В общем, я рассчитывал сначала спокойно удостовериться во всём самостоятельно, а потом убедить Октавию вести себя потише.
— Не хотите присоединиться к экскурсии? — прямо у входа пристал к нам работник музея, — мы почти набрали группу, начинаем уже через несколько минут! Мы проведём вас по всем залам музея и расскажем…
— Не интересует, — так жёстко отрезала Сципион, что даже меня обдало холодом.
Ну а несчастный работник моментально ретировался, поджав хвост.
— Это всё полная чушь, — прокомментировала она, когда мы вошли внутрь, — из десяти экскурсоводов, дай бог, хоть один разбирается хоть в чём-то. Большинство просто зубрят самые известные факты и не способны рассказать ничего сверх этого.
— Значит, экскурсию проведёшь для меня ты? — с улыбкой спросил я.
Уверен, что при необходимости я и сам мог бы провести для неё такую экскурсию. Недостаток знаний про те десять веков, что я проспал, я бы легко компенсировал обычной логикой и общим пониманием магических артефактов.
А именно им была посвящена выставка.
Но мне было интересно послушать саму Октавию. То, как она воспринимает все эти безделушки.
— Конечно! — с энтузиазмом отозвалась она, — ты ещё будешь умолять меня замолчать.
Я в притворном ужасе схватился за голову.
Сципион рассмеялась и сразу взялась воплощать свою угрозу в жизнь.
— Конечно, в музейных коллекциях очень редко можно встретить что-то реально ценное и мощное. Обычно, это случается только если какой-то сильный клан спонсирует мероприятие и временно предоставляет музею часть фамильных артефактов. А так как я ничего не знаю об этой выставке, то, значит, и экспонаты здесь будут так себе.
— Может, ты просто что-то упустила? — подразнил я её.
— Это вряд ли, — гордо вздёрнула она носик, — у меня есть помощники, которые собирают всю информацию о любых мало-мальски интересных древностях и артефактах. А я даже в самом дурном настроении обычно просматриваю то, что мне прислали. В конце концов, я этим зарабатываю. А содержание целого замка обходится недёшево.
Октавия действительно была не просто сумасшедшим коллекционером, но и большим экспертом в своём деле. И покупала диковинки она не только для собственного пользования, но и на перепродажу, на чём зачастую поднимала очень большую маржу.
Но в её уверенности всё-таки было одно слабое место. И я снова решил её поддеть.
— Вот только, что если о ценности какой-то вещи никто и не догадывается? Ни ты, ни твои помощники?
Я спросил об этом, в том числе потому, что уже был точно уверен, какой-то артефакт Рихтеров всё-таки находится в здании. А зная, как Октавия помешана на моём клане, она бы ни за что не пропустила такую вещь по доброй воле.
Но это, кстати, говорило ещё и о том, что никто не знает о реальном происхождении этого артефакта, чем бы он ни оказался.
Октавия вздохнула.
— К сожалению, такой риск есть всегда. Но риски случаются в любом бизнесе, и их необходимо тоже учитывать. Настоящие профессионалы всегда стараются разглядеть потенциал даже в самых банальных вещах. Но, чаще всего, первое впечатление верное. И мусор — это просто мусор.
Я кивнул.
Здесь она права, но интересно посмотреть на её реакцию, когда она узнает, что на этой выставке всё-таки есть кое-что, что очень сильно бы её заинтересовало, даже если это какая-то безделушка уровня самопишущей ручки.
Вот только, судя по силе энергетики, здесь хранится что-то гораздо мощнее.
К счастью, только некроманты могли в полной мере ощущать некротическую энергию, причём степень этого ощущения во многом зависит от уровня самого некроманта.
Иначе этим артефактом уже неминуемо бы заинтересовались Великие кланы. А так, большинство принимают его за обычную безделушку.
Однако мы прошли уже три зала музея из пяти открытых для этой экспозиции, и всё ещё до него не добрались.
Зато я успел увидеть целых три артефакта других Великих Кланов. И один из них даже был достаточно сильным.
