– Почему?!
Бог грустно улыбнулся, смотря на Кейфла. По возрасту тот был для него едва ли младенцем, но бог уже научился считаться со смертными и уважать прожитые ими мгновения, поэтому он воспринимал принца как мужчину. Мужчину, которому нужно было принять решение.
– Я знаю, какое правосудие ждёт фараона Хафура после смерти, – сказал он. – Но здесь, при жизни, его судьба в твоих руках.
Кейфл перевёл взгляд на отца, и его голос зазвучал спокойно и властно.
– Хафур, сын Хеопу, ты обвиняешься в убийстве своей жены и наложницы, в сговоре с богиней-предательницей Селкет, в убийстве слуги Тети, в неоднократных попытках убить своего сына… – Принц замолчал, переводя дыхание. – Ты обвиняешься в попытке изнасилования женщины по имени Ифе. Я не знаю имён всех, в чьей смерти ты повинен, но знаю, что ты предавал вверенный тебе сепат, вершил жестокости руками меджаев и своими. Как твой сын, я… Прощаю тебя. Но как тот, кто считается принцем Города Столбов, я обязан положить этому конец.
Ифе видела, как Кейфл дрожал. Капли пота блестели на его лбу, а белки глаз покраснели. «Ему тяжело, – понимала она. – Но эту тяжесть некому разделить».
Наконец в зале прозвучал приговор.
– Хафур, сын Хеопу, я приговариваю тебя к смерти.
Кейфл наклонился к лежащему на полу отцу.
Несколько мгновений его лицо не выражало ничего, а затем брови принца взметнулись вверх. «Мёртв?.. Я ведь ещё ничего не сделал, не использовал хека, не просил ни у кого простого оружия». Это было правдой, но к тому моменту, как Кейфл договорил обвинения, фараон Хафур действительно уже был мёртв. Полными ужаса, широко распахнутыми глазами он смотрел прямо перед собой.
Анубис медленно опустился на одно колено рядом с Кейфлом.
– Умер от страха. Я слышал, как его сердце замерло, – сказал он, уверенным жестом закрывая мертвецу глаза.
– Почему вы не остановили меня? – прошептал принц.
– Первый смертный приговор нового фараона должен был отзвучать до конца. Ты показал, что готов сам привести его в исполнение. Это тоже важно.
«Нового фараона… – только теперь Ифе поняла, что означало произошедшее в зале. – Кейфл теперь фараон».
– Без Никаура… других наследников нет. – Бывший принц тоже осознал суть обращения Карателя.
– Если не найдутся наследники Ири-Хора, то да, ты – фараон, – в непривычно серьезной манере сказал Сет, до сих пор молча наблюдавший за происходящим.
– Если найдутся, я не стану как мой отец. И дед. И прадед.
– Надеюсь, фараон, – кивнул грешный бог.
А Ифе смогла только пробормотать.
– Да восславится солнечный Город Столбов…
– Осветится величием славного Гора… – ответил Кейфл, глядя на статую бога.
В его голове вновь зазвучал его голос.
– Важна не кровь, мой новый наместник. Важны деяния.
Так Город Столбов обрёл нового правителя. Но надолго ли?
Глава II. Последняя ночь под звёздами Та-Кемет
Увижу ли я это небо снова?
Надеюсь, что да, но почти не верю.
Сейчас одного лишь слова
Хватит, чтоб бросить нас в логово к зверю.
Спустя несколько часов после воцарения нового фараона Ифе стояла на балконе дворца, вдыхая ночной воздух Города Столбов.
– Как ты, внученька? – тихо спросила Мив, вышедшая взглянуть на звёздное небо вслед за девушкой.
– Пока не понимаю, но я очень рада, что вы в порядке.
– Спасибо, внучка. И нашему молодчику Атсу спасибо за то, что в чувства привёл да во дворец проводил, – в привычной манере – немного ехидной, но неизменно добродушной манере – проскрипела старушка.
– Теперь многое изменится, – пробормотала Ифе.
– Чувствую, чувствую.
– Как думаете, люди примут нового фараона?
Мив задумчиво пожевала губу.
