К концу первой фазы экспериментов на столе лежал абсолютно целый человек которого била мелкая дрожь от непрерывных истязаний, но он молчал, не собираясь показывать слабость перед мучителем.
— Теперь я вижу, что не ошибся. Ты идеальная основа.
На этих словах эльф подошёл ближе и посмотрел принцу в глаза.
— Привыкай, Чарльз. Твоя жизнь больше тебе не принадлежит.
Он отошел к экрану, начал изучать полученные данные, а затем отдал новый приказ. Роботы внесли в лабораторию цилиндр с прозрачными стенками, внутри которого плавала густая оранжевая жидкость. Она светилась, шла пузырями и колыхалась волной, словно стремясь вырваться из бака.
— Это особый экспонат моей коллекции. — Начал объяснять эльф, адресуя слова принцу— Живое, существо с одной интересной планеты, жаль, что неразумное. Оно разрушает любую органику на молекулярном уровне. Посмотрим, как будет проходить восстановление в агрессивной среде.
Он махнул рукой, и манипуляторы начали действовать. Ленты, крепящие его к столу, начали отщёлкиваться, но не освобождая его, а меняя конфигурацию, и вскоре на столе лежал туго спелёнатый человеческий кокон, который подхватили, подняли вверх и забросили в бак.
Жуткую боль, которую невозможно описать словами, он уже не выдержал, но закричать снова не смог. Жидкость моментально начала проедать кожу, мясо, а затем и кости и через минуту в баке плавало только два клинка, которые существо не смогло растворить.
Валяющаяся на полу лаборатории рука, которую отсекли в самом начале, начала медленно восстанавливаться и увидевший это эльф с интересом уселся рядом на корточки. Не дожидаясь, пока отрегенерирует всё тело, сам поднял его и закинул снова на стол, где его снова спеленало вновь появившимися металлическими лентами.
На время оставив человека в покое, вернулся к чану с живой кислотой, заинтересовавшись встроенным оружием.
Манипуляторы робота хирурга вытащили из бака острые клинки, задняя часть которых выглядела как губчатая поверхность, словно металл был некогда сплавлен с костью, и эльф задумчиво уставился на них.
— Какое интересное решение.
Провёл виброскальпелем по металлу, но инструмент, способный нарезать титановый сплав на ломтики не оставил на нём даже царапины.
Повинуясь командам эльфа, робот манипулятор выдвинул лазерный резак и направил его на край одного из клинков. Поток когерентного излучения сконцентрировался на металле, температура вокруг мгновенно поднялась на несколько градусов, но несколько минут спустя стало очевидно, что лезвие абсолютно не изменилось.
— Удивительно. Что это за металл такой, который не поддается воздействию?
Эльф отложил встроенное в человека оружие, подошел вплотную, снова отсёк ему руку закинул её в чан с оранжевой жидкостью и уставился на ещё одно лезвие, абсолютно точную копию того, что лежало сейчас неподалеку.
Инопланетянин нахмурился, не понимая, что происходит и как такое возможно, а затем начал как заправский мясник рубить руки человеку, закидывая их одну за одной в чан, получая всё новые и новые клинки, абсолютно идентичные друг другу, единственное различие которых было только в том, что часть была с левой, а другая с правой конечности.
Лаборатория давно превратилась в какой-то кровавый филиал мясокомбината и прошло несколько часов, прежде чем инопланетянин успокоился, добыв порядка сотни образцов холодного оружия. Он утёр вспотевший лоб и начал экспериментировать, пытаясь нанести им хоть какой-то вред. В один момент даже оставил принца наедине, унеся несколько образцов, пытаясь расплавить их в печи с температурой в сотни тысяч градусов, но не добившись успеха, вернулся обратно, задумчиво уставившись на лежащего человека.
— Очень интересный образец… Очень. — Повторил он себе шёпотом, а потом растянул губы в улыбке маньяка. — Это открывает интересный простор для экспериментов.
