малой кровью.
Когда мы поднялись на борт «Тиры» и проводили взглядом спешно уплывающую лодку, Ритольф заметил:
— Котрил убьёт этого парня только за то, что попался в ваши руки, господин фрегат-капитан. — Пороховые мины в руках заговорщиков — это верёвочка к тем, кто замешан в растрате и воровстве военного имущества.
— Не убьёт, — уверенно ответил я, щурясь от свежего ветра, подувшего с побережья. — Мое имя для него как красная тряпка для быка. Котрил обязательно будет искать со мной встречи, и поверьте, Ритольф, она станет для него последней.