— О! Про этот артефакт я знаю, — увидев его сразу начала рассказывать Октавия, — причём знаю очень давно. Много веков назад Арман Салазар подарил этот трезубец Коста-Сирене. В нём заключена действительно мощная магия. С его помощью можно контролировать силу прибоя. Говорят, что именно благодаря трезубцу, океан в этом городе всегда в идеальном состоянии. Здесь никогда не бывает по-настоящему сильных волн, но при этом есть просто отличные места для сёрфинга, где наоборот не случается штиля.
Это правда. Вот только этот трезубец — всего лишь во много раз ослабленная копия настоящего золотого артефакта, который хранится у старика Салазара. С его помощью он однажды утопил целый портовый город своего врага.
Ну а этот… действительно способен лишь волны для сёрфа гонять. Безделица.
Впрочем, какой дурак будет дарить настолько опасную вещь, как оригинал, кому бы то ни было. Хоть городу, хоть музею, хоть чёрту лысому.
Так что всё закономерно.
В следующем зале музея мы встретили ещё пару мелочей, когда-то принадлежащих великим кланам. Вроде вечно-тёплых носков или карманных солнечных часов, которые всегда показывают правильное время.
Ценности в таких штуках немного, но люди падки на красивые истории. Например, с часами связана какая-то любовная драма между представительницей Вийонов и одним из Канваров. Кланы не позволяли им быть вместе, и закончилось всё трагически.
Канвар взял на руки Вийон и полетел с ней на руках прямо к солнцу. По легенде парочка сгорела дотла, а вместо них на землю рухнули только эти самые солнечные часы.
Ну и, конечно же, не обошлось без артефакта, который когда-то якобы принадлежал Сиренам. И вот его ценность, надо сказать, действительно оказалась высокой. Как минимум потому, что это была натуральная и очень крупная жемчужина. Такую можно дорого продать и без всяких магических свойств. Но ко всему прочему, она ещё и позволяла владельцу дышать под водой не менее шести часов.
По легенде, наследник клана Сирен подружился с наследником какого-то другого клана. Какого именно история умалчивала.
Но доверившись другу, он рассказал ему о фамильном секрете, что они могут так долго находиться под водой именно благодаря таким вот жемчужинам.
Узнав это, друг пригласил его и весь его клан на пиршество, где всех Сирен перебили, а жемчужины стали трофеями победителей.
И лишь некоторые из уничтоженного клана успели нырнуть в океан и уплыть далеко-далеко, там, где их уже никто не найдёт.
Говорят, что одним из них был как раз этот наследник, который не пережил предательство лучшего друга и поэтому решил полностью покинуть мир людей и поселиться под водой.
И вот мы добрались до последнего зала. И, наконец, я увидел их. Две крупные игральные кости из чёрного оникса, чьи грани горели зеленоватым светом.
Они были размером примерно с фалангу большого пальца и входили в комплект для игры в нарды.
И весь этот набор, конечно же, находился под защитным стеклом, как и все остальные древности, которые мы здесь встретили.
Я подошёл прямиком к постаменту и задумался. И Октавия тоже. Она, наконец, почувствовала некротическую энергию.
— Что это, Макс? — с расширенными от удивления глазами, спросила она, — мне же не кажется?
— Нет, тебе не кажется, — подтвердил я, — только не поднимай шума. Я позже всё объясню, но нам нужно обязательно это отсюда забрать.
В глазах чокнутой коллекционерши Сципион запылали огни предвкушения и азарта. Среди редких посетителей музея, она мигом отыскала работника зала и подозвала его к нам.
— Что это за артефакт? — спросила она его, — выглядит эффектно.
Усталый мужчина лет сорока, которому явно осточертела его работа, не хотел угождать даже такой красотке, как Октавия. Так что ответил максимально кратко и уныло:
— В этом зале все артефакты неопознанные. Вы что, не читали табличку у входа?
Мы действительно её не читали, но от ведьмы Сципион так легко не избавиться. Не хочет по-хорошему? Значит будет по-плохому. Так что сразу после этих слов, выражение его лица полностью изменилось.
