Заскочив внутрь, я прикрыл дверь, попытался ее заблокировать.
Ничего не вышло — замок на двери вырвали, дверь не фиксировалась.
Что ж, может, это и к лучшему — вдруг придется спешно отступать?
С другой стороны очень не хотелось бы, чтобы следом за нами заполз мертвяк. Нападения с тыла нам не нужно, но…ничего с этим поделать мы не могли — двери ведь не закроешь…
Начав медленно подниматься по лестнице, мы вслушивались в звуки, но в подъезде было тихо, ничего постороннего до наших ушей не долетало.
Поднимаясь по лестнице, я обратил внимание, что на стене и на ступеньках тут и там виднелись следы крови, а когда добрались до второго этажа, на белой побелке обнаружился целый кровавый отпечаток, причем кровь уже успела свернуться, застыть.
Ой, как мне это не нравится… Интуиция прямо кричала, что это отпечаток Мурлока. Не зря же его побитый и в пятнах крови байк на улице стоит.
Хотя, конечно, я очень надеялся, что кровь не принадлежит Мурлоку, что она кого-то другого, и он просто в ней извазюкался…
Разум словно бы специально старался забыть о следах от попаданий на мотоцикле, о том, насколько устало звучал его голос, когда он с нами говорил.
Я откинул все лишние мысли, сосредоточившись на реальности. В конце концов, что там с Мурлоком — узнаем позже, а сейчас главное — добраться до него.
Замерев на площадке между этажами, я выглянул в окно, проверяя, что происходит во дворе. Вроде нормально, мертвяков не видно. Надеюсь, они не начали шастать и стоят там, где я их и заметил, пока мы были снаружи.
Внезапно сверху донесся странный звук. Нечто среднее между криком и рычанием, но оно было какое-то сдавленное, тихое.
Вова напрягся, крепче сжав «копье» в руке.
Значит, мне не показалось.
Мы стояли, вслушиваясь в тишину, но больше ничего не услышали.
И едва только Вова шагнул на ступеньку, намереваясь подняться на следующий этаж, вновь это рычание, а затем шаркающие шаги.
Мертвяк. Выше нас. Или на пролет, или между этажами.
Хоть бы это был не Мурлок, хоть бы это…
Не Мурлок!
Действительно, между третьим и четвертым этажом мы обнаружили зомбака — мужик лет сорока в семейниках и распахнутом халате, судя по надписи на спине, украденном из какого-то турецкого отеля.
Мертвяк стоял к нам спиной, рычал на мусоропровод.
Я обратил внимание, что край его распахнутого халата испачкан в крови, а с правой ноги чуть ниже колена свисают ломтями кожа и мясо.
Что он там увидел вообще?
Вова жестами объяснил мне, что собирается прижать покойника к стенке, а я должен буду разобраться с ним.
Я кивнул, давая понять, что уловил его задумку.
Вова пошагал вверх.
На какой-то из ступенек лежал мусор — разбитое стекло, которое громко хрустнуло под его ногой.
Мертвяк тут же повернулся в нашу сторону, но сделать уже ничего не успел — Вова ткнул копьем ему в грудь, налег и заставил мертвеца отступить назад, упереться спиной в стену.
Тут уже подскочил и я — прицелившись с размаха, вогнал острие «копья» в глаз покойнику, и он мгновенно осел.
Вова чуть было тоже не упал, так как не выпустил черенок из рук, и мертвец потянул его за собой.
— Тихо ты… — я подхватил товарища под руку, остановив его падение, дав возможность восстановить равновесие.
— Спасибо, — буркнул Вова, вырвал копье и вновь выставил его перед собой.
Но больше мертвецов мы не встретили. Пусть и медленно, страхуясь и готовясь к встрече с еще одним противником, однако мы дошли до нужного этажа.
Тут я растерялся.
И что делать? В дверь звонить?
Вова тем временем схватился за ручку и потянул ее на себя.
Двери квартиры оказались открыты, так что мы завалились внутрь и тут же уткнулись носами в направленный на нас ствол автомата.
— А, это вы… — осунувшийся и бледный Мурлок с облегчением опустил пушку стволом вниз, сделал пару шагов назад, тяжело плюхнувшись в еще утром не стоявшее тут кресло. В углу возле кресла валялся покрытый засохшей уже кровью его любимый броник.
— Кэп! Что с тобой? — бросился я было к нему.
— Дверь закройте, олухи… — проигнорировав мой вопрос, приказал он, а затем, поморщившись, заявил: — И слушайте меня очень внимательно.
