"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Рыжий сам начал разговор, когда они прошли рядом половину пути к столовой:

— Ты с практической общей, так? Первый курс. Я тебя видел вчера во время вступительной речи декана.

Судя по манере общения, этот парень не слишком беспокоился о приличиях.

Альба кивнула, бросив на рыжего заинтересованный взгляд.

Тот представился:

— Свен. Свен де Стен, рад знакомству.

— Альба.

Парень вопросительно поднял бровь.

— Едва ли моя фамилия кому-то интересна.

Рыжий оглядел ее с ног до головы и заключил:

— Ты не похожа на аристократку, это правда. И на северянку не похожа, иначе бы вышивка клана была. Не с юга и не с востока… Ладно, твоя взяла, просто Альба. И все равно рад знакомству. Тем более что ты от меня не шарахаешься.

Теперь настал черед Альбы поднимать бровь.

— А я должна?

— Ну я назвал свое имя рода. Да и лицо приметное…

Что правда, то правда. Альба редко до того видела черные глаза у рыжего, да еще и веснушчатого, человека.

— Прости… Простите, — поправилась она. Парень ведь был из аристократов наверняка. — Не знала что это важно.

— Слушай, не надо формальностей, ладно? Мне этого и дома хватает. Хоть ты не будь любителем всяких расшаркиваний.

— Ладно, — что ж, может она и зря переживала насчет сложностей из-за этих местных сословий…

— Мы тут все адепты и все такое, — усмехнулся рыжий. — Так что общаться на равных вполне допустимо, никто не решит, что у нас помолвка намечается.

Альба фыркнула, сузив глаза.

— Я и не предлагаю, — Свен поднял руки. — Это так, извечные мечты матушки.

В столовой сегодня людей было еще больше чем раньше. Но и на кассе поваров было уже двое.

Они со Свеном заняли свободный стол. Альба подумала было сесть одна, но мест не было, да и к тому же рыжий вроде как выглядел дружелюбно.

— Ты правда не знаешь, кто такие де Стены? — поинтересовался он, кромсая омлет.

— Нет. А это важно?

— О де Стенах даже у нас знают, — раздался негромкий немного детский голос. — Можно сесть с вами? Везде занято.

Та самая девочка-подросток, которую Альба заметила вчера во время приветственного слова, стояла рядом, с трудом держа в руках нагруженный съестным поднос.

— Да без проблем, — рыжий подвинул свой рюкзак на пол, освобождая стул. — Я про тебя тоже слышал. Амири Миран. Вундеркинд, чья магия проснулась полностью уже в тринадцать.

— В двенадцать. Еще год пришлось зубрить теорию чтобы на экзаменах не провалиться. Лучше просто Ами, хорошо? И ты правда не знаешь с кем общаешься? — это было адресовано Альбе, причем говорила девочка с искренним интересом.

— Ну вроде не с наследным принцем, — с осторожным сомнением ответила Пришедшая.

Свен фыркнул.

— Нет уж, этого счастья мне не нужно. Не знаю откуда ты такая, но, в общем, мы, де Стены, — некроманты. Прирожденные. Повелители Смерти.

Судя по всему, это должно было что-то значить, но Альба немного невежливо пожала плечами, решив просто говорить то, что считала правильным.

— Ты из меня зомби делать вроде не собираешься, а в остальном — мне все равно. Надеюсь, не обидела.

— Да нет, — рыжий неожиданно улыбнулся. — На самом деле это просто громкий титул, хотя из-за него от меня все и шарахаются… Вся сила старшим досталась, из меня-то и некромант так себе получился, баллов на профильный факультет не набрал. Да и не хочу, честно говоря, там учиться. Насмотрелся на все это. Документы туда подавал только потому что родители так хотели, и рад, что провалился.

— Но ты — некромант? — Амири явно не была смущена этим фактом. — Я из рода целителей. Небольшого, конечно, деревенского. Но все равно и отец, и дед были знахарями, и мне немного передалось. Но все равно хочу всему учиться, а не только лекарству.

— Наследники родов некромантов и целителей за одним столом, — Свен еще раз улыбнулся. — Хорошее начало учебы. А у тебя родители кто?

— Не маги, — честно ответила Альба.

