— Ближе к делу.
— Так вот, в шестьдесят седьмом Майоровы прибыли в СССР в отпуск. Им нужно было переходить к следующему этапу — переходу в США. И тут они встретились с Олегом Гордиевским на промежуточной явке в Копенгагене…
— И что?
— Кто-то предупредил Маойровых, что они находятся в разработке. «Вестов» предупредили о провале миссии. И они успели уйти из Буэнос-Айроса! Их арест был распланирован от и до, но кто-то сумел предупредить Майоровых и они, за пару дней до того, как в их квартиру вломились, успели бросить всё и уйти к нашим. Захватили с собой детей и ушли.
— Так, и что? Кто их сдал?
— Маркус Вульф передал, что Олег Гордиевский работает на британцев. И это было сообщение от человека, который тайно возглавил «Фракцию Красной Армии»!
— Гордиевский? Но…
— Он уже взят в разработку, вызван для дополнительного инструктажа в центр. Майоровы успешно добрались до СССР. И сейчас находятся под нашей защитой. А вот…
— Что за театральная пауза? Майоровы вышли из игры, Гордиевский вскоре будет раскрыт. Как это связано со Светланой? Она же отправилась в Чехословакию для…
— Для добычи информации касательно Петра Жигулёва, — кивнул Семичастный. — Так вот, смерть Менгеле была ключиком к разговору Светланы и двух наших престарелых героев. Она посовещалась с центром, и мы дали разрешение на ликвидацию. Менгеле исчерпал свой резерв и решил выйти изо всех нацистских кругов. После этого он перестал быть интересен для нас. Поэтому я принял решение отдать его тем, кто нам интересен. Те двое пожилых агентов сообщили, что они проводили Петра в ФРГ и… Самое интересное, что новое имя и фамилию Жигулёв поменял на…
Снова возникла театральная пауза. Семичастный смотрел на Шелепина, а тот сперва поднял бровь, потом помотал головой и наконец проговорил:
— У меня возникли некоторые мысли. Но я жду продолжения.
Семичастный ещё немного выдержал паузу, а потом вздохнул и сказал:
— Пётр Жигулёв поменял имя и фамилию на Густава Мюллера.
Шелепин вскочил, в волнении схватил карандаш. Тот щёлкнул в его пальцах и посыпался на стол обломками.
Семичастный смотрел, как его близкий друг хлопает глазами. Он и сам не поверил, когда услышал эту информацию.
— Густав Мюллер… — Шелепин медленно опустился в кресло, его пальцы разжались, и остатки карандаша покатились по полированной столешнице. — Пётр Жигулёв… Ну ни хрена себе…
Глава 20
Ну что же, пришло время окончательно покинуть «дружелюбную» страну ФРГ, в которой ещё поминали Гитлера и не всегда плохим словом. Я чувствовал затылком, что за мной начали охоту. И те два агента, которым не посчастливилось поиграть в героев, это только первые ласточки.
Скоро, совсем скоро на меня должны были выйти «гладиаторы», а эти утырки не такие лошки, как агенты БНД. Хотя, и агентам хватило ума свести все ниточки воедино, чтобы сделать свои выводы. У тех, кто затеял операцию «Гладио», умишка-то было побольше.
Я знал, что по всей Европе организовывались разведсети «Стэй бихайнд» — «Оставленные позади». Вроде тех двух пожилых воинов, Константиновича и Николаевича, которые помогли мне в Чехословакии.
Вроде, но не такие… Кто состоял в тех «оставшихся»? Вначале это были команды смешанного состава, состоявшие из парашютистов — американцев и французов, которые участвовали в боях на стороне Сопротивления летом сорок четвёртого года. Их организацией, переезжая из страны в страну, занимался ответственный сотрудник ЦРУ Франк Виснер.
Виснера поддерживали ветераны британских разведывательных служб МИ-6, МИ-9 и Управления специальных операций (УСО). Первоначально их задачей было выявление и нейтрализация сохранившихся подпольных нацистских групп в Германии, Италии и Австрии.
Но!
Вот это самое грёбаное «Но!» Если бы они занимались дальше тем, ради чего были созданы, то я бы и слова не сказал. Однако, всё обстояло иначе.
