Они все сразу вооружились, каждый закрепил на поясе по мечу, а копья со щитами взяли в руки, после чего просто бросили в нашу сторону корзины с остатками того, что там было. Самое дерьмовое, самое обшарпанное… из разряда: «Только взялся за дерево, а уже вся рука в занозах». Но я не был удивлён. Тут с самого начала пахло подставой.
— Ну что ж, — усмехнулся я, после чего, не сводя взгляда с четвёрки бойцов, отобрал лучшее и отдал Нике, а себе взял самое дерьмо.
Ну не мог же я ей отдать худшее? Честь требовала иного. И она сейчас получит требуемое. Даже палка в руках настоящего воина будет петь Оды Победе просто из-за того, что оказалась в нужных руках. Ну а я просто так сдаваться не буду.
Стоило щиту и копью оказаться в моих руках, — меч свой я заранее отдал Нике, — я тут же рванул в сторону противника. Он был готов к бою, раз они уже начали выдвигаться в нашу сторону. Видимо, у них и был план в том, чтобы просто нас попытаться окружить и нанести удар одновременно со всех сторон. И надо было этой возможности их лишить.
Своей целью я выбрал самого ближнего ко мне бойца. Оставалось всего пять шагов, когда я сорвался с места. Поэтому, когда я нанёс удар, впервые применяя свою способность на человеке, его смело самым первым. Что интересно, моё копьё разлетелось в щепки, но и щит врага раскололся, из-за чего древко вошло в руку бойца.
— А-а-а-а! — заверещал тут же он, заваливаясь на спину с остатком копья в своей руке.
Произошла заминка. Враг не понял, что произошло, как это произошло и почему. Но спесь с их лиц была сбита, а улыбка победителя с лица Нория слетела, словно её там и не было. Шок и удивление, непонимание и злость — вот что читалось на играющих мускулах его лица.
Ника же в этот момент, наоборот, начала отступать мне за спину, чтобы прикрывать. Мы не сговаривались, не договаривались. Просто логичное распределение ролей, просто логичное поведение пары бойцов при возможном окружении — спина к спине. Но пока она приближалась, ко мне подскочил ещё один воин и попытался нанести подлый удар копьём… но щит-то у меня никуда не делся.
Слегка приподнявшись на одной ноге, я пропустил копьё под рукой, после чего нанёс свой удар, обломав оружие противника своим телом и щитом. Сам он смог уклониться от удара, но оружия временно лишился, что заставило его отступить. Ну а я чуть не подставился, из-за чего пришлось тут же перекатом вперед уходить от ещё одного удара.
— Тебе что, Мойры подсказывают, подонок⁈ — рыкнул центральный левый, по крайней мере если судить по изначальной позиции.
— А что, если так? — усмехнулся я, собрав в кулак часть песка, который был под нашими ногами, после чего бросил его в сторону противника, заставляя его прикрыться.
Они зарычали, закричали, что я подлец. Ну а я что? Мне было плевать. Никто из командиров ничего не сказал, так что всё было в пределах нормы. Тем же временем, я заметил, вокруг нас сформировался настоящий круг, арена в каком-то смысле. Кто-то что-то выкрикивал, кто-то что-то говорил. Но люд забавлялся, тыкал пальцем в раненого и ржал.
Когда я встал на ноги, то в моей руке уже был деревянный меч. Ника его мне отдала сразу же, когда я смог его забрать. И мы тут же синхронно напали. Я — на двух, которые были по правую руку, она — на одного слева. Ее задачей было просто продержаться, а моей — вырубить к хренам обоих. Силы и возможности для этого имелись.
— Твою! — крикнул тот, который лишился своего копья, когда я влетел в его щит своим, отбрасывая в сторону.
Враг упал, но я не стал наскакивать на него, условно добивая. Нет, это было бы слишком глупо, я бы открыл свою спину. Вместо этого я тут же напал на нового врага, в каждый удар вкладывая столько силы, чтобы щит и меч трещали от мощи. И ведь действительно трещали… по мечу пошли трещины.
Последний удар я нанёс вновь способностью. Со стороны это могло выглядеть так, что я сначала повредил щит в одном месте, а потом точным ударом завершил начатое… но нет. Я просто использовал то, на что рассчитывал командир, что я сам умел. И ведь сработало… меч хоть и надломился, но врезался в предплечье урода. А потом я его просто пнул от себя.