— Первое поколение? Повезло поступить в Зеленый Университет, далеко пойдешь.

Сказано это, впрочем, лишь как признание факта, без всяких намеков и зависти. Может, и получится с этим рыжим нормально общаться…

— Ладно, может, пойдем на занятие? — Ами, даром что села есть позже, с большей порцией еды расправилась быстрее их обоих. — Бытовая магия вряд ли будет сложной поначалу, по крайней мере папа так говорил, а он у нас, в Таэльском, учился, но все равно незачем опаздывать.

Альбе возразить было нечего.

Первым в расписании действительно стояла лекция по введению в бытовую магию. Аудитория была та же самая, где вчера проходила встреча с деканом. Здесь ничего со вчера не поменялось. Даже сели все, в общем-то, на те же места, ну или почти на те же. Если обучение магии и должно было как-то отличаться от обучения, скажем, математическим методам анализа данных, то, на взгляд Альбы, это отличие пока себя никак не проявляло.

Стоило выложить на стол пергамент с чернильницей и перьями, как колокол возвестил о начале занятия. И одновременно с его звуком в помещение вплыла дородная дама со сложной прической в весьма пышном платье. В отличие от вчерашних, да и сегодняшних нарядов студентов, одежды преподавателя не выглядели неуместными, но и лаконичными их язык назвать не поворачивался. Выглядела дама надменной аристократкой и Альбе казалась, по крайней мере на первый взгляд, куда менее симпатичной и близкой по духу, чем декан.

— Госпожа Оливия ле Тайт, — одновременно со словами женщины мел на доске вывел то же самое имя ровным почерком со многими завитушками. Альбе было интересно, как выглядела бы надпись в оригинале. — И никак иначе. Староста?

Молчание.

— Староста? Декан вам вчера его назначила, — губы женщины сжались в тонкую линию.

— Я староста, — отозвался Ганс ван Хатен. Сегодня он был одет в щегольской лиловый камзол.

— Рада что вы вспомнили этот факт, пусть и не сразу. Возьмите пергамент и передайте его по рядам, мне нужен список присутствующих. Сейчас.

Аристократ что-то явно не слишком культурное проворчал под нос и начал копаться в своих вещах.

— Ван Хатен, встаньте.

Ганс уставился на преподавателя хмурым взглядом, но с места не поднялся.

— Я повторяю только два раза. Третьего не будет. Встаньте.

Аристократ продолжил сидеть. Пару секунд он не двигался с места. Потом стул под ван Хатеном отодвинулся сам собой, и Ганс несколько деревянным движением поднялся на ноги. Альбе казалось, что его привела в вертикальное положение в том числе и собственная одежда. И, судя по лицу, пока с чужой магией Ганс сделать ничего не мог.

Преподаватель не пошевелилась, проделывая этот трюк. Говорила она так, словно ничего и не произошло:

— Некоторые из адептов почему-то уверены, что их имя рода, чьи представители владели какой-нибудь не бытовой специализацией, делает их исключительными. Другие думают, что бытовая магия ограничивается завивкой волос и глажкой простыней. Уверяю вас, это не так. Например, я могу задушить этого милого юношу завязками его мантии, — словно иллюстрируя эту мысль шелковые шнурки ожили, обвивая горло аристократа. — Или, скажем, ушить на нем одежду, и эту одежду придется потом снимать вместе с кожей. И могу еще сделать массу прекрасных и интересных вещей, для которых вовсе не надо кидать во врага разрушителями ауры или огненными вспышками. Вам, ван Хатен, первое и последнее предупреждение. Мое слово на моих уроках — закон, как и слово любого другого преподавателя на его занятиях. И оно не нуждается в обсуждениях, особенно в таких выражениях, которые долетели сегодня до моего уха. Если вы не готовы быть дисциплинированным адептом, подчиняющимся правилам университета, не готовы доказать, что достойны носить имя рода, славящегося, в первую очередь, моральными качествами своих представителей, то я советую вам покинуть это занятие и наше учебное заведение прямо сейчас.

Магия преподавателя отпустила уже багрового от недостатка кислорода Ганса. Завязки перестали сдавливать его горло, вновь став бессильным элементом одежду.