– Принять – примут, никуда не денутся, но это будет нелегко. Мы, люди, создания трусливые. Перемен боимся, даже если во благо. – У входа на балкон прозвучали шаги, и Мив со смешком добавила: – Вспомнишь Ра – вот и лучик.
Вошедший Кейфл почтительно поклонился ей, при этом не сводя взгляда с Ифе.
– Полно тебе кланяться, наместник Гора, – отмахнулась старушка.
– Для вас я всегда хочу быть просто Кейфлом.
– А я говорю – наместник! Не спорь со старухой! – Улыбнувшись, Мив направилась прочь с балкона. – Не буду мешать порывам молодости.
Кейфл ухмыльнулся, а Ифе почувствовала, как к щекам приливает жар. Однако ничего, на что могли намекать слова Мив, после её ухода не произошло. Новый фараон Города Столбов почти сразу перестал улыбаться и глухо сказал:
– У меня дурные вести.
Ифе напряглась, уже не зная, чего ожидать.
– Мы проверили всю темницу, но Ура Тахмета нигде нет. Правда, в одной из камер вихрился песок, как тот, который сопровождал Верета – следы Селкет.
– Она забрала его?.. – с беспокойством пробормотала аментет.
– Не знаю, но пока это единственное объяснение. – Кейфл взял Ифе за руку. – Почему ты так хотела, чтобы мы его нашли?
– Когда Верет бросил меня в темницу, я поговорила с Уром Тахметом. Я ведь уже знала это имя… – Ифе напомнила Кейфлу о своём первом возрождении в гробнице и, наконец, высказала свои подозрения: – Он не просто знал, кто я. Он решил, что я его дочь или внучка. Не знаю… У нас одинаковые глаза.
Кейфл попытался обнять Ифе, но она только обхватила себя руками, не позволив ему сократить расстояние.
– Что-то не так? – с грустью спросил он.
– Я запуталась.
– Ты бы хотела, чтобы вместо меня здесь оказался Каратель?
– Кейфл… – Ифе осеклась, закрывая лицо руками. – Разве сейчас всё это имеет значения? Разве у нас есть время на такие глупости, как дрожащее сердце или алеющие щёки? Дел поважнее куда больше.
– Думаю, мы с тобой уже поняли, как хрупка человеческая жизнь. Времени никогда не хватает, и всё же надо брать то, что даёт жизнь.
Боясь встретиться лицом к лицу с последствиями своих же метаний, Ифе попыталась перевести тему.
– Что ты решил делать?
– С сепатом?
Ифе кивнула. Кейфл встряхнул кудрями и упёрся руками в перила балкона, смотря на Город Столбов. Он принял её нежелание говорить на тему, которая волновала его больше всего.
– Видимо, я буду править, – тихо произнёс фараон. – И моё правление началось с уже второго приговора.
* * *
Немного ранее
Кейфл сидел за широким столом в единственной комнате дворца, где действительно чувствовал себя правителем, – в библиотеке. Перед ним, в окружении меджаев, принявших нового фараона, стоял их бывший командир по имени Нгози. Вот уже несколько бесконечных мгновений он бросался в Кейфла всеми ругательствами, на которые только был способен его язык.
– Ты же понимаешь, что оскорблениями делу не помочь? – спокойно спросил фараон.
– Убийца! Узурпатор! – вопил Нгози.
– Это Хафур был убийцей и узурпатором. А ты – его верным палачом.
– Я и тебя прикончу! – Сотрясаясь от гнева, меджай обнажил хопеш, который Кейфл специально попросил не изымать у него. – Щенок!
Новый фараон устало прикрыл глаза. Он слышал свист стали и знал, что успеет остановить меджая.
– Хватит! – Его хека заставила Нгози замереть с обнажённым оружием. – Я хотел поговорить с тобой, хотел попытаться понять тебя и, возможно, оставить в Городе Столбов. А теперь ты не оставляешь мне выбора.
– Говорю же, – прохрипел обездвиженный воин. – Ты – убийца!
– Кто сказал, что я собираюсь тебя убить?
– Я не буду служить тебе!
– И не надо, – спокойно улыбнулся Кейфл. – Ты будешь осуждён, а до тех пор проведёшь время в раздумьях в темнице.
– ХА! Ха-ха-ха! А кто меня будет стеречь?! Мои верные меджаи? Они же первые меня освободят.