Вовка хлопнул створкой и защелкал замками. Мурлок расслабился, только когда язычок второго замка с характерным лязгом вошел в паз. Теперь нас отсюда можно было только с помощью взрывчатки извлечь, и то не факт — двери у Мурлока по спецзаказу, их хрен вскроешь…
— Так, парни, давайте сначала о самом главном, — заявил Мурлок. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась и опускалась медленно, будто каждый вдох и выдох вызывал у него боль. — Вы сюда, в Бадатий, приехали, потому что об эвакуации услышали, да?
— Да, — тут же ответил Вова. Я просто кивнул.
— Сразу говорю — забудьте, — выдал Мурлок. — Эвакуации не будет.
— Погоди, погоди, Влад, — нахмурился я, — как это не будет? Почему? И с тобой что случилось?
— Долго рассказывать, — отмахнулся Мурлок.
— А мы не спешим… Черт! Да у тебя рана кровоточит! — я заметил, как из-под бинта на его плече выступила кровь.
— Жень, будь столь любезен, не перебивай меня, — попросил Мурлок, — если вы не спешите, то у меня как раз со временем беда. Его намного меньше, чем я думал, так что раз уж нас все-таки свела сейчас судьба — давайте я вам самое главное скажу, а потом будем о деталях…если успеем.
— Самое главное — тебе раны нормально перевязать надо! А вообще врача надо…
— Врачи мне уже не помогут… — Мурлок с грустной усмешкой вытянул вперед руку и обнажил запястье, на котором красовался укус с отчетливыми следами от зубов вокруг. — Тут лечение только одно может быть — пуля в голову, пока не поздно…
— Блин…да как так? — чуть не взвыл я, и тут же забормотал: — Ты погоди, не горячись! Не факт, что это…
— Стоп, — перебил меня Мурлок. — Еще раз. Я мертв, вы живы. Теперь заткнись и дай мне объяснить, как и что делать, чтобы и дальше оставаться живыми.
Он вопросительно и с эдакой злобой в глазах поглядел на меня.
Мне не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть.
Собственно, то, что я говорил и что думал — кардинально отличалось. Увидев укус, я уже понял — Мурлок не жилец, но какая-то часть меня, часть, оставшаяся от обывателя, который все еще не верил, что наступил конец света, не верил, что мертвые пошли по земле, не хотел признавать очевидного и сейчас.
А вот Мурлок уже все осознал и принял. Еще и держится так спокойно…поражаюсь ему.
— Итак, — меж тем заговорил Мурлок. Голос его звучал тихо, приходилось напрягать слух, чтобы ничего не упустить. — Как я уже сказал — эвакуации не будет. Никто за беженцами в лагере не приплывет, и не надо меня спрашивать, почему. Если коротко: те, кто остался в Бадатии, сами по себе. Никого не будут забирать. Эта информация секретная, я радиограмму из штаба утром получил…
Мы с Вовой слушали и не перебивали.
— В Ахтияре произошла беда, — продолжил Мурлок, — какая-то сука врезала ракетами с катера по топливным складам, так что теперь вместо большей части порта там воронка. Взрыв уничтожил большую часть запаса горючки, так что принято решение бросить малые суда, выкачав из них весь керосин в танки линкоров и авианосца, и эвакуировать тех, кто там на месте есть. У них и так на кораблях всем сидеть друг у друга на головах, так что Бадатий просто бросили. Меня предупредили, поэтому я собрал толковых ребят и поехал разживаться водным транспортом.
— Это кого, если не секрет? — я не выдержал и снова перебил Мурлока. Ну не умею я просто сидеть и слушать.
— Хрюна, Глюка и пару моих морских мичманов, — снизошел до уточнения Мурлок. — Все остальные пропали со связи, когда телефоны с инетом накрылись. Вы первые из команды, кто объявился. Хрюн через два дома от меня жил, а Глюк доехал до меня сам, когда началось… Так вот, не вдаваясь в детали, те, с кем я договорился насчет катера, решили нас кинуть. Ребята отбивались, как звери, положили почти всех этих уродов, но все равно… Хрюн у меня на руках умер, слишком много крови потерял. Глюк поймал 7.62 в голову. Морячков моих и вовсе положили первыми. Я сам…тоже получил, короче. Но важно не это. Важно то, что сейчас тут, — он ткнул в лежащий на столе навороченный мобильник свой, защищенно-особо прочный, на котором тут же включился экран, и там засветилась карта с пометкой, — стоит катер класса река-море с полными баками. А это ключ от него…