Вставать он точно не рассчитывал ближайшие мгновения, а вот первый, которого я оттолкнул, уже начал подниматься. Только тоже совершил ошибку: перевернулся на живот и встал на четвереньки. Я накинулся на него сверху и обрушил на его голову щит. Несколько раз. Потом вставать было уже некому. Ибо труп с разбитым черепом не сможет встать на свои ноги.
Последний враг… Ника его тоже сделала. Как она это сделала, я не знаю, но картина мне понравилась. Она смогла его опрокинуть, из-за чего, видимо, лишилась своего копья — сломалось. А после того как опрокинула, вонзила деревянный меч в глаз. Глубоко не вошёл, судя по только окровавленному кончику… но этот тоже минус. Как и его левый глаз.
— До какого дотянулась? — усмехнулся я.
— Можно и так сказать, — кивнула она, отбрасывая окровавленное оружие в сторону. — Щит надо? А то твой явно сломался.
Я посмотрел на своё «оружие», ведь щит тоже таковым можно назвать, если знать, как и куда им бить… так что я сбросил деревяшку и взял такую же, только более целую, у своей боевой подруги. За всем этим наблюдал последний ещё более-менее целый воин. Он уже был с мечом в руках, но всё ещё не встал на ноги. Отползал он на трёх конечностях, выставив оружие перед собой, направив кончик на нас.
— Твой страх, — злобным голосом говорил я, — он осязаем… — улыбнулся. — Он так приятен на вкус… он такой… м-м-м-м…
— Хватит! — раздался громогласный голос царя, который стоял на подиуме. — Спасибо за представление и показ вашего военного мастерства. Но теперь я вас спрашиваю, уважаемые командиры: какого хрена сейчас произошло⁈ Почему на празднике в честь победы мои воины убивают друг друга⁈
Секунда. Две. Три…
— ОТВЕЧАТЬ! — ещё громче крикнул он.
Царевич же улыбался, смотря на застывшего в ужасе виновника этой потасовки.
Двойная победа!
Глава 8
— Поединок чести, отец, — спокойным, даже в некоторой степени жёстким тоном проговорил Митрокл. — Юный командир малой фаланги, он же сотник Норий, решил усомниться в моём выборе новобранцев, посчитал, что есть более достойные кандидаты на места в моём отряде. Новобранцы доказали, причём с честью доказали своё право находиться в отряде. Даже с отличием, ибо лично я ни разу не видел, чтобы деревом наносили такие травмы.
Александр молчал и буравил взглядом… сотника. Чего-чего, а этого я не ожидал. Он действительно выглядел слишком юным, и, видимо, своё место он занял или предательством, или ложью. А может и тем, и тем. В любом случае… его судьба предрешена. Смерть. Это было требование, которое услышали многие. И чтобы не ударить в грязь лицом, доказать свою силу, право находиться на занимаемой должности, Митрокл должен привести своё наказание в исполнение.
А я что? Я в это время стоял и улыбался, выпятив грудь вперёд. Да, я ещё новичок, но теперь перед глазами сотен воинов и десятков командиров отстоял своё право находиться в летучем отряде, быть частью Чертей. И если бы спросили, был ли я горд этим… я бы незамедлительно ответил, что да, очень!
— За посрамленную честь у нас либо поединок… либо смерть, — жёстко и даже в какой-то степени с жестокостью говорил царь. — Сотник Норий, что вы скажете в своё оправдание? Я опущу тот момент, что Митрокл мой сын, но вы усомнились в его таланте подбирать людей в свой отряд. Вы усомнились в его мастерстве угадывать в новобранцах то, чего нет в других воинах. Даже если они — девушки. Прочь предрассудки. Время не то. Я скорее соглашусь с выводом, что Амазонки должны ходить средь нас вновь. Но почему вы решили, что имеете право оспаривать выбор Первого из Тринадцати? Отвечать!
— Мы… — сглотнул он, поняв, что уже сболтнул лишнего, после чего встрепенулся и более уверенно произнёс: — Нас оскорбил выбор девушки в качестве новобранца в отряд, при том что она ранее никак не показывала себя в бою. Тот юный воин, ладно, многие были свидетелями, как он помогал при прорыве в город. Но она…