Следующий этап стал ещё жёстче. Инопланетянин решил проверить, насколько далеко можно зайти в уничтожении человека. Его тело уничтожали всеми доступными способами: сжигали в крематории, обливали жидким азотом, дробили прессом, но он восстанавливался вновь и вновь, достаточно было оставить небольшой кусочек плоти.
В один из моментов эльф думал попробовать пойти на вычисление, с какого количества материала сможет восстановиться жертва, но вовремя одумался. Ему не хотелось потерять такой многообещающий образец, по случайности уничтожив его.
Он, казалось, устав наблюдать за тем, как его жертва неуклонно регенерирует, подошёл ближе и сжал лицо Чарльза в своих руках, уставившись немигающим взглядом в лицо человека, находящегося на грани помешательства.
— Ты станешь идеальным оружием. — Тихо произнёс он. — Меч, который никогда не сломается.
* * *
Спустя час, принц всё так же лежал на медицинском столе уставившись в потолок бессмысленным взглядом. Его тело, сотни раз иссечённое и вновь восстановленное за предыдущие часы экспериментов, выглядело обманчиво нетронутым. Чистая кожа, без единого шрама, как у новорождённого. Но внутри человек был сломлен. Тело отзывалось фантомной болью на каждый вдох, сознание было словно накрыто пеленой, будто он нырнул на глубину и заплыл слишком глубоко не в силах вынырнуть и теперь просто завис в пустоте.
Эльф стоял у края операционного стола, склонившись над голографической консолью. Его длинные и тонкие пальцы быстро перебирали невидимые клавиши, вызывая трехмерные проекции человеческого тела. На экране, висела модель человеческого тела в разрезе, с подробным трехмерным скелетом и эльф задавал параметры роботу анализатору. Губчатая структура обратной части металлических клинков, срощенная с костями в предплечье, натолкнула его на интересную мысль и теперь он стремился претворить её в действие.
— Хуманы. — Проговорил он, больше обращаясь к себе, чем к пленнику. — Такие слабые, такие недолговечные. Но ты, Чарльз, другое дело.
Он сделал жест, и с потолка опустился массивный хирургический манипулятор. Его наконечник разделился на две тончайших иглы, кончики которых блестели в свете ярко горящих ламп. Одна была иньекционной, а вторая больше походила на бурмашину.
— Ты станешь первым. Основой нового поколения бойцов, моей будущей личной гвардией.
Робот начал свою работу. Первый манипулятор пробил сначала плоть, затем прошел мышцы и пробурил позвоночник принца, пробившись напрямую через живот. Боль была невыносимой, и принц наконец сдался, открыв рот и начав кричать.
Поморщившийся эльф ввёл команду в интерфейсе и рот человека залепило чем-то вроде желе, лишив его возможности издавать громкие звуки, но при этом пропускающее воздух.
Инопланетянин, убравший раздражающий фактор, продолжил работу. С потолка опустился цилиндр с серебристой жидкостью. Субстанция была похожа на что-то среднее между ртутью и раскалённым металлом, переливаясь оттенками серого цвета.
— Цени мою щедрость! Это очень дорогой сплав. Пришлось пожертвовать ценным оборудованием, ломая его, куроча и добывая из него буквально крохи. Я уже затратил на тебя десятки миллионов кредитов, цени это. — Сказал эльф, как будто хотел впечатлить своего пленника. — Конечно, он не такой аномально крепкий, как тот, из которого сделаны твои клинки, но всё же весьма неплохой, и устойчивый к очень сильным нагрузкам. Твои кости станут крепче стали и тот же вибронож уже не сможет отрезать тебе руку, лишив функциональности. Моё оружие должно быть способно пережить очень сильное воздействие.
Манипулятор осторожно погрузил вторую иглу в цилиндр, и металлическая жидкость по сообщающимся сосудам потекла в первую иглу, находящуюся в позвоночнике пленника.
Несмотря на частичный паралич, он почувствовал, как по всему его телу разливается обжигающая волна боли. Металл мгновенно начал сжигать костный мозг, но регенерация принца брала своё, восстанавливая сожжённые ткани. Этот процесс был циклическим: металл сжигал, регенерация восстанавливала, и всё повторялось вновь и вновь.