Победа Красной армии (в сорок шестом году ее стали называть Советской армией) в Великой Отечественной войне создала ей славу мощной и непобедимой. Пребывание советских войск в самом сердце Европы — в Германии, Австрии, Венгрии — многим на Западе представлялось страшной угрозой. Трудно сказать, кто первый посеял семена страха перед возможным вторжением русских: то ли Черчилль своей речью в Фултоне в марте 1946 года, то ли они проросли еще раньше, в ходе завершающей стадии Второй мировой войны, когда казалось, что всесокрушающее наступление Красной армии остановить невозможно.
В общем, сначала «гладиаторы» действовали против затаившихся нацистов, но очень скоро их функции переменились. Они занялись тем, что стали переориентировать бывших участников Сопротивления против их недавнего союзника — СССР. А в некоторых странах в этих целях начали использовать бывших нацистов и гитлеровских пособников.
Работа разведсетей в «Гладио» велась в нескольких направлениях: создание групп сопротивления «советскому вторжению», подпольных баз и складов оружия для будущих партизанских отрядов; подготовка эвакуации правительств и банковских капиталов; борьба против местных коммунистических партий и левых организаций; содействие приходу к власти правых сил; ведение разведки против СССР и его союзников.
В большинстве европейских стран «Гладио» не имела официальной поддержки властей и действовала как бы подпольно. Но спецслужбы с ведома или без ведома своих правительств поддерживали эту операцию.
В различных странах Европы «Гладио» действовало по-разному, опираясь на разные политические силы. Но всегда действовали против коммунистов. Против СССР.
Да и разведка БНД по сути своей очень походила на то же «Гладио». Что уж говорить, если её создатель, оставшийся благодаря сдаче американцам, яростный и проактивный фашист Гелен приложил все усилия к новому разжиганию конфликта. Сразу после капитуляции Германии Гелен вошёл в контакт с американскими спецслужбами с предложением сформировать из бывших нацистов службу противодействия «агрессивным устремлениям СССР в Европе». Развивая тему советской угрозы, он получил финансирование из США и создал новую разведывательную службу — «Организацию Гелена». В апреле пятьдесят третьего года началась передача «Организации Гелена» под юрисдикцию правительства ФРГ. После этого созданная Геленом служба получила название БНД.
А уж если два агента смогли отыскать меня, то для других моё нахождение было только делом времени.
Поэтому я решил исчезнуть. Герр Мюллер должен героически погибнуть, чтобы своей эпической смертью разжечь молодые сердца лидеров «Фракции»! Густав Мюллер должен умереть, а вот Джейкоб Смит родиться и переправиться в Канаду.
Да, Ян-Карл показал мне новый паспорт с разлапистым гербом на обложке. По выдуманной легенде, я средней руки фермер из отдалённого региона Канады. Для поддержки этой легенды начальнику Штази пришлось в одно время раскошелиться, но ферма существовала на самом деле. При случае проверенные люди могли подтвердить, что я там проживал и трудился, не покладая рук ради процветания британской короны.
Конечно, сейчас в Канаде был «Октябрьский кризис», когда организация леворадикальных подпольщиков «Фронт освобождения Квебека» похитила двух людей, один из которых был аж самим министром труда Пьером Лапортом! Однако, именно в это время можно проникнуть незамеченным из-за возникшей неразберихи. Определённый риск существовал, но он того стоил.
После введённого Положения о военных мерах наступит Положение об общественном порядке, при котором станут более въедливо вглядываться в новые лица. Да, мне повезло отправить весточку в ФОК через представителей «Фракции», в связи с чем министр труда Лапорт не был найден задушенным в багажнике автомобиля возле аэропорта Сен-Юбер. Его освободили с рекомендациями прислушиваться к мнению народа, а не идти на поводу англо-саксонских империалистов.
Таким образом мне удалось исправить небольшую ошибку в действиях канадкой ФОК. А уж к моменту моего прибытия должны будут освободить и второго похищенного. Дальше к действиям руководства ФОК планировал приложить руку Джейкоб Смит.